Фронтир. Город в степи - Константин Калбазов

— Михал, ты ли?

— О, Мышта. Привет. Соблазнился‑таки?

— Соблазнишься тут, коли из трубы граммофонной ты зазываешь, да расписываешь как у вас все ладно и пригоже.

— И это правильно, потому как ни капли вранья нет.

— А чего это вы одинаково разодеты? — Не удержался от вопроса Брыль.

— Это, чтобы не потеряться и вам лучше видно было.

— А чего так много и оружные? — не унимался мужик.

— А это, чтобы какой дубина не подумал вас обижать. С нами в прошлом году чуть беда не случилась. Вот господин Варакин и решил озаботиться. Не тушуйся мужики, все нормально будет. Куда прешь? — Это уже к мужику, который появился из‑за штабелей ящиков с каким‑то грузом.

— У тебя забыл спросить. Куда хочу, туда и иду, и ты мне не указ, — вызверился мужик явно нацелившийся на толпу прибывших и внимательно их осматривающий.

За первым появились и другие, явно направляющиеся к образовавшейся на пристани толпе. Послышались первые выкрики, приглашающих переселенцев кто на завод, кто на ферму, зазывали и баб в услужение в гостиницу, харчевню или еще куда. Но мужчины в красных кафтанах, быстренько разделились, и часть из них заступила путь «покупателям», отсекая их от прибывших.

— Осади. Не про вас народец, — легонько оттолкнув мужика, и угрожающе зыркнув из под полей шляпы, произнес Михал.

— А ты что же им хозяин, что ли? Так ведь люди они не подневольные, — начал яриться мужик.

— Осади говорю. Все кто на этом корабле, приехали по договору, — это уже громко, чтобы остальные слышали, — так что идите по своим делам, тут вам не обломится.

— Чего это они Михал? — Снова не удержался Брыль.

— Так вас хотят зазвать на доброе жилье. Кому помощники надобны, кому баба, кому работники на завод иль фабрику. Тут каждый корабль так встречают. Да только по большей части обмана в их словах больше, чем правды.

— А твой Варакин, стало быть, не врет?

— Никогда. Он своему слову хозяин, от первого слова и до последнего.

— Кто тут старший?

Ага. А вот и господин Дворжак, появился, со своим громилой, ну чисто убийца. Такой ночью приснится, так топором не отмашешься. Он что‑то там сказывал, мол сойдет с корабля последним. Получается, весь народец уж на пристани.

— Я за старшего, Михал Урбанек. А вы, господин Дворжак будете?

— Именно так. Люди с корабля сошли все, так что можете вести их на регистрацию. Кто груз принимать будет?

— Это господин Заглавов. А вон он, стоит рядом с Господином Варакиным. Народ, слушай меня. Берите свои пожитки и айда за нами. Не разбредайтесь, не бегите и не толкайтесь. Никто, никуда не опаздает, — уже не обращая внимания на Дворжака, прокричал Михал.

Довез народ, вот и ладушки, теперь ими есть кому заняться. А что касается груза, так та забота Михала не касается. Как говорит господин Варакин, каждый должен заниматься своим делом, тогда и порядок будет. Если по другому, так кроме бардака ничего и не выйдет. Вот он и занимается своим делом.

Алексей и не подумал обижаться на подобное отношение. Чего стоит дать ума такой толпе растерявшихся людей, он знал прекрасно. Две недели как мог, успокаивал народ, да отвечал на целый град вопросов, которых с каждым днем становилось только больше. Только вот сейчас, сбросив со своих плеч эту ответственность и успокоился.

— С прибытием, Шимон.

— Здравствуй, Сергей. Признаться, я и не ожидал увидеть тебя здесь, — высвободившись из крепких объятий, произнес Алексей.

— Для встречи этой партии, мое присутствие здесь просто необходимо.

— Луйко Забар?

— Именно, — подтвердил догадку Алексея, Сергей. — Я не могу позволить случиться тому, что было год назад. И потом, в мои планы не входит вновь потерять две трети переселенцев. Так что, собираюсь все провернуть так, чтобы народ не успел испугаться.

— Ванек, озаботься, пожалуйста, багажом и номером в гостинице. Да не переживай ты за меня. Кто посмеет меня обидеть рядом с Верной Рукой.

— Хорошо, господин Дворжак, — окинув Сергея внимательным взглядом согласился бывший каторжанин.

И ведь не поймешь, что это взгляд выражает. Смотрит как на пустое место. Характерный такой взгляд для убийцы. Сергею это знакомо, так как он с подобными типами общается довольно часто. На границе и уж тем более на пинкской территории чуть не каждый второй, убийца. А если говорить о наемниках, так можно указывать в любого, не ошибешься.

— А почему именно этой партии? — Когда отошел Ванек, поинтересовался Алексей, по поводу прибывших переселенцев.

— Потому что дальше мы только ограничимся агитацией и не станем привозить сюда людей, — начал обстоятельно отвечать Варакин. — Пусть сами добираются. Здесь же я оставлю лишь вербовочный пункт. Уже нанял пару парней, которые будут перенаправлять людей в Крумл. Там мы поставили небольшой барак, и еще одного служащего. Он будет принимать людей и размещать, пока проходящий пароход до Домбаса не примет их на борт. Как оказалось, в квалифицированных шахтерах особой необходимости нет. На копях куда больше нужны землекопы, а не шахтеры.

— Вскрывать пласт?

— Угу. Отбросить верхний слой не такое уж и простое дельце. Техники‑то тут никакой.

— А почему тут двое, а в Крумле один?

— Так здесь один будет зазывать, а второй крутить преобразек, попутно озвучивая показываемое. Воплощаем в жизнь твое предложение.

— Кстати, насчет техники. Года два назад в Милахсе, один горный инженер разработал отбойный молоток. Они там с его помощью прокладывают в горах тоннели. Штука весьма громоздкая, на станке, обслуживается несколькими работниками, но думаю в вашем случае подойдет хорошо. А еще, привез транспортеры. Это должно будет в значительной мере упростить транспортировку угля от отбойного молотка, до баржи. Остальное все по списку. Кто примет груз?

— Марек, вы как, готовы потрудиться? — Сергей с легкой иронией взглянул на инженера.

— Ну, а для чего же вы меня взяли с собой, — вздохнув с показным отчаянием, ответил инженер, принимая от Алексея документы.

— Вроде нормальный мужик, — провожая Заглавова взглядом, произнес Алексей.

— Ты даже не представляешь какая он находка. Может он и соглядатай Элиаша, но специалист превосходный. Вот наладит этот отбойный молоток и я ему подброшу идею о малом образце. Я и так и эдак думал, как бы его подбить на это дело, глядя как мужики машут кайлами. Но теперь будет гораздо проще.

— А чего это ты так осторожничаешь?

— Да понимаешь, мужик уж больно умный, а еще и оружейник в прошлом.

— И что из того?

— А то, что уж очень его заинтересовал мой карабин, да придумки мои разные. Я ведь поселок выгородил колючкой в несколько рядов, а между заграждениями понатыкал противопехотных мин, которые мы сами и сработали на коленке. А еще и нормальные гранаты начали делать. Благодаря этому, бедные арачи, как сунулись, так и пожалели о своей выходке. Сейчас Домбас стороной обходят, от греха подальше. Так вот, если начать всеми этими задумками сыпать, Заглавов уже не коситься станет, а прямо‑таки уверится в том, что мы не от мира сего. Ну а если он настучит кронпринцу… Мне в степи нравится, и в заточение я не спешу. Тебе то же думаю твой образ жизни куда более предпочтителен. Пойдем, где‑нибудь посидим.