Другая жизнь - Илья Павлов

Судя по настроению командира, поход в Южный порт все-таки удался. С Южным товариществом диалога не получилось, но зацепиться удалось. Что из всего этого получится – не знаю. Старшой сказал, что решат все деньги. Как ни странно. Что придется пару лет торговать почти в убыток, чтобы закрепиться в этой торговле. Посмотрим.

На кораблях полоскался наш трехцветный флаг. Юл долго бухтел, что для морского товарищества нужно придумать что-то новое, но ничего внятного сказать не мог. Скоро, по-морскому скоро, вышли на траверз Южных островов. И началось… Навстречу показался парус, потом еще и еще. Семь кораблей охватывали нас полукольцом на встречном ветре.

– Ну вот и все, Сержант, – Старшой стоял рядом со мной на палубе, – не думал, что так серьезно за нас возьмутся.

– Прорвемся, – я разозлился, – мне гадалка нагадала, что я на суше помру, а не в море. Прорвемся.

Я оглянулся: отставшая «Вредина» пыталась лавировать, чтобы догнать нас. Марун поймал ветер и не хотел уходить с него. Посматривал на нас от руля, ожидая приказа. А что тут прикажешь….

Команда бегала, разнося концы по местам, наш отряд одевался в броню, матерясь и сплевывая за борт. Только Старшой стоял, спокойно облокотившись на планширь.

– Ну что, уважаемый Марун, есть у нас шансы уйти?

– Нет, командор. Пока будем разворачиваться, да с полными трюмами…

– А если вперед, на прорыв?

– Боковые сейчас начнут разворачиваться за нами, а когда пойдем мимо заградительного отряда, те попортят нам паруса, даже если отобьемся от абордажа. Семь кораблей – это серьезно.

– Обидно. Не расстраиваетесь, что связались с нами, Марун?

– Командор, я погибну капитаном корабля. Это и так больше, чем я мог раньше мечтать.

– А чьи это корабли?

– Флагов нет, но перед атакой поднимут. Юл нам что-то семафорит, но не разобрать.

– Ладно. Окропим палубу красненьким.

– Старшой, мне не нравится твой настрой, – я разозлился еще больше, – на тебя люди смотрят.

– Ты прав, извини, – и заорал: – Орлы! Судьба дарит нам еще семь кораблей. Когда будете захватывать, сильно их не портите, они нам еще пригодятся.

Бойцы заржали. Так-то лучше.

– Флаги поднимают, командор! И в дрейф ложатся! – заорал Марун. – Это не атака.

Мы уставились на ближайшую шхуну, которая стала разворачиваться к нам бортом. На центральной стеньге стал подниматься флаг. Трехцветный флаг. Только, в отличие от нашего, белая полоса не отделяла васильковую и красную части полотнища, а перечеркивала их крест-накрест по диагонали двумя белыми мазками.

Старшой засмеялся:

– Ложимся в дрейф, капитан Марун. Это друзья.

Собрались на нашей палубе. Юл, который и организовал эту встречу, представил Старшому капитанов Морской гильдии. Вот где страх-то… На пиратской галере – и то были поприличнее. Но ничего. Надел свою кирасу, встал вместе с Братьями позади командира, пусть знают наших. Прониклись. Вмятины от болтов, зазубрины на щитах и отполированные мечи всем внушают уважение.

– Капитаны Морской гильдии, рад видеть вас под таким красивым флагом. Кто придумал? – Старшой приказал разлить по кружке рома.

– Я, командор, – ответил один из капитанов, небольшого роста, весь в непонятных татуировках, с типично южным лицом.

– Сержант, вели достать из трюма бочонок «ледяного» рома для капитана Лу. – Старые шкиперы одновременно сглотнули. – Второй бочонок получит тот, кто первым приведет свой груженый корабль в Корронну.

Кружки поднялись вверх в знак приветствия.

– Я даже не знаю, что вам еще сказать, уважаемые. В Южном порту есть товар, много товара, который мы хотим доставить на север. На севере есть лес, пенька, железо и прочее и прочее… то, что с радостью купят здесь. Короче, товар наш, прекрасные корабли – ваши, с деньгами договоримся.

– Командор, – это уже сильный крепкий моряк со шрамами, которые не блекли и рядом с моими, – в Южном порту проблема с пирсами и погрузкой. А как нас встретит Корронна? Там тоже не любят наши корабли.

– Уважаемый Со, в Южном порту у нас свой причал. Не совсем обычный, но четыре шхуны одновременно встать под погрузку могут. Да-да… Юл, ты где, старый пират? Подтверди. И к следующему вашему приходу туда мы его расширим. Что касается северных портов и самой Корронны…. Я думаю, что с товарами на борту и таким флагом на мачте…. нам будут рады. Не все, конечно, но, капитан Со, десять вымпелов: что за разговоры…. Пусть привыкают, бушприт им… сами знаете куда. Мы идем не воевать, а торговать. Но обижать нас, таких воспитанных, тоже не дадим. Правда, капитан Лю? – Это заросшему волосами от макушки до пяток и увешанному кучей оружия.

Тот усмехнулся:

– Да мы даже обижаться не будем, командор.

– И это правильно. Жду вас в Корронне.

– Готовьте ром, командор.

23 злыдня 324 года. Она

Год назад написала домой в Корронну. Родители умерли давно, но сестра оставалась. И если не продала отцовский дом, то должна была отозваться. Отозвалась только сейчас. Она сильно заболела, нашла в себе силы преодолеть старые ссоры и написала. Решила ехать. С животом, но что делать… Сестра все-таки.

Весло дал несколько человек. Я отказывалась, говорила, что Немого вполне хватит. Но Весло настоял.

– Все равно надо в столицу много чего везти. С ними и поедешь. И не спорь даже. Не хочу перед Старшим дураком выглядеть.

Уже на полпути догнало письмо от него. Идет морем в Корронну. Здорово, там и встретимся. Посмотрю, с кем он там плавает. Ехали не спеша. Как изменилось все за последние годы… Страна богатела, народ стал жить веселее. А детишек сколько по городкам… Кто, интересно, у меня будет? У нас. У Лисы родилась девочка, рыжая, как она сама, но что-то и от Сержанта все же было.

Вот и столица. Помню ее после мора. Почти пустой, разграбленной. Потом веселой, молодежной, студенческой. Теперь непонятно какой. Богатой и полной народа. Но чужой. Отвыкла я от большого города. От столицы. Поселилась дома, у сестры. От нее, веселой хохотушки, осталась половина. Замуж не вышла, вся в долгах, больная. Как могла ободрила ее. Трое наемников, которые остались со мной, а не поселились с остальным караваном на постоялом дворе банка, сразу, чтобы не бездельничать, стали приводить в порядок дом. Немой руководил, давал деньги на материалы. Я попыталась отдать свои, но он только улыбнулся. С долгами сестры тоже разобрался он. Та пошла на поправку. Все не могла понять, кто отец моего ребенка. Пыталась расспрашивать охрану, но те только отшучивались. А уж их обращение ко мне «ваша светлость» вообще вгоняло ее в ступор. А больше всего удивлял Немой, тот как тень всюду ходил за мной. Даже по дому. Я-то привыкла давно…

В дверь постучали. Заглянул Немой, открыл дверь. На пороге стоял офицер в форме Корроннского гвардейского полка.