Танец мертвых девушек - Рэйчел Кейн

— Ты не знаешь, что в твой дом ворвались бандиты? — спросила Гретхен, следившая за разговором с явным разочарованием, поскольку по ходу его развития вероятность кровопускания заметно падала. — Все слышали, какой они тут подняли шум.

— Он мог бы проспать и Третью мировую войну, — сказал Шейн. — Говорю же, это сильно смахивает на болезнь.

— А мне помнится, ты сказал, будто не знаешь, где он, — заметил Ганс. — Стало быть, он спал не в своей комнате?

— Я ему не сторож. — Шейн пожал плечами.

— Ах! — Гретхен улыбнулась. — Вот тут ты ошибаешься, маленький рыцарь. Здесь, в Морганвилле, ты сторож всем своим братьям, поскольку можешь пострадать за совершенные ими преступления. Рекомендую осознать это и запомнить.

У Ганса сделался скучающий вид.

— Сержант! — окликнул он, и старший по званию коп вышел вперед. — Оставляю их в ваших руках. Если обнаружите что-нибудь необычное, дайте нам знать.

И буквально тут же вампы ушли, быстро и молча. Пытаясь унять дрожь, Клер опустилась на кушетку рядом с Шейном, усевшись чуть ли не на колени к нему. Ева втиснулась между парнями.

— Хорошо.

Сержант не выглядел счастливым оттого, что все снова легло на его плечи, но вроде бы смирился с этим.

«Легче легкого, — подумала Клер, — иметь боссами вампов. Они, похоже, уделяют своим подчиненным не слишком много внимания».

— Гласс? Чем занимаешься?

— Я музыкант, сэр.

— Играешь в городе?

— Готовлюсь к предстоящим выступлениям.

Коп кивнул и пролистал записную книжку. Нашел нужную страницу, пробежал толстым пальцем по списку и нахмурился.

— Ты опаздываешь с пожертвованием, Гласс. На месяц.

— Простите, сэр. Я восполню этот пробел завтра утром.

— Да уж постарайся, а то сам знаешь, что будет. — Коп продолжил изучение списка. — Ты, Коллинз. До сих пор без работы? — Он пристально уставился на Шейна; тот пожал плечами и попытался придать себе как можно более глупый вид. — Нужно постараться.

— Работаю в кафе «Встреча», — не дожидаясь вопросов, заявила Ева. — Ева Россер, сэр, благодарю вас. — Она держала Майкла и Шейна за руки и так заметно нервничала, что буквально вибрировала. Это выглядело до некоторой степени забавно; когда ей не на кого было рассчитывать, кроме как на саму себя, она обычно была хладнокровна и спокойна. — Правда, я подумываю сменить место работы.

Копу, похоже, тоже все надоело.

— Да, хорошо. А ты, девочка? Имя?

— Клер, — еле слышно ответила та. — Данверс. Я студентка.

— Почему ты не в общежитии? — Он вперил в нее пронзительный взгляд.

— У меня есть разрешение жить за пределами кампуса.

Она не стала уточнять от кого, потому что в действительности сама дала его себе.

Сержант еще несколько мгновений буравил ее глазами, а потом пожал плечами:

— Даже живя за пределами кампуса, ты должна следовать городским правилам. Друзья объяснят тебе, в чем они состоят. Не говори лишнего в университете — у нас хватает проблем и без паники среди студентов. И мы очень хорошо научились выявлять болтунов.

Клер кивнула.

Это был еще не конец, но, по крайней мере, ее оставили в покое. Полицейские порыскали по дому, забрали некоторые фотографии и ушли.

Добрые десять секунд после того, как копы закрыли за собой дверь — насколько это было возможно со сломанным замком, — царило молчание, а потом Шейн повернулся к Майклу и рявкнул с неприкрытой яростью:

— Ах ты, чертов недоносок!

— Может, поговорим не здесь? — почти спокойным тоном спросил Майкл. Его взгляд, однако, свидетельствовал совсем о другом состоянии духа.

— Что, ты теперь можешь покидать дом?

— Нет, я имею в виду другую комнату, Шейн.

— Эй, — заговорила Ева, — не вздумайте...

— Заткнись! — оборвал ее Шейн.

Майкл вскочил, словно его толкнули, схватил друга за футболку, рывком поставил на ноги и хорошенько встряхнул.

— Прекрати! Твой отец настоящий козел, но это не болезнь и, следовательно, не заразно.

Неожиданно Шейн крепко обнял его. Майкл слегка покачнулся под этим напором, на мгновение закрыл глаза и шлепнул того по спине. И конечно, тот шлепнул его в ответ. Парни, что с них возьмешь? Клер закатила глаза.

— Я думал, ты умер. — Глаза Шейна казались влажными и подозрительно блестели. — Я видел, как ты умираешь, парень.

— Я все время умираю, а потом снова оживаю, как тебе известно. — Майкл криво улыбнулся, скорее мрачно, чем весело. — Я решил, что пусть лучше твой отец думает, будто убил меня. Может, рассуждал я, тогда он будет не так крут с остальными вами. — Его взгляд скользнул по синякам на лице Шейна. — Блестящий план, ничего не скажешь. Извини, приятель. Я мало что могу сделать до наступления ночи.

— Ты помнишь... Ты знаешь, что они делали с тобой? — спросила Клер.

— Да. Помню.

— Ох, черт! — Шейн снова рухнул на кушетку и уткнул лицо в ладони. — Господи, парень, мне так жаль, так жаль!

— Это не твоя вина.

— Я действительно позвонил ему.

— Ты позвонил ему, потому что у нас тут началось настоящее Аламо. Ты же не знал...

— Я знаю папу, — мрачно перебил его Шейн. — Майкл, хочу, чтобы ты понял: я здесь... я приехал не ради того, чтобы выполнить для него грязную работу. Поначалу — да, но спустя первую неделю или около того все переменилось.

Майкл не отвечал. Клер придвинулась к Шейну и погладила его взлохмаченные волосы.

— Эй! Все в порядке. Главное, с нами все хорошо.

— Нет. — Шейн закрыл лицо ладонями, и голос звучал глухо. — Мы в полном дерьме. Правда, Майкл?

— Это уж точно, — вздохнул тот.

— Копы найдут их, — негромко сказала Ева.

Девушки на кухне готовили пасту — у Евы возникло желание освоить новое блюдо. Она хмуро посмотрела на упаковку спагетти, затем на кастрюлю с водой, которая никак не закипала.

— Я имею в виду отца Шейна и его банду придурков.

— Наверное, — согласилась Клер, но не потому, что тоже так считала, а потому, что чувствовала — нужно сказать именно это. — Хочешь, я подогрею соус?

— Его нужно греть? Можно ведь просто вытряхнуть на пасту.

— Ну, можно, конечно, но подогретый он вкуснее.

— Ох! — Ева вздохнула. — Это все так сложно. Неудивительно, что я никогда ничего не готовлю.