Дитя скорби - Мара Дарова

Я подняла глаза, оторвавшись от белоснежной посуды, и тут же поняла, что Витэан на меня даже не смотрит. В отличие от аранена. Эсфиль, чуть наклонившись вперед, удивленно взирал на меня. Благо, таур, сидевший небрежно откинувшись и чуть накренившись в мою сторону, с бокалом в руке, обзор ничуть не загораживал. Лазурно-голубой взор, сдвинутые к переносице брови и напряженный скулы аранена говорили об абсолютном недоумении и смятении, поразивших его разум.

- А то я уже думал, что утро начнется с казни лекаря, который не смог справиться с твоим недомоганием. На будущее учти, на завтрак последним прихожу все же я, - вздохнув, продолжал Витэан.

Я, не обращая внимания на слова таура, одарила Эсфиля таким злобным взглядом, на какой только была способна. Аранен тут же вернулся к разглядыванию своей тарелки.

Вот туда и смотри. Не мог кивнуть, что ли, дескать, сюда иди, когда я там в дверях мялась? Заносчивый белобрысый выпендрежник!

- Салат? - спросил король.

- Нет, спасибо, - хрипло ответила я.

- Тогда, может быть, яичницу? - так же небрежно предложил он.

- Нет, спасибо, - голос мой стал еще более хриплым и глухим.

- Ну не можешь же ты сидеть с пустой тарелкой, - несколько тише, тоном заговорщика, произнес Витэан. - Все же смотрят.

Внутри меня все похолодело. Смотрят! Да, и правда. Я заметила, как, то один, то другой эльф окидывали меня быстрым взглядом. Теперь присутствующие не пялились открыто. Наверное, разглядывать королевский стол было не в правилах. Но некоторые все же позволяли себе не просто стрелять глазами, а задерживать долгий, оценивающий взгляд на моей фигуре. Я шумно втянула воздух, чем выдала свое волнение Витэану.

- Тогда яичницу и салат, - чуть громче произнес он.

Слуга, стоявший за спинкой его кресла, тут же засуетился у моей тарелки.

- И вон ту ягодную булочку, - заботливо добавил король. - И морс.

Слуга взял кувшин, из которого секунду назад подливал напиток в бокал Витэана.

- Да не мой морс, - отдернул его король, перехватывая кувшин.

Слуга, покраснев, наполнил стоявший передо мной бокал из другого сосуда.

Ага, морс, как же. Наверняка вино пьет!

- И самое лучшее, - произнес таур, отпивая из своего бокала. - Только сегодня доставили. Не смог отказать себе в удовольствии попробовать.

Обреченный вздох сорвался с моих губ. Витэан опять рылся в моих мыслях, а я даже не заметила, как он проник в голову.

Интересно, он слышал, какие гадости я думала о Эсфиле?

- Нет! А чем он тебе насолил? - снова подал голос король.

Обреченно потупившись, я взяла с края своей тарелки булочку и, откусив от неё кусок, поставив локти на стол, склонила голову и провела пальцами свободной руки по лбу, старательно прокручивая в мыслях слова песенки Винни-Пуха «В голове моей опилки» и далее по тексту, надеясь таким образом заставить Витэана убраться из моего сознания.

- Убери локти со стола, - снова шепнул таур. - Здесь надо соблюдать правила этикета.

- Проще варга научить курить, чем меня этикету, - пробубнила я, убирая руки под стол.

Шутка эта не была смешной хотя бы потому, что и шуткой-то не была. Так просто высказала вслух то, что пришло в голову. Но Витэан, чуть не поперхнувшись вином, громко рассмеялся. В это же мгновение в зале воцарилась гробовая тишина, а Эсфиль посмотрел на меня так, будто я только что ткнула таура вилкой в мягкое место.

Я уперлась вопросительным взглядом в принца, дескать: «Что?»