Господин моего сердца - Оливия Лейк

Алира не двинулась с места, упрямо вздернув подбородок. Если он хочет, чтобы она была рядом, пусть возьмет ее!

Эрик хмыкнул и поднялся. Оценивающе заскользил взглядом по тонкой девичьей фигурке. Белая сорочка облепила тело, четко очертив грудь с темными ореолами сосков, тонкой талией и плавным изгибом бедер. Он видел темный треугольник между ног и ощущал тяжесть в собственных чреслах. Эрик не имел ни малейшего права срывать ее невинность. У индаров порицалось варварское «право сеньора». Но как удержаться, когда она вот – вся перед ним? Эрик давно не встречал людей с такой яркой притягательной аурой. Особенно женщин.

– Ты знал, что я приду? – шепнула Алира, когда молчание стало невыносимым.

– А ты собиралась прийти ко мне?

Эрик подошел, коснулся влажных прядей и притянул ее к себе. Алира уперлась ладонями ему в грудь, страшась страсти и чувственного томления. Желания, которое в ней разжигал один только взгляд. Она не знала тонкостей отношений между мужчиной и женщиной, не знала точно, что происходит за дверями спальни, но знала, что это случается только между супругами, и добродетельная дева не должна поддаваться соблазну.

– Не бойся, я ничего не сделаю, если ты не захочешь. – Алира мучительно вздохнула. Она ведь хотела, безумно хотела стать его…

Камни были гладкими и теплыми, по небу неспешно проплывали редкие барашки, а она таяла, как комочек снега перед жарким пламенем камина. Они не обменялись больше и парой слов, только легкие стоны иногда слетали с губ. Сорочка сбилась где-то на талии, а голова Эрика склонилась над острыми вершинами грудей, которые он поочередно обводил языком, дразня и распаляя. Бедра оголены и порочно разведены, позволяя ему касаться ее в запретном месте.

Эрик очертил пальцем чувствительный бугорок, и Алира выгнулась, сладко застонав ему в губы. Надавил, и она поползал ему на руку, прижимаясь теснее. Она была влажной и такой горячей. Неопытной, но пылкой и отзывчивой. Эрик знал, что не возьмет ее сейчас, но обязательно покажет, насколько острым может быть наслаждение, которое он способен подарить ей. Хотя у самого места не было в штанах, плоть болезненно терлась о грубую ткань сукна. А ведь рядом шелковистые бедра, раскрытые для него. Он жадно поцеловал ее и переместился, опускаясь сверху, меж разведенных ног. Вжался пахом в нее, доводя до развязки, представляя, как его плоть таранит влажные складки. Как он входит в нее на всю длину, вкушает ее медовую сладость. Алира вжалась острыми ногтями в спину и тихо вскрикнула, испытав первое чувственное удовольствие. Эрик резко поднялся и провел ладонями по лицу, железной волей возвращая контроль.

– Эрик? – позвала она, прикрыв голую грудь тонкой тканью.

– Уходи.

– Что? – шепотом выдохнула.

– Уходи.

Боги, если она немедленно не уйдет, то распрощается со своим девичеством ровно через мгновение.

– Я что-то не так сделала? – Пытается понять, думает причина в ней. Права, причина в ней. Податливой, соблазнительной и доверчивой. И он возьмет ее. Не сейчас, чуть позже, чтобы не напугать яростным напором. Сейчас он не сможет быть нежным.

– Уходи. Немедленно, – процедил Эрик, полыхнув на нее синим пламенем глаз.

Алира обиженно вздернула подбородок, неловко натянув сорочку, пряча наготу. Волосы распушились, глаза горели, знала бы она, как сейчас прекрасна.

– Больше… больше не смей приближаться ко мне, – сказала дрожащим голосом и скрылась за одним из нижних валунов.

«Поздно, милая, – подумал Эрик. – Слишком поздно». Он непроизвольно дотронулся до каменной шишки, топорщившей пах. Теперь он не отступит.