Властелин Морморы - Макс Фрай

Покончив наконец с каторжными работами, положенными мне по рангу, я отправился в Дом у Моста, собрал всех своих сотрудников и торжественно объявил, что теперь им придется какое-то время выкручиваться без меня.

— Это как? — изумленно спросил Кофа.

Остальные молча сверлили меня глазами. Немудрено: это была первая моя отлучка за, страшно сказать, одиннадцать лет. Разве что на Темную Сторону несколько раз уходил. Мне всегда удавалось вернуться уже через несколько часов, хотя гарантий в таком деле не бывает, некоторые на полгода застрять там умудряются.

Я это все к тому, что ребята привыкли: я всегда сижу у себя в кабинете. А некоторые привычные вещи постепенно начинают казаться не просто неизменными, но даже необходимыми для выживания. Земля — твердая, небо — сверху, Джуффин — в своем кабинете. Ну или где-то поблизости, в «Обжоре Бунбе», например, обедает, скоро вернется. В крайнем случае, дома, на Левом берегу, но до этого, честно говоря, редко доходило. И вдруг я куда-то собрался, на целых несколько дней — кошмар, мир рушится!

Я собрался было сделать вид, что сержусь, но передумал. Ругать людей имеет смысл, только когда видишь, что это пойдет им на пользу. А сейчас явно был не тот момент, и я решил, что практичней будет оставаться в роли сытого, добродушного босса.

— Как-как, — я пожал плечами. — Обыкновенно. Не думаю, что лично вам, Кофа, будет труднее, чем в Смутные Времена. Все примерно так же, только за мной гоняться не нужно. Это ж какая гора с плеч!

— Да уж, — вздохнул Кофа. Но вместо того чтобы приободриться, окончательно скис.

— Всего-то пару дней меня не будет, — сжалился я. — Ну, полдюжины, от силы. И Ренива тут останется, а она в курсе всех дел. И потом, я же не говорю, что мне нельзя будет послать зов. Это — всегда пожалуйста.

— Все-таки едете в Гажин? — деловито спросила леди Ренива.

— Ну да. Только я не еду, времени нет кататься. Отправлюсь сегодня же вечером Темным Путем, поговорю с Голехом по-приятельски, погляжу на него… Может быть, завтра уже вернусь — если пойму, что произошло недоразумение.

— А просто зов ему послать? — проворчал Кофа. — Зачем туда-сюда мотаться, если Безмолвную речь, хвала Магистрам, пока не запретили?

Я укоризненно покачал головой. Надо же! Старый, опытный человек, бывший начальник Городской Полиции, а элементарные вещи не понимает. Когда подозреваешь, что с человеком что-то не так, нужно просто посмотреть ему в глаза. Безмолвная болтовня тут ничего не прояснит, хоть ночь напролет беседуй.

Впрочем, я не стал говорить все это вслух. Кофа не дурак, сам сообразит, что ерунду сказал. Не сейчас, так завтра. А сейчас — какой с человека спрос? Он устал. Все же Последний День года, не хрен собачий, как любил говаривать присутствующий здесь сэр Макс.

Устали, впрочем, все. Предложение отложить праздничный ужин до моего возвращения висело в воздухе, и когда я его озвучил, ребята вздохнули с облегчением. Я отпустил всех спать. Причем железный, казалось бы, сэр Шурф выскочил из моего кабинета первым, хотя сидел дальше всех от выхода. Моя школа. Я уже тогда знал, что парень далеко пойдет.

Я же остался в своем кресле и отправил зов в «Обжору Бунбу». Хороший дружеский ужин в полном одиночестве — что может быть лучше? Дождавшись заказа и проводив курьера к выходу, я запер дверь на ключ, достал из потайного ящика книгу опального профессора Фирука Носалы «Нелепости древней истории» и устроил себе такие каникулы, о каких и мечтать не смел. На целых три часа. Мог бы и дольше развлекаться, да надоело. Хорошего понемножку.

Сборы в дорогу отняли у меня минуты полторы. Я проверил, заперт ли сейф, положил в карман теплого лоохи полную пригоршню корон, надел тюрбан и сунул за пазуху недочитанную книгу: мало ли, вдруг минутка свободная случится? Потом распахнул окно, да и был таков. Я его знатно заколдовал, это самое окошко, в первый же день службы. Никто не может влезть в него с улицы или, напротив, выбраться наружу и при этом остаться в живых. Зато для меня тут открывается мой личный Темный Путь, да не в какое-то конкретное место, как это у наших, с позволения сказать, могущественных колдунов принято, а куда пожелаю. Я и так откуда угодно могу мгновенно исчезнуть, не вопрос, но с окном гораздо удобнее. А я люблю комфорт — в том смысле, что силу по пустякам не трачу.

Миг спустя я уже стоял в просторной гостиной моего старого приятеля, а ныне начальника Малого Тайного Сыскного Войска вольного города Гажина. На мое счастье, Голех Облона еще не отправился спать, хотя в Последний День года люди обычно валятся с ног сразу после обеда; это дань не столько древней традиции, сколько насущной потребности. В конце года все бросаются приводить в порядок свои дела, и большинству приходится в несколько дней проворачивать работу, распланированную на год, так уж устроен человек, ничего не попишешь. Немудрено, что, покончив с делами, люди падают замертво и спят как минимум сутки.

Так вот, вопреки всему вышесказанному мой приятель Голех сидел в ярко освещенной гостиной с книгой на коленях и дымящейся кружкой в руках. Вид у него был вполне сонный, но в постель он явно не спешил.

Увидев меня, Голех опешил и целых три секунды ничего не предпринимал — непростительная медлительность для начальника Тайного Сыска, пусть даже провинциального. За это время я вполне мог бы убить его, взять в плен родню и слуг, поджечь дом и благополучно покинуть место происшествия. Но на сей раз сэру Облоне повезло: я только отметил про себя, что приятель мой совсем сдал и надо бы в ближайшее время подыскать ему шустрого преемника, а больше никакого вреда от меня не вышло.

Потом он меня наконец узнал. Поскольку в последний раз мы виделись лет десять назад, это было непросто.

— Ты очень плохо выглядишь, Чиффа, — растерянно произнес он. — Я подозревал, что столичная служба не сахар, но чтобы настолько…

Я ухмыльнулся. Сочувственные и злорадные вздохи старых знакомцев по поводу моей внешности я принимал как заслуженные комплименты своему искусству перевоплощения.

С рожей моей вышло следующее недоразумение: в первый же год после вступления в должность я убедился, что парень с лицом Кеттарийского Охотника, мягко говоря, не слишком подходит для кресла Почтеннейшего Начальника столичного Тайного Сыска. Горожане предпочитали самостоятельно справляться со своими проблемами, лишь бы не идти в Дом у Моста на свидание с «грозным Кеттарийцем», да и у придворных Его Величества Гурига Седьмого нервный тик начинался, стоило мне войти с докладом. Пришлось мне временно «постареть», изменить внешность, а вместе с нею манеры и привычки — во всем, что не касалось магии, конечно. Этот нехитрый трюк сработал, пожилой сэр Джуффин Халли устроил абсолютно всех, меня перестали панически бояться, и все пошло как по маслу. Покойный Король, помнится, любил шутить по этому поводу, что Господин Почтеннейший Начальник начал свою карьеру с того, что изловил и прикончил Чиффу; думаю, большинство наших сограждан воспринимали мое перевоплощение именно таким образом и были бесконечно мне благодарны.