Блуждающий Трактир - pirateaba

— У тебя хорошая хватка, сынок. Из тебя вышел бы славный фермер.

— Ах, но я бы постоянно путал корову с быком, а это ни для кого не закончилось бы хорошо, не так ли?

Шутка, смех, и вот я превратился из пугающего неизвестного в кого-то контактного, даже симпатичного. Одна мать шлёпнула своего сына за то, что он меня обзывал, и вскоре я представился как путешественник издалека, которого сбило с пути заклинание, отчего я теперь полагаюсь на помощь Дюрен.

Эта небольшая выдумка была хорошо встречена всеми жителями деревни, но позже Прост отвёл меня в сторону, пока Дюрен помогала одному из фермеров поднять несколько бочонков.

— Я не стану много говорить о Дюрен… Она хорошая помощница в трудную минуту, но она немного…

— Мне она кажется милой, нормальной девушкой. Вы ведь согласны?

Я мгновенно его заткнул. Не хочу знать. Не от него. Ни от кого, кроме Дюрен, которая сама решится мне всё рассказать. На этом разговор прервался; несколько мгновений все чувствовали себя неловко, пока я не начал расспрашивать о здешнем фермерстве. Оказывается, местные фермеры выращивали довольно разнообразные культуры, и они были в восторге, когда я рассказал о теплицах и севообороте. Некоторые высокоуровневые [Фермеры] обладали Навыками, приближенными к этим эффектам, и вскоре я уже давал туманные советы по технике земледелия, которую я наполовину забыл. Жаль, что я не мог дать им комбайн.

Дюрен сначала беспокойно крутилась вокруг меня, но со временем расслабилась. Другие жители деревни относились к ней хорошо… я думаю. Они принесли ей огромную кружку молока, и она помогла оттащить огромное упавшее дерево с дороги, но…

Мы покинули деревню спустя несколько часов, при этом я получил приглашения от разных семей поесть и поговорить. Я мог рассказать истории о местах, где я побывал, опуская те части, которые они не поймут, так что в этой маленькой деревне я – эквивалент знаменитости или новинки.

Жителям деревни я понравился. Думаю, я могу сказать это с уверенностью. Они считали меня добрым, обаятельным и, если быть откровенным, сумасшедшим. Однако, несмотря на это, жена фермера Проста, Есель, дала мне корзину, полную всякого добра, чтобы я отнес её в дом Дюрен… Вернее, она вручила её Дюрен. В тот день я познакомился с большим количеством людей, и, в целом, всё прошло успешно.

Мне было только интересно, почему Дюрен им не нравится? Или, может быть, это не неприязнь? Она явно знает их всю свою жизнь. Но между ней и ними стоит стена, и как бы доброжелательно ни относились к ней жители деревни, как бы она ни старалась быть как можно более услужливой и кроткой, они всё равно держались от неё на расстоянии. Я слышал это в их тоне и наблюдал за этим из их действий.

Это заставило меня ненавидеть их, самую малость.

День 11

Я проснулся, зная, какой у меня будет класс. Я так волновался, что во время завтрака чуть не положил руку на сковородку от рассеянности. Я сообщил свою идею Дюрен, пока мы ели сыр, поджаренный на яичнице; никто из нас двоих не умел делать омлет.

— Думаю, я стану [Императором]. Ты не знаешь, нужно ли мне об этом заявить? Или просто нужно сделать что-то, что даст мне класс?

Дюрен подавилась яичницей, и мне пришлось некоторое время слушать, как она откашливалась, прежде чем выдавить из себя связные слова:

— Это невозможно! Лейкен! Что ты такое говоришь?

— Я собираюсь стать [Императором]. Кажется, это самый простой класс для меня, и, возможно, я получу некоторые полезные навыки.

Честно говоря, это был первый класс, который пришёл мне в голову как приемлемый вариант. Но Дерен сказала мне, что это невозможно. Я сказал ей, что она ошибается.

— Ты можешь стать [Императором], Дюрен. Ты можешь, и я могу.

— Это невозможно! Для этого… тебе нужно королевство, и дворец, и белый конь, и… и…

Её голос прервался, не в силах даже описать мою глупость. Я мог только улыбаться.

— Но это возможно, Дюрен. Я знаю об одном человеке, обычном человеке, который стал императором. Стал, пусть он и был беден, и у него не было ни дворца, ни коня.

— Правда? Кто?

В её голосе в равной степени смешались как скепсис, так и любопытство с желанием узнать. Ей всегда нравились истории из моего мира. Это вызвало ухмылку на моём лице, когда я заговорил:

— Он был известен как Император Америки Нортон I. Он был реальным человеком, который стал Императором, просто объявив себя им. Мне всегда нравилась его история.

— Императором? Но ты говорил, что в Америке нет правителей. Только кто-то с классом [Президента].

Мои объяснения о том, как устроен мой мир, возможно, были восприняты немного сумбурно. Я покачал головой.

— Это так. Но Нортону было плевать на правила. Однажды он объявил себя Императором. И он жил и умер, действуя как Император.

Это удивительная история, но мне трудно облечь её в слова. Как я мог объяснить Дюрен историю Джошуа Нортона, неудачливого бизнесмена, который однажды проснулся и разослал письма во все газеты Сан-Франциско, провозгласив себя Императором Соединённых Штатов?

Ну, в общем-то, примерно так:

— Он издавал прокламации и рассылал приказы армии – ни один из которых так и не был исполнен – и даже создал собственные деньги. Я знаю, что это звучит смешно, Дюрен, и готов поспорить, что ты сейчас улыбаешься, но вот в чём безумие: это сработало! Люди позволили ему называть себя Императором, а со временем стали относиться к нему как к таковому.

— Да нет.

— Начали. Не все, разумеется, но в конце концов он создал собственную валюту и стал известен всему городу. Жители Сан-Франциско принимали его деньги, он обедал в лучших ресторанах и ходил на знаменитые спектакли в театр, где для него специально держали место. Когда он умер, на его похороны пришло более тридцати тысяч человек.

Дюрен слушала молча, с восторженным вниманием. Я и сам мог себе это только вообразить. Его история ещё давным-давно захватила моё сердце.

— Некоторые говорят, что он был сумасшедшим. Возможно, так оно и было; честно говоря, скорее всего, оно точно так и было. Но он также осмелился мечтать. И это то, что меня всегда в нём восхищало.

Он осмелился мечтать. Есть вещи и похуже, которыми можно запомниться. И в отличие от богатых