Цель оправдывает средства - Алексей Фомичев

Почему-то раньше я думал, что кучка бедных ученых сбежала из-под опеки тайной полиции куда глаза глядят и если смогла выжить, то прозябает в нищете и голоде в каком-нибудь забытым богами уголке. И ведет первобытный образ жизни. Но этот город меньше всего походил на пристанище убогих и голодных.

«Но если я угодил к беглецам, значит, опасения быть выданным Анкивару или кому-то другому сведены к нулю, – мелькнула мысль. – И мне ничего не угрожает».

Осознав это, я испытал огромное облегчение и, не выдержав, рассмеялся.

Битрая и Новистра с удивлением посмотрели на меня. Смех странного гостя выглядел как истерика.

– Простите, – выдавил я, – последствия пережитого. Но… это слишком много для человека, едва не ставшего мертвецом. Смерть под обломками Периметра, странное забытье и пробуждение в новом мире. Такое не каждый переживет.

– Вы слышали обо мне? – спросил Битрая.

– Да. От одного типа из замечательной организации ГТП.

При упоминании ГТП глаза Битраи сузились, а на скулах заиграли желваки.

– Он довольно подробно объяснил, кто вы. Только… упоминал обо всем как о далеком прошлом. Поэтому я полагал, что вам гораздо больше лет.

– И сколько, по-вашему, мне?

– Ну-у, – поколебался я, глядя на него и вспоминая слова Барила. – Должно быть, лет шестьдесят пять… может, семьдесят. Хотя я бы дал меньше…

На лице профессора впервые проступила слабая улыбка.

– Не угадали. Через два месяца будет сто.

Видя, что я не очень-то верю услышанному, Битрая добавил:

– Это правда. Наша медицина научилась творить настоящие чудеса, и теперь человек доживает почти до двухсот лет. И второй век он живет не развалюхой, а полным сил и здоровья. Вот наш главный медик, профессор Зеру Новистра. Он подтвердит сказанное. Тем более и ему скоро сто.

Новистра, поймав мой взгляд, кивнул. Я пожал плечами, решив ничему не удивляться.

– Прошу присаживаться, – указал на кресла Битрая. – Хотите чего-нибудь выпить?

– Воды, если можно.

Профессор подошел к большому шкафу и достал оттуда полулитровую бутылку с водой.

– Благодарю.

Он и Новистра заняли соседние кресла. Подождав, пока я утолю жажду, Битрая сказал:

– А теперь я хотел бы услышать, откуда ты пришел к нам, Артур. Из какого мира? И что с тобой произошло?

– Я пришел с Земли. Так называется моя планета.

– Она под властью Анкивара? Или Равитана или Датлая?

– Нет. К ним она не имеет никакого отношения.

– Тогда как же?.. – удивленно произнес Новистра. – Ты хочешь сказать, что в твоем мире тоже построили «контур»?

Я покачал головой и вздохнул. Судя по всему, придется выложить всю историю своих скитаний по мирам начиная с Аберена. Иначе эти «старцы» не поверят. А мне очень нужно, чтобы они поверили. Потому что никто, кроме них, не поможет попасть домой.

– У вас есть время? – спросил я.

– Достаточно, чтобы выслушать тебя.

– Отлично. Тогда запаситесь терпением. Это долгая история.

Рассказывал я действительно долго. Не углубляясь в подробности, обрисовал картину скитаний, особо выделив все контакты с представителями Анкивара. Вплоть до последних стычек с оперативниками ГТП.

В разгар беседы в кабинет вошел еще один «старец». Дюк Эгенворт, как он представился. Сел неподалеку и стал внимательно слушать.

Видно было, что услышанное их поразило. Меня забросали вопросами, на половину из которых я не смог ответить. Особенно усердствовал Битрая. Вид у него при этом был довольно мрачным.

Когда я закончил, в кабинете еще с минуту стояла тишина. Хозяева кантона усваивали информацию. И она пришлась им не по вкусу…

– Что-то еще вы хотели бы узнать? – спросил я, нарушая молчание.

– Пока хватит.

– Тогда, может, вы ответите на мои вопросы?

– Спрашивай.

– Вы сможете помочь мне вернуться домой?

Битрая посмотрел на своих товарищей, хмыкнул и скрипучим голосом произнес:

– Это не просто, Артур… Мы не знаем, из какого мира ты пришел. Аппаратура не засекла координат отправной точки. И я пока плохо представляю, как начинать поиск.

– То есть? – опешил я. – Вы не можете отыскать Землю? Но как это сделал Анкивар?

– Вот то-то и оно… Сам факт, что Анкивар смог найти твой мир, очень странный мир… судя по твоему рассказу, поставил нас в тупик.

– Почему?

Битрая пожал плечами. Как объяснить очевидные для ученого вещи дилетанту?

– Вы хотите сказать, что я не смогу попасть домой? – нахмурился я.

– Нет. Этого я не говорил.

Битрая встал, разминая ноги, прошел несколько шагов.

– Мы сделаем все, чтобы отыскать твой мир. Но это займет некоторое время.

– То есть я зависну у вас?

Профессор развел руками.

– Мы сделаем все от нас зависящее, – повторил он. – Но это дело не одного часа. Может, не одного дня. Понимаешь?

Я скривил губы, но кивнул. А что оставалось?..

– Мы попробуем решить твою проблему, но сколько на это уйдет времени – неизвестно, – сказал Битрая. – А ты пока отдохни. А то вид у тебя…

– Да, конечно, – вздохнул я.

Нельзя требовать от них многого. Хватит того, что вытащили меня из Периметра. И на том спасибо…

Битрая подошел к большому столу и переговорил с кем-то по селектору. Потом повернулся ко мне:

– Тебя проводят. Покажут дом. Отдохни. Если что-то будет нужно, дай знать.

– Благодарю. – Я встал, с трудом сдержав вздох разочарования. – И извините, что доставил вам столько проблем.

– Ничего, Артур. Твоей вины в том нет. Это проблема совсем иного… кхм… характера…

– Что это значит, Рунген? – спросил Эгенворт, когда за гостем закрылась дверь. – Как этот парень попал к нам? Как он преодолел блокировку? Ведь ее невозможно пройти!

– Не знаю. Я тоже считал, что блокировка гарантирует стопроцентную защиту от обнаружения и проникновения. Но он ее прошиб. Как? Понятия не имею.

– И что теперь? Если один смог пройти, пройдут и другие.

– Не факт, – подал голос Новистра. – Судя по его словам, Анкивар до сих пор в неведении относительно нашего местопребывания. Да и наши друзья на Арнии предупредили бы о действиях тайной полиции.

– Наши друзья не имеют доступа к секретным разработкам и не могут знать о планах ГТП.

Битрая в задумчивости расхаживал по кабинету, глядя перед собой, и машинально разминал пальцы. Мозг ученого лихорадочно искал объяснение произошедшему. Пока без особого успеха.