Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

Девочка и пёс быстро переглянулись. "Оставьте эту тему, мисс Элен", посоветовал Кит по радиосвязи.

— Знаешь, Тал, если тебе по пути с нами, то я буду рада, если ты присоединишься к нам.

— А куда вы идете?

— Ну пока к ближайшему городу.

— В Туил?

— Да, — уверенно сказала девочка, впервые услышав это название.

— Тогда нам по пути. Прости, это конечно не мое дело, но эта черная полоса на твоей голове — это что, знак скорби по умершему родственнику?

Девочка не сразу поняла, что маленький лоя имеет в виду очки, которые она задрала себе на макушку, когда вошла в лес.

— Ну что ты, — улыбнулась Элен. — Это просто очки против яркого дневного света. — И спохватившись, пояснила: — Ну, понимаешь, такие маленькие темные стеклышки в оправе, чтобы защитить глаза.

— Я знаю, что такое очки от света, — с достоинством проговорил Талгаро. — Мы много времени проводим в кузнях, при ярком огне и тоже используем светозащитные стекла. Но я никогда ни видел столь замысловатой формы у очков, да и вообще, я раньше кажется не видел их у Омо.

Элен опустила очки на глаза.

— Ну и как я выгляжу? — Весело поинтересовалась она.

Талгаро внимательно посмотрел на неё и после некоторого раздумья сообщил:

— Отчужденно.

Элен хмыкнула.

После этого они отправились в путь: Кит впереди, Элен и Талгаро за ним.

Не в силах более сдерживать своё любопытство, девочка спросила у лоя:

— А почему ты принял меня за свою королеву?

Было очевидно, что по росту она подходит в самый раз, но всё же ведь я землянин, говорила она себе, как можно спутать меня с кем-то из лоя. А где-то в самой глубине души, немного смущаясь своего самодовольства, она подумала о том, что может быть в ней есть нечто королевское, нечто такое универсально-величественное, что сразу бросается в глаза. Но Талгаро быстро поставил её на место, неохотно сказав:

— Разве ты не знаешь, что Сандара способна принять любой облик, в том числе и обычного ребенка из народа Омо.

— Вот как, — чуть расстроено произнес "обычный ребенок", — а как же она выглядит на самом деле?

Талгаро совершенно по-человечески пожал узкими плечами:

— Никто не знает. Обычно она является в образе молодой женщины твоего народа и некоторые из нас думают, что она не только повелитель лоя, но и народа Омо тоже, хотя твой народ этого не признает.

— А что значит "илини майян"?

Талгаро поглядел на девочку с легким удивлением:

— На язык Омо это приблизительно можно перевести как "великая королева" или может быть "великая мать", хотя ни матерей, ни королей у лоя нет.

Элен показалось это странным, но её тут же отвлекла другая мысль.

— Но почему ты принял меня за неё, только когда понял, что Кит не "самоход".

Талгаро немного помялся и совсем уже неохотно произнес:

— Когда Кит заговорил со мной, я решил, что он асив. Асивы это служители Сандары, её вечные помощники и воины, защищающие Лазурные горы и исполняющие любое желание Королевы. Они очень разнообразны по форме и размеру, но все сделаны из металла и при этом некоторые из них, как и Кит, обладают голосом и могут вступать в диалог как живые люди.

— Любопытно, — протянула Элен и поглядела на металлического пса.

"Думаете возможно другие роботы?", спросил он.

Элен чуть заметно кивнула. Впрочем, наличие на Каунаме каких-то роботов её мало занимало. Может они остались от звездных переселенцев, какие-нибудь сельскохозяйственные или горнодобывающие машины, потерянные и забытые в процессе общего регресса и упадка колонии землян, блуждающие по лесам и горам, не в силах исчерпать свой возобновляемый источник энергии и мифологизированные отсталыми аборигенами. Больше её интересовал вопрос кто такая эта Сандара, но девочка вполне отдавала себе отчет, что вероятнее всего это сказочный персонаж из какой-то наивной религиозной системы, а религии всегда представлялись ей одними из самых примитивных, нудных и утомительных порождений человеческого разума и она никогда не понимала почему в школьной программе им вообще уделяется внимание. И она решила прекратить этот разговор, к тому же видя, что Талгаро не слишком-то им воодушевлен.

3

В Туиле, маленьком провинциальном городке в западной части королевства, сегодня ожидалось большое событие — суд над пойманной дикаркой.

На пыльном утрамбованном грунте городской площади, напротив здания мэрии, собралась толпа. Люди сидели на принесенных из церкви и таверны скамьях, или прямо на земле, и тихо переговаривались в предвкушении действа.

На крыльце мэрии стоял длинный тяжёлый стол, за которым восседало трое судей. Все они были в черных мантиях, белых париках с громадными кудрями и высоких квадратных шляпах. Крайним слева сидел Орландо Гортекс, славный мэр Туила. Городской глава как обычно пребывал в стадии легкого опьянения и взгляд его был отрешенным и несколько осоловелым. Крайним справа сидел отец Буртус, архиепископ и владыка туилского прихода. Отец Буртус, как и положено, представлял в суде церковную власть. Священник выглядел очень сосредоточенно и по-деловому, к предстоящему процессу он относился весьма серьезно. В центре сидел Мастон Лург — главный королевский судья туилского округа. Назначенный в это захолустье четырнадцать лет назад, он уже давно перестал мечтать о переводе куда-нибудь поближе к столице и ко двору, и теперь просто делал свою работу, стараясь по мере сил извлекать из неё выгоду для себя и сохранять в населении веру в королевское правосудие.

Сегодняшнее дело не представлялось ему сложным.

Трое местных лесорубов работали на делянке. На них напала какая-то дикарка из Кирма, страны граничащей с восточными провинциями королевства. Что она здесь делает, так далеко от своей родной земли, неясно, но это и не важно. Она убила одного из лесорубов, двое других сумели ранить ее и связать. Так что свою задачу Лург понимал предельно четко. Быстро и умело обвинить и осудить проклятую язычницу и приговорить ее к повешению, к вящему удовольствию родственников и друзей убитого, а также всех добрых граждан города Туил.

Возле крыльца, справа от судейского стола, стояла тесная металлическая клетка, в которой и находилась преступница. Горожане с любопытством рассматривали дикарку и делились впечатлениями. На вид ей было лет двадцать. Стройная, изящная, прямые длинные черные волосы, белая бархатная кожа, маленький рот с тонкими губами, аккуратный прямой маленький носик и чудесные темные, почти черные глаза, немного