Файролл. Сицилианская защита - Андрей Васильев

— По какому праву, спрашиваю я вас! — довольно борзо просипел он, уставившись на вождей кланов. — По какому праву вы пришли в мой замок и убили моих людей?

— По праву жителей этой земли, — спокойно ответил ему Фергус. — Ты творишь беззаконие, ты плюешь на наши обычаи, и ты ни в грош не ставишь честь воина. Совет вождей кланов присудил тебе смерть.

— Я вождь, как и вы, мне нельзя отрубить голову так же просто, как этому идиоту. — Кэннор пнул ногой голову Дункана, которая все так же лежала на камнях площади. — Это не по вашим же дурацким законам.

— Мы это знаем, — кивнул Фергус.

— И вы сами не можете вызвать меня на поединок, — злорадно продолжил Мак-Линн. — Вы вожди, и я не объявлял войну вашим кланам.

— И это мы знаем. — Бейрон был сама невозмутимость. — Не теряй много времени, изощряясь в словоблудии, Мак-Линн, я наперед знаю все, что ты скажешь, поэтому я сразу покажу тебе нашего поединщика.

— И кто же это? — Кэннор оскалился. — Надеюсь, это не овцепас какой-нибудь?

— Нет. — Мак-Соммерс показал на меня. — Это Хейген, тан Западной Марки, ближник королевы Анны, владычествующей над землями Запада. Он достаточно знатен, чтобы выйти против тебя в поединке. И даже больше — хорошо, что у тебя самого достает родовитости для того, чтобы он оказал тебе такую честь.

Эк старик завернул. Я прямо себя зауважал.

— Ну ничего себе! — зашептала мне в ухо Тисса. — Это правда все ты?

Я дернул плечом: мол, не мешай. Интересно же!

— Я его не знаю, — скроил непонимающую рожу Кэннор, разглядывая меня. — Эй, тан, а тебе какой интерес со мной драться? И тан ли ты?

— Тан, тан, — перебил его Фергус. — Если надо, могу тебе показать его верительные грамоты. Что же до повода, к которому ты непременно прицепишься… Тан Хейген, напомните мне имя вашего друга, с которым вы плечом к плечу прошли не одно сражение?

Вот старый хрыч, как же он мне надоел со своими играми! И какие непростые мне в последнее время старички-то попадаются, а?

— Его полное имя Лоссарнах Мак-Магнус из клана Магнусов, лейрд Морригота, бейлиф Фассарлаха и Таргота. Только я и сам про это недавно узнал, ну то, что он Мак-Магнус и так далее. И еще — если я где ошибся в перечислении титулов, так прошу пардону, столько текста сразу фиг запомнишь.

— Все-таки он выжил, — снова сплюнул Мак-Линн. — Вот же недоглядел я, экая досада. И что тебе до него? Стоит ли умирать ради труса?

— Ты это, давай язык не распускай особо, — посоветовал я Кэннору. — Лейн воин, каких поискать, а ноги от опасности уносить всякому случалось. И не рассказывай мне, что тебя за стеной в лесу схомутали, потому что ты туда пастушку юную пошел соблазнять. Сам сдрейфил и сбежал, при этом всех бросил на гибель — и клан свой, и родню, и вон этого, на всю голову больного.

— И что с того? — цинично ухмыльнулся Мак-Линн. — Ну да, струсил и не стесняюсь этого. Я хочу жить и поэтому принимаю твой вызов, хоть ты его мне и не бросил еще. Я убью тебя и уйду из замка, и никто не посмеет меня остановить, потому что вы рабы своих законов, и в этом ваша слабость. А после я вернусь и всех вас перебью, по одному, как скот на бойне. Стрела в спину, яд, колдовство — я не вы — куски скал, закаменевшие навеки в своих глупых традициях. Я человек новой жизни, у меня есть цель, и я дойду к ней, я усею все трупами, да если понадобится, я залью кровью все Пограничье, весь Запад! И когда вы все сдохнете, я буду спать с вашими женами в ваших домах, ваши сыновья будут пасти моих овец, а ваши дочери — согревать постели моих воинов.

— Очень трогательная речь, — похвалил я его, сбрасывая со спины щит. — Забыл добавить в конце: «Однозначно, подонки», — и в кого-нибудь плюнуть. Все, закругляйся, пошли, потанцуем.

Кэннор с усмешкой обвел глазами своих сокланов и ехидно спросил:

— Ну верные мои, кто мне даст свое оружие? Или мне на битву с этим таном, появившимся неизвестно откуда, с кулаками выходить?

Из толпы вышел немолодой воин и протянул ему палаш и щит.

— Я не забуду тебя отблагодарить, Гнейр, когда вернусь, — заверил воина Кэннор.

— Я бы осторожнее относился к его обещаниям, — заметил я, вращая меч кистью руки. — Неизвестно, что именно этот прыщ вкладывает в слова: «Не забуду отблагодарить». Может, он и твою жену покрыть хочет? Или дочь?

— Какой острый язык у этого недомерка, — надевая щит на руку, сообщил всем Мак-Линн. — Пожалуй, я его отрежу себе на память, потом буду использовать как талисман.

— Моя удача велика, — заверил его я. — Думаю, что ее достанет для того, чтобы мой язык остался при мне, а вот твои уши я, пожалуй, точно отрежу, они прямо как лопухи, не каждый день такие увидишь. В Эйгене музеум есть, там всякие уродцы выставлены, так это будет достойный экспонат, даже без твоей головы.

Кэннор сжал губы. Удар попал в точку — уши и впрямь были хоть куда: хрящеватые, вытянутые и выпуклые, прямо какие-то галоши. Надо думать, он из-за них крепко переживал, так что первое очко досталось мне.

— Круг, гэльты, круг, — раздался голос Мак-Миллана, и толпа расступилась, образовав вокруг нас кольцо.

— Тан Хейген с Запада и Кэннор Мак-Линн, деритесь честно и помните, что вы отстаиваете правду, каждый свою, — веско сказал Фергус. — Смерть одного докажет нам, на чьей стороне боги.

Кэннор красиво двигался, плавно перетекал из стороны в сторону как ртуть. Мелкими шажками перебегал по кругу, примериваясь для удара, и не спеша, чуть заметно, вращал палаш.

— Хей-ген — чем-пи-он! — Звонкий девичий голос и хлопки в ладоши сообщили мне, что Тисса явно стоит в первых рядах. Вот непоседа!

— Девица, веди себя достойно, — раздался строгий женский голос. — Стой и смотри, как дерется твой мужчина, не выказывай эмоций, это недостойно избранницы тана.

— Он не мой! — негодующе заметила юная магичка.

Чем там у них кончилось дело, я не знаю, поскольку Кэннор все-таки решился нанести удар.

Его меч стукнул по моему щиту. Крепко стукнул. Руку не отсушил, но удар я прочувствовал. В ответ мой клинок встретился с его щитом, глупо было бы ожидать того, что я так сразу пробью его защиту.

Мы обменялись еще двумя ударами и снова разошлись по сторонам круга, внимательно следя за движениями друг друга.

Вот же засада. Всего два слова — и его крошат на винегрет веселые ребята в забавных доспехах из Алого легиона, но ведь нельзя этого делать. Упертые местные сочтут подобное явление черной волшбой и меня на пару с этим горским фюрером на фарш пустят. С криками «Он колдун» и плевками в мою сторону. Или камнями побьют…

Кэннор стал сближаться со мной и неожиданно прыгнул, резко толкнув меня щитом, да так, что мой щит практически оказался приплюснут к моей же груди, а после попытался нанести рубящий удар сверху. Я чудом успел подставить меч и встретить его клинок над самой своей головой. В тот момент, когда мечи, звякнув, скрестились, он как-то по-хитрому дернул свой щит вверх, и я получил сокрушительный удар под челюсть. В глазах сверкнуло, и если бы тут были мои настоящие зубы, их количество точно бы поубавилось.