Кто ты, моя королева - Ольга Островская

Отвернувшись от зеркала, окидываю взглядом комнату. Большая, просторная. И была бы светлой, если бы занавески на окнах раздвинуть. На стенах вышитые гобелены, изысканная лепнина на высоком потолке, огромная кровать с тем самым балдахином, вышивка на сине-зелёной ткани смотрится эффектно, но надоела до чёртиков. Кресла с такого же цвета обивкой, пуфики, расписанный прикроватный столик. Тяжёлые портьеры, в живописных складках. Однотонный пушистый ковёр. Деталей много, здесь очень красиво и даже уютно, несмотря на очевидную роскошь. Интересно, это покои королевы? Наверное нет, раз король её, то есть меня, прячет от придворных.

Эх, в окно бы посмотреть. Но не всё сразу. К тому моменту, как Сэльма заканчивает перестилать постель, я уже едва могу сидеть, несмотря на многочисленные подушки, которыми она меня обложила. Тело ломит, мышцы болят, в позвоночнике словно игла торчит, делая малейшее движение адски неприятным. Так что, когда моя сиделка, поднимает мою бренную тушку и тащит обратно к кровати, я не скрываю облегчённого вздоха.

– А теперь массаж, ваше величество. – бодро сообщает целительница, и переворачивает меня лицом вниз.

А-а-а! Всё! Мне не надо больше притворяться. Когда она заканчивает со мной, я чувствую себя побитой макарониной и ненавижу её вполне искренне. Садистка! Самая настоящая садистка! Заберите её обратно в госпиталь. Сэльма невозмутимо помогает мне надеть чистую ночнушку и, как Варэк, поднимает надо мной светящиеся руки.

– Вот и хорошо, вот и чудненько. Вы поразительно быстро восстанавливаетесь, ваше величество. – довольно сообщает, не обращая внимания на мой злой взгляд. И с энтузиазмом добавляет. – Скоро начнём с вами упражнения делать.

Я уверена, что вижу, как в её глазах пляшут черти. Похоже, целительницу забавляет сама ситуация. Меня бы тоже забавляла, если б это не было так больно. Нужно справиться, выдержать. Нельзя мне беспомощной оставаться.

Моя экзекуция откладывается из-за прихода Варэка. Щуплый целитель буквально врывается в спальню. Его глаза горят маниакальным блеском который я наблюдала у знакомых ботанов, помешанных на своей любимой профессии.

– Ну и как тут дела, Сэльма? Как восстанавливается королева? Она не приходила ещё в себя? Представь себе, первый человек, переживший Слёзы Киеры! Это ж такая возможность найти противоядие. – шёпотом тараторит эскулап, заставляя меня поперхнуться воздухом.

Сэльма поджимает подрагивающие губы, пытаясь сдержать смех, а я, вскинув брови, смотрю на увлёкшегося своими грандиозными планами доктора.

– Я бы тебя настоятельно попросил вести записи, как будет протекать процесс выздоровления. – продолжает вещать Варэк и тут натыкается на мой взгляд.

Как быстро, оказывается, может человек поменять окрас. Вот был тут целитель обыкновенный, стал целитель красный, а потом ещё и бледный.

– Эм, простите, ваше величество. Я слегка увлёкся. Просто такой случай… Но, конечно же, без вашего согласия я ничего… Э-э-э, не буду проводить исследований. Вот. Как вы себя чувствуете?

Я перевожу взгляд на Сэльму и многозначительно поднимаю брови, надеясь на её догадливость. Мои ожидания она оправдывает и отвечает вместо меня.

– Её величество пока не может говорить. Речевой аппарат не восстановился ещё полностью, как и некоторые другие функции организма. Но в общем картина очень хорошая. Восстановление идёт быстрыми темпами.

– Это просто замечательно. – потирает руки доктор и подходит ко мне, явно собираясь магичить. – Позволите, ваше величество?

Я лишь киваю. А что мне ещё делать? Пока Варэк светит на меня своими ладонями, моя сиделка собирает грязное постельное, с небольшого низкого пуфика рядом с кроватью. Я бы, пожалуй, и не обратила внимание на это, если бы не мечтательный взгляд целителя. Кое-кто конкретно так зависает, рассматривая крутую женскую попу в серой юбке, когда целительница нагибается. Притом настолько зависает, что свечение его ладоней начинает слепить глаза, отчего мне приходится зажмуриться. Эх, какие тут страсти бродят, однако.

– Кхм, извините, ваше величество. – совсем уже сконфуженно бормочет Варэк. Сегодня явно не его день.

Надо бы изобразить королевское возмущение, но я слишком устала. Разлеплять веки мне лень, так что оставляю их закрытыми и уплываю в сон. Упражнения буду делать, когда проснусь.

Как потом оказалось, проспала я целый день. Даже не слышала, как принц приходил. И даже король. Об этом мне сообщила Сэльма, когда я проснулась уже поздним вечером. Она опять подняла меня и потащила в ванную. А потом снова разминала. После этого мне таки пришлось делать упражнения. И хоть я честно морально готовилась к этому, от боли приходилось сжимать зубы, чтобы не выть. Пот лил ручьём, тело тряслось, как в лихорадке, но мне было радостно. Я могла шевелиться. А говорить пока нет. Закончив меня мучить, Сэльма вытерла королевское тело сначала влажным полотенцем, потом насухо чистым, одела и помогла улечься. Вот только спать мне, несмотря на физическую усталость, не хотелось. Глаза привычно уставились на балдахин, отслеживая узоры причудливой вышивки. Может завтра я уже смогу на ноги встать? Ведь утром едва конечностями шевелила, а сейчас вот смогла ими даже размахивать. В процессе не раз замечала, как Сэльма что-то магичит. Наверняка, моё выздоровление ещё и благодаря этому так споро движется. В общем, помечтать можно.

Взгляд сиделки я чувствовала отчётливо. Молодая женщина, не стесняясь, меня рассматривала. Не выдержав, повернула голову и посмотрела на неё в ответ. Она попыталась притвориться, что совсем не пялилась, а когда не получилось, спросила невинным тоном.

– Вам не спится, ваше величество? Могу я чем-то помочь?

Интересно чем? Хотя, мне ведь нужно в реалиях этого мира разбираться. Попросить её что-то рассказать не могу. А что могу? Мой взгляд упал на книгу в её руках. Вот, точно. Я указала пальцем на сей предмет, потом на неё, и сделала жест, который мои ученики “бла-бла-бла” называют. Сиделка сощурила глаза, посмотрела на книгу, потом опять на меня и переспросила.

– Вам почитать?

Я кивнула.

– Эм, я не уверена, что это будет вам интересно.

Мои брови вопросительно поползли вверх.

– Это роман о любви, ваше величество. – покраснело это чудо.

– И? – не выдержав, промычала я.

– Главная героиня простая девушка, не аристократка, как и её возлюбленный. – возведя очи к небу, то есть лепному потолку, объяснила страдалица.

И что? Королева настолько снобка, что не может такое читать? А по мне так даже лучше. Картина будет реальней.

– Может, я вам что-то другое поищу? Эта книга излишне… откровенна. – замявшись, выдала новый аргумент Сэльма.

Да ла-а-адно! Теперь мне ещё интересней. Не сдержав ироничной ухмылки, я взмахиваю ладонью, призывая её к чтению. Это будет моя мстя за все страдания от её рук. Знаю, что нужно и полезно, но больно же, зараза.

И вот попеременно то краснея, то бледнея, не смея отказать жестокой королеве, моя доблестная сиделка принялась мне читать. История оказалась очень даже интересной. Судьбой главной героини, дочери аптекаря, которая влюбилась в папиного лучшего клиента, молодого успешного целителя, я даже прониклась. И ничего там такого излишне откровенного не было, но это я в сравнении с литературой, которую мне доводилось читать, так воспринимала. А Сэльма на моменте первого неожиданного и трепетного поцелуя главных героев стала буквально пунцовой, особенно когда мужчина, иносказательно конечно, приласкал грудь девушки. Мда. Ей бы пару моих любимых романчиков в руки, вообще бы сгорела, бедняжка. Интересно, она замужем? Кольца нет, но может тут какой-то другой обычай. Как бы там ни было, сказка на ночь помогла. Засыпая, я почему-то попыталась представить, как король целуется. Наверное его глаза тогда не такие холодные.