Первая ведьма - Татьяна Зинина

Спасибо Нори, теперь хотя бы стали понятны причины его холодности. Я ведь теперь для него не просто студентка, а еще и бывшая любовница. А если об этом узнает его невеста, то у принца могут быть неприятности. И пусть логикой и умом я понимала все это, но внутри меня продолжали сжигать смертоносные пожары.

Душу просто выворачивало от боли. Хотелось завыть подобно раненой волчице. Закричать. Разрыдаться, в конце концов. Но я даже этого не могла сделать. Глупые гадкие слезы никак не желали появляться на глазах… И только с губ срывались редкие всхлипы.

Оставаться в академии оказалось выше моих сил. Хотелось выбежать за ее пределы, но ворота заперли еще час назад и откроют только утром. Потому пришлось просто выйти из корпуса и направиться по темной дорожке, ведущей к полигонам. Я шла, не особенно разбирая, куда иду. В свете тусклых фонарей моя тень казалась бесформенным пятном, зато высокие деревья напоминали огромных монстров. Но сейчас мне было плевать на все… Наверное, даже если бы одно из них и правда превратилось в страшное чудовище и напало на меня, я бы даже сопротивляться не стала.

В самом конце длинной извилистой аллеи за последним, дальним полигоном обнаружилась небольшая лавочка. По виду она отличалась от тех, что стояли в скверах перед главным корпусом, и больше напоминала нечто корявое, сколоченное из полок старого шкафа. И тем не менее сидеть на ней оказалось очень даже удобно, а само понимание того, что никто меня здесь не найдет, даже немного грело душу.

И в этой тишине… оставшись один на один со своими мыслями, я все-таки позволила себе слабость. Перестала сдерживаться, отбросила маску леди и выпустила наружу тот огонь, что жег меня изнутри.

– Дура, – сказала я вслух.

Мой голос в тишине прохладной осенней ночи прозвучал словно удар в колокол. Но я не замолчала. Наоборот. Если уж поговорить ни с кем не могу, то буду разговаривать с этим местом. С лавочкой, с деревьями.

– Идиотка! – бросила громче и сама улыбнулась своим словам.

Правда, эта улыбка многим бы могла показаться оскалом. Жуткой гримасой боли. Но я все равно улыбалась… насмехаясь над собой. Над собственной слабостью и тем безумным чувством, которое раньше казалось чистым и светлым, а теперь убивало меня, словно медленный яд.

– Наивная мечтательница! – рявкнула в темноту. – Безмозглая клуша!

Слезы… Боги, как же мне сейчас не хватало слез. Я мечтала разрыдаться, ведь мне бы стало легче. Пусть ненадолго, пусть это признак слабости, но мне до демонов надоело быть сильной.

– Недоразумение, – прошептала я, закрывая лицо руками. – Боги… глупое недоразумение. И ничего больше.

Он ведь именно так меня называл. И, наверное, если бы не открывшиеся стихии, продолжил бы относиться ко мне с подчеркнутой холодностью. Но из-за этих способностей, из-за неожиданной связи с семьей Артарри, из-за тайн, которыми обросла смерть Андамирры, Димарию просто стало любопытно.

На самом деле его нельзя ни в чем обвинять. Он ведь правда ничего мне не обещал. Не затаскивал в свою постель. Я сама в нее залезла. И от понимания этой простой истины становилось лишь хуже.

Не знаю, сколько так просидела одна, поливая себя самыми последними словами. Кляня собственную глупость вкупе с наивностью. Легче не становилось. Но о том, чтобы вернуться обратно в спальню, я даже думать не желала. Уж лучше так… сидеть одной на холоде и упиваться собственной глупостью, чем видеть жалость в глазах подруг.

– Простите, леди, – донесся до меня незнакомый мужской голос.

Я нехотя подняла лицо и встретилась взглядом со стоящим в нескольких шагах от меня светловолосым парнем. Он выглядел немного смущенным, но при этом в его глазах отражались доброта и обеспокоенность.

– Я могу вам чем-то помочь? – спросил он, прекрасно разглядев мое состояние.

Честно говоря, хотелось нагрубить, но я вовремя отвесила себе мысленный подзатыльник и все же нашла силы для вежливого ответа.

– Увы, помочь вы мне не сможете, – проговорила тихо. – Но я благодарна вам за заботу.

Он посмотрел на меня с легкой иронией, вздохнул, но вместо того, чтобы уйти, подошел ближе, присел рядом.

– Ты ведь Амитерия, да? Леди с факультета магической физики, с которой после ужина каждый день занимается профессор Аркелир, – уточнил он с теплой улыбкой. – И не нужно всех этих лишних условностей. Тебе плохо, я это вижу. Оставить тебя в таком состоянии мне не позволит совесть. Поэтому уйду отсюда, только когда буду уверен, что с тобой все хорошо.

Эта его тирада умудрилась не просто произвести на меня впечатление, а встряхнуть так, будто меня кто-то отчаянно дернул за плечи. И, видимо, мое удивление очень красноречиво отразилось на лице, потому как парень снова улыбнулся и все же решил представиться.

– Мое имя Леонис Маркери, – сказал он. – Я тебе не причиню вреда, не сомневайся. Учусь на шестом курсе воздушников. О тебе знаю только потому, что часто гуляю здесь после отбоя… и не раз видел вас с профессором. А теперь ты заняла мою любимую лавочку и выглядишь так, будто готова сама наложить на себя руки.

– Вот уж точно нет, – хмыкнула я, почему-то только сейчас сообразив, что, несмотря на предыдущие мысли, расстаться с жизнью не готова.

– Это прекрасно. Значит, все не так плохо, как мне показалось.

В его голосе снова послышалась добрая насмешка, и я не смогла сдержать ответной легкой улыбки. Не знаю почему, но этот странный парень вызывал у меня исключительно приятные эмоции.

– Так и что у тебя случилось? – спросил он, ни капли не сомневаясь, что отвечу. – Расскажи. Станет легче.

– Думаешь, если признаться в своих тайнах незнакомому человеку, это может как-то спасти ситуацию? – спросила насмешливо.

– Уверен, – серьезно отозвался он. – Ты ведь не знаешь обо мне ничего, кроме имени. Я о тебе – тоже. Мы чужие люди. Нам, по сути, наплевать друг на друга. Но сейчас, Амитерия, я готов тебя выслушать. Готов помочь… хотя бы словом. А тебе точно стоит выговориться.

Не знаю, что стало причиной моей очередной глупости, что подтолкнуло меня ему поверить, но я вдруг расправила плечи, обратила взор в темноту и выпалила как на духу:

– На самом деле ничего со мной не случилось. Я просто имела глупость позволить своему сердцу полюбить того, кто никогда не станет моим. Как видишь, история банальная.

Я старалась говорить с иронией, но в голосе все равно слышалась боль, которая не осталась незамеченной.

– А он тебя любит? – спросил Леонис.

– Нет.

Произнося это слово, даже ни на мгновение не задумалась, что могу оказаться не права. Но вот мой собеседник считал иначе.

– Уверена?

– Я ему безразлична. По крайней мере, в последние несколько дней он вел себя именно так. А сегодня мне стало известно, что он женится… на другой. – На губах против воли растянулась горькая улыбка, и я не стала ее прятать. Зачем? – Но ты не думай. Он мне ничего не обещал. А тут я сижу лишь потому, что не хочу, чтобы меня жалели.