Посланник - Анастасия Парфенова

Леек едва заметно встряхнулся и сконцентрировался на происходящем.

Говорила Данаи Эсэра, её чуть хрипловатый, завораживающий интонациями голос свободно растекался по гигантскому Залу.

— ...Мы знаем, что вы вынуждены были покинуть свою землю. Знаем также, что с вами пришли Старшие боги, знаем и то, что следом пойдут Посланники богов Новых, чтобы добить побеждённых, а ещё лучше — уничтожить их вместе с этим миром. С моим миром.

У стоявшего впереди тонконогого, похожего на одуванчик старого курдж чуть дрогнули кисти, и это был единственный признак волнения, который он себе позволил.

Сэра выдержала паузу, давая всем присутствующим повариться в соку собственного беспокойства. Делать она это умела поистине виртуозно.

— Мои люди видели, как с Хребта Спящего Змея спускались беженцы-курдж, посол. Видели повозки с измученными детьми, видели неуклюжие грузовые суда, везущие накопленные тысячелетиями рукописи, реликвии и произведения искусства, которым Новые боги не нашли места в этом своём Новом мире. А ещё они видели, как мало воителей с вами пришло. Полагаю, среди тех, кто будет вас преследовать, воинов окажется куда как больше.

И вновь хрупкий посол склонил увенчанную светлыми волосами голову, не подтверждая, но и не отрицая сказанного. А он умён, этот желтоглазый жрец. В такой ситуации и в самом деле лучше молчать и слушать. Пусть противник выложит на стол все карты, а там будет видно.

— Вы ведь понимаете, что беззащитны? Что мне ничего не будет стоить уничтожить остатки вашего народа?

Этот вопрос требовал уже прямого ответа, и ответ был дан спокойным, каким-то просветлённо-безмятежным тоном.

— Наши боги будут биться за последних из своих детей, о владычица.

— Не сомневаюсь, — откинулась на троне махараджани. — Не сомневаюсь также, что, даже ослабленные, они доставят нам серьёзные неприятности. Но в конечном итоге, даже с их помощью вам не выжить. Это наш мир, посол Кирж-син.

И она позволила увидеть часть своей силы. Изумрудный трон, стены, пол, потолок, сам воздух, казалось, вспыхнули знойной энергией пустыни. Дворец Тысячи Домов являл собой гигантский магический катализатор, высвобождающий и приумножающий подвластные Изумрудной Династии стихии, и сейчас Эсэра не стеснялась этим пользоваться.

Курдж с шипением отпрянули, благородные лорды и леди песков вжались в свои кресла. Махараджани не часто устраивала демонстрации древней магии своего рода, но сейчас почему-то решила напомнить о ней всем и каждому. Интересно почему?

Посол только теперь сообразил, какого признания от него последовательно добивались.

— Да, это ваш мир, владычица.

— Хорошо, что вы это понимаете. — Только Леек и, быть может, ещё старый Тао уловили в её тоне скрытую самоиронию. И тут махараджани вся подобралась, впилась в курдж хищным взглядом. Голос её зазвенел: — Мне придётся разделаться с теми, кто пойдёт по вашим следам, но я не желаю уничтожать народ беженцев, почтенный Кирж-син. Нет чести в том, чтобы вырезать детей и стариков, когда все способные держать оружие мужчины и женщины уже сложили головы в иной войне. Но, как вы сами заметили, это МОЙ мир. На Данаи правит махараджи Изумрудной Династии, и больше никто. Один мир — один верховный правитель. В этом — основа благополучия. Принесите мне вассальную клятву, и вам позволено будет остаться здесь. Вам будут отданы земли возле океана, который курдж так любят, вам помогут встать на ноги. Более того, я помогу вам и вашим богам разобраться с преследователями, которые будут столь глупы, что сунутся на Данаи. Но для этого вы обязаны признать себя под властью и защитой Изумрудного трона.

Казалось, тысячи людей в Зале издали один на всех потрясённый вздох. Не то чтобы это было совсем неожиданно (свои намерения махараджами не очень скрывала), но всё-таки сейчас она шла против тысячелетней традиции. Предлагала мир древнейшему врагу... И в то же время вряд ли у кого-то были сомнения в том, что подобный союз сулит огромные выгоды. Выбор небогат: с одной стороны, то, что Сэра так небрежно окрестила «серьёзными неприятностями» и что, скорее всего, выльется в самую кровопролитную битву в истории, оправиться после которой для отражения второго удара они, скорее всего, не успеют. С другой — возможность получить могущественного (и богатого!) союзника. Опять же, выгоды в торговле и полезные нововведения... Взять хотя бы чертежи кораблей, которые Леек пару десятилетий назад «позаимствовал» у желтоглазых...

Немногие понимали, что для спасения этого мира от жаждущих крови Новых богов людям просто необходимы будут знания и искусства курдж. Если соглашения сейчас не удастся достичь, дела плохи.

Кирж-син заговорил медленно, но твёрдо.

— Госпожа... Махараджани, — незнакомый титул дался ему нелегко. — Благодарю вас... Но это невозможно.

Представители благородных домов вновь выдохнули, на этот раз гневно, но Эсэра была безмятежна, как утро в пустыне.

— Почему же?

— Госпожа, наша жизнь — это наши боги. Но лишь тот, в ком течёт кровь курдж, способен говорить с Повелителями Вод. Мы... не можем признать власть Изумрудной Династии, так как ни вы, ни ваши дети не смогут коснуться благодати Властителей Золотого Дождя.

Эсэра по-птичьи, а может по-змеиному, склонила голову набок.

— Значит, я должна принять вашу, — голос её звучал... прохладно. Мягко говоря. В пустыни снег может выпасть от такого «прохладно».

Курдж сглотнул, его глаза чуть округлились, в этот момент старик более, чем когда-либо, походил на испуганное дитя. Опасная иллюзия. Очень опасная.

— Нет, госпожа. Никто не смеет этого требовать. Но как можем мы признать повелителями тех, кто не слышит? Кто не сможет услышать, даже если к ним будет обращено предупреждение или же просьба?

— Хм... — Избранная вновь расслабилась, откинула голову. Если бы Леек мог видеть скользнувшую по её губам улыбку, он бы серьёзно забеспокоился. — Значит, дело только в наличии нужной крови?

— Да, госпожа.

— Что ж, знати песков не надо объяснять, как важны могут быть определённые гены. Если, чтобы править народом курдж, необходима кровь курдж... остаётся лишь добавить её в генофонд Изумрудной Династии!

Встала с трона, скользнула вправо, положив руку на плечо остолбеневшего не то от изумления, не то от паники Леека. Мурлыкнула:

— Мне давно уже пора обзавестись подходящим супругом. — И вдруг неожиданно серьёзно: — Данаи Сойш. Иш-а-нараи.

И Посланник понял, что влип, как не влипал ещё ни разу за всю свою бессмертную жизнь.

А ещё — что никогда не был так счастлив...

* * *

Ситуация была знакома до скрежета зубовного: голова раскалывается, во рту привкус крови, предчувствия самые мрачные. Опять просыпаться в неизвестном месте после того, как по голове заехали чем-то тяжёлым. «Честное слово, надоело. Надо всерьёз задуматься о смене профессии».