Входящая во Мглу - Кэт Ричардсон

— Он уже здесь? — спросила я.

— Еще нет.

— Покажите мне его, когда он удостоит нас своим присутствием.

— Ты сама поймешь.

Я попыталась собраться с мыслями, но они порхали будто мошки в свете лампы.

— Какие у нас шансы, по-вашему? — спросила я.

— Эдвард не дурак, когда речь идет о его владениях.

Я заговорила было снова, но Карлос предупредительно щелкнул пальцами, обдав мою щеку холодным жаром.

— Собственной персоной, — пробормотал он.

Я искоса взглянула на дверь. Не огромный, как Карлос, стройный, но оттого кажется выше. Огненные нити вокруг него вырываются вверх, пылая всеми цветами, свиваясь, будто чувственные змеи, с любой другой нитью, к которой прикасаются. Сара верно сравнила его с Джеймсом Бондом: густые темные волосы над бледной кожей и пронзительными глазами, видимая склонность к жестокости. Почти каждая голова в зале повернулась к нему, пусть только на миг, признавая появление хозяина города. Я себе этого не позволила, как и Карлос.

Эдвард пошел вглубь, нарушая картину. Описал круг по часовой стрелке. Карлос цинично усмехнулся, наблюдая.

— Не очень-то ему нравится ситуация, а? — отметила я.

— Никогда не знаешь, что думает Эдвард, пока он не всадит нож, — предупредил Карлос, поднимаясь.

Эдвард, наконец, приблизился к нам, стал в расползающемся круге холода. Карлос зло уставился на него. Эдвард мазнул взглядом по большому вампиру, словно отгоняя муху.

Карлос сделал шаг в сторону.

— Эдвард.

Тот едва кивнул.

— Карлос. Все еще с нами.

— Навечно.

Эдвард тихо фыркнул в веселом отвращении.

— Все злится. Какая бесполезная трата сил. Все живет прошлым.

— Для меня прошлое и будущее едины.

— Как всегда.

От Карлоса расходились волны ярости. Он оскалился, показывая блестящие острые клыки. Эдвард сцепился с Карлосом взглядами. От иссушающего ледяного тока у меня волосы на руках встали дыбом.

— Мое время настанет.

Карлос отступил, повернулся на каблуках и ушел, не оглядываясь. Я надеялась, что он будет держаться поблизости.

Эдвард сел на освободившийся стул. Окинул меня гораздо более теплым взглядом, чем тот, что достался Карлосу. Будто перевел стрелку. Обрушившаяся на меня смесь возбуждения и антипатии смущала.

— А, детектив. Друг моей несчастной ошибки.

— Наемный работник Камерона, — поправила я. — Я зашла узнать, получится ли у меня одновременно помочь вам и облегчить положение моего клиента.

Анонимный официант поставил перед нами выпивку. Я не представляла, что за маслянистая жидкость поблескивала в маленьких стаканах, и не собиралась выяснять. Я оставила свой на столе, а Эдвард выпил.

— Помочь мне? Надо было стереть мелюзгу с лица земли.

— Вы давно упустили шанс безнаказанно убить Камерона. Сейчас появились более насущные проблемы, и я знаю, как вы можете одним махом решить и их, и вопрос с Камероном.

Эдвард поднял бровь и взглянул на меня поверх стакана. Я с улыбкой подавила внезапную дрожь, оставившую липкий пот, и продолжила:

— Довольно многие из ваших людей мечтают скрестить с вами шпаги. Один убеждал меня вас упокоить, но я не самоубийца и не идиотка. От вашей смерти не будет пользы ни вашему сообществу, ни моему клиенту. Есть одна внешняя опасность, которая угрожает всем — не только вам, мне или Камерону. Избавившись от нее, вы спасете сообщество, укрепите свои лидерские позиции и подорвете авторитет клеветников. Еще у вас появится шанс вынудить недругов либо поддержать вас, либо открыто выступить против, чтобы вы могли уничтожить их, не боясь осуждения.

Эдвард откинулся назад, пронизывая меня взглядом.

— Одни сплошные намеки. Вы хотите, чтобы я оставался у власти, однако именно вы подняли волну, которая грозит меня смести. Я отдал вам Камерона, но вы продолжали совать нос в мои дела. Ждете от меня благодарности? Я мог бы разорвать вас на части и покончить с этим прямо здесь и сейчас.

У меня похолодело внутри, тем не менее я не поддалась.

— Верно. Только разумно ли так поступать перед собравшейся аудиторией лишь для минутного успокоения? Разумно ли убивать меня, слабое создание, которое пришло к вам под покровительством того, кого они все уважают и боятся больше, чем вас?

Я обвела рукой полный зал вампиров.

— Как тогда они смогут вам доверять? Мне сказали, что вы не дурак, но было бы глупо убивать меня при таких обстоятельствах. К тому же когда у меня есть решение ваших проблем.

— Вы говорите о проблемах, а я не вижу ни одной, кроме ваших досадных укусов.

— Карлос единственный из всего сообщества, кто мог распознать кризис, но я догадываюсь, что он не стоит на страже ваших интересов с самой Севильи.

Эдвард холодно поднял бровь, хотя я заметила, как на секунду померкла его корона. Я чуть улыбнулась. Он придавил меня тяжестью своего взгляда. Боль в груди отвлекла меня достаточно, чтобы я смогла отвести глаза, как раз когда Эдвард заговорил.

— Расскажи, что и откуда ты знаешь.

Я впала в сосредоточенность стрелка, чье поле зрение сузилось до дырки от пули, находящейся в двадцати ярдах. Я не могла ни промазать, ни раскиснуть под его контролем.

— Я скажу и дам решение, но только за плату.

Эдвард заскрежетал зубами.

— Бросаешь вызов? Торгуешься со мной?

От удивления и гнева он позабыл давить на меня. Я снова посмотрела ему в глаза и заставила себя говорить тихо.

— Я пришла помочь вам, чтобы вы помогли мне. В зале полно ваших врагов. Если тронете меня — беззащитную дневную под покровительством Карлоса, — у них появится предлог сплотиться против вас, спичка для пороха их ненависти и страха. Они нападут со всех сторон. Если вы уцелеете, ваши рабы, помощники и приспешники из «ТПМ» исчезнут. Вы потеряете контроль над своей империей и в дневном, и в ночном мире. А ведь это настоящий ключ к вашей власти. Вот почему они пришли сюда сегодня. Вот почему помогали мне и баламутили воду. Им нужна ваша голова. Я не могу остановить Эллис и ее приятелей, тем не менее, если вы послушаете мои предложения и оставите меня живой и невредимой, у всех, кто пока не решился, не будет причин объединяться против вас, а остальные поддержат вас ради собственного блага. Карлос не может с вами бороться, но он не станет помогать Эллис, если вы не дадите ему повод. Итак, до такой ли степени я вас разозлила, что вы готовы перерезать себе горло одновременно с моим, или предпочитаете послушать дальше?

Эдвард поставил стакан и уперся локтями в стол. Положил подбородок на ладони, внимательно посмотрел на меня. Жар усилился вместе с альбедо Мглы, которая сгустилась до снежного света, пронзаемого искрящимся неоном. Повисло молчание.