Белый реванш - Андрей Максимушкин

– Милый, ты меня совсем не слушаешь. О чем ты думаешь? – неожиданно заявила Джина, глядя на поглощающего соевый низкокалорийный окорок мужа. Тот чуть было не поперхнулся, но вовремя взял себя в руки.

– Любимая, ты у меня прелесть. Когда, говоришь, приезжает Сара?

– Только через неделю. Она не может взять отпуск. У их фирмы очень хорошо пошли дела, сейчас много работы, возможно, будут расширяться. Ты представляешь! Саре намекнули, что если она постарается, то может возглавить новый филиал в Мемфисе.

– Ну, тогда она вообще не приедет.

– Ты рад этому, – осуждающим тоном произнесла Джина.

Иногда слова жены заводили Александера в тупик.

– Тому, что Сара не приедет, – уточнила жена. В воздухе запахло приближающимся скандалом.

– Любимая, солнце мое, мне все равно, кто приедет. Главное – ты со мной. – Александер поцеловал руку супруги и, гладя ей прямо в глаза самым нежным, полным любви и восхищения взглядом, на который только был способен, промурлыкал: – Счастье мое, любовь моя единственная.

Беременность влияла на характер Джины, появилась раздражительность, настроение менялось двадцать раз в день. Но это было не важно. Александер любил свою избранницу, он старался вовремя уловить смену настроения супруги, остановить приближающуюся грозу и развеять ее. Для него это стало смыслом жизни. Когда Джина сердилась или обижалась, он чувствовал себя не в своей тарелке.

– Алекс, ты самый хитрый и невыносимый человек на свете. Я без тебя жить не могу.

– Любимая. – Губы супругов слились в нежном поцелуе.

Ужин был благополучно забыт. Осторожно, чтобы, не дай бог, не надавить на живот Джины, Александер подхватил жену на руки и понес в спальню.

Уже поздно вечером Александер тихонько, чтобы не разбудить жену, спустился на первый этаж и включил телевизор. Он хотел спокойно отдохнуть в одиночестве. Пробежавшись по программам, оставил какой-то новостной канал. Как раз вещал Президент о чем-то чрезвычайно важном и умном. К удивлению Александера, речь была грамотной, взвешенной, без ляпов и ошибок, вызывающих гомерический хохот у более-менее образованных людей. Похоже, Буш наконец удосужился поменять спичрайтера. А жаль, теперь его выступления будут гораздо скучнее.

Что же касается содержания, так это всегда был, есть и будет типичный набор фраз, стандартные призывы к нации, лукавая, малореальная, но зато правдоподобная статистика. Все то, что должно убеждать обывателей в главном – дела идут на лад, кризис прекратился, Америка твердо стоит на ногах и семимильными шагами устремилась к процветанию и благоденствию.

Пусть говорит, это лучше, чем тупые телешоу, познавательные программы для имбецилов или дебильные фильмы. Сейчас для Александера включенный телевизор был просто необходимым шумовым фоном, позволяющим чувствовать себя в полном одиночестве в уютной домашней обстановке. На первом этаже дома не было никого, охрану Александер отпустил, а Джина мирно спала наверху, утомившись после разнообразной и взаимно приятной программы, которую они крутили целый вечер. При мыслях о жене губы Александера тронула легкая улыбка. Пусть спит, сейчас ей нужно хорошо высыпаться, гулять на свежем воздухе и придерживаться специальной диеты. Рождение ребенка – дело серьезное.

Самому Александеру спать не хотелось. Лучше вот так сидеть на диване, смотреть на рожу техасца и неторопливо потягивать мультивитаминный сок. Иногда надо расслабляться. Нельзя все время работать. Идиллию, как обычно, разрушил телефонный звонок. Судя по мелодии, звучал «Реквием» Моцарта, звонили с работы. Александер недовольно поморщился, покосился в сторону тумбочки, где трезвонил мобильник. Вдруг сам заткнется? Нет, не заткнулся, чуда не произошло. Пришлось подняться с дивана и идти к аппарату.

– Да, слушаю.

– Добрый вечер! Извини, поздно звоню, – прозвучал бодрый голос Страйка Сильвера, первого зама шефа.

– Ничего, я не сплю. Что случилось?

– Возникла сложность. Из Югославии высылают троих наших сотрудников.

– Ясно. Провал серьезный? – Александер внутренне напрягся, так всегда бывало, когда он чувствовал приближение неприятностей. В голове у него закрутились варианты развития событий и возможные последствия. Высылка работавших под дипломатическим прикрытием агентов могла быть связана с недавней задачей – собрать материал по русским военным базам Батайница и Приштина. По косвенным данным, русские начали работы по расширению этих авиабаз с учетом возможности приема тяжелых бомбардировщиков. Что не могло не вызвать интерес ЦРУ. Но вопрос не только в причине, но и в последствиях высылки.

– Да, проблема серьезная, – подтвердил опасения Александера Страйк, – есть основания считать, что это только одно звено из цепи ожидающих нас провалов. ГРУ серьезно взялось за зачистку Восточной Европы.

– Я понял. Что будем делать?

– Работать. Завтра ровно в восемь собираемся у Майкла. Не забудь подготовиться.

– Хорошо. Утром поговорим. Всего доброго. – Выключив телефон, Александер подмигнул своему отражению в зеркале. Он был раздражен. Работа упрямо не желала давать ему ни минуты свободного времени, ни секунды отдыха.

– А что я теряю? Все это ерунда! – вслух заявил Александер, подойдя к бару и скептически обозревая батарею разнокалиберных бутылок. Неплохой выбор. Пожалуй, стоит сегодня промочить горло. Выбрав початую бутылку бренди, он набулькал себе в стакан немного напитка и потянул носом аромат. Здорово, черт побери! Напиток и на вкус оказался неплох. Огненный, ароматный комок прокатился по горлу и растекся по телу теплом. Неприятные мысли исчезли, остался только благодушный, расслабляющий настрой. К черту проблемы! На это есть утро.

Вернувшись на диван, Александер поднял пульт и выключил телевизор. Надоело! Лучше побыть в тишине. Но, несмотря на добрый глоток старого бренди, на душе было неспокойно. Явно ощущался дискомфорт. Александер чего-то хотел, к чему-то стремился, но сам не знал к чему. Как будто он забыл и не может вспомнить, к чему именно. Это мучило, напоминало о себе, не давало расслабиться.

Александер заложил руки за голову и уставился в потолок. Если трезво поразмыслить, он многого добился в этой жизни. Почти все кредиты выплачены, хороший дом в престижном районе, на банковских счетах немаленькие суммы, личный бизнес оценивается уже в пять десятков миллионов баксов, женился на любимой женщине, скоро будет ребенок. На работе дела идут великолепно, блестящая карьера, знакомства с нужными людьми, участие в очень выгодных и перспективных проектах. Жизнь сложилась удачно, и будущее представляется только в радужных тонах.

Он все делал правильно. Практически ни одной серьезной ошибки, если не считать подцепленного еще в университете триппера. Давно вылеченного, естественно. Но сейчас Александер чувствовал глухое раздражение. Он совершил ошибку, серьезную ошибку, и не знал, где именно. Жизнь приучила его доверять своим предчувствиям, они не обманывают. В поисках ответа он попытался проанализировать основные события последних месяцев. Нет, не помогает. Ни одной ошибки, была пара мелочей, но это не так важно, никакими последствиями они не грозят.