Охотник на магов - Леонид Кудрявцев

Собственно, одет он был во что-то наподобие плаща, богато обшитого золотом и украшенного драгоценными камнями. Золотые узоры сплетались в причудливые символы, совершенно неизвестного для Герхарда значения. Голову бога венчала корона, щедро усыпанная драгоценными камнями, по форме напоминающая утятницу.

Собственно, адепты его были одеты тоже не бедно. И это слегка обнадеживало. Самыми свирепыми из божков, как правило, являлись требовавшие от своих последователей отречения от благ земной жизни и умерщвления плоти.

Впрочем, главное, все же было не в этом.

Герхард понимал, что долго торчать посреди этой улицы бог и его адепты, скорее всего, не станут. Значит, они вот-вот куда-то пойдут. Куда? В какую сторону?

Если они отправятся к нему – встречи, скорее всего, избежать не удастся. Если же в противоположную сторону, то, как только они повернутся к нему спиной, он может рискнуть и, добежав до переулка, в него юркнуть. Если при этом еще и поторопится, то, вполне возможно, он успеет увидеть кончик исчезающей сторожевой нити, а значит, снова определит направление, в котором находится дом черного мага. Причем до него, наверняка уже не так далеко. Возможно, он даже находится прямо там, на соседней улице.

Бог что-то гаркнул на совершенно незнакомом языке. Тотчас все адепты построились позади него в почти безупречное каре. Или все-таки впереди? Куда они направятся? Может, все-таки…

Как же, жди!

Процессия пришла в движение и, конечно, пошли они в сторону Герхарда.

Мысленно чертыхнувшись, охотник попытался прикинуть, можно ли уложить бога из обычного пистолета? Вроде бы нет. С другой стороны, пистолет для этого мира оружие достаточно экзотичное и, насколько он знал, никто подобную штуку проделать еще не пытался. И притом, все эти боги – такие разные. Кое-кто из них не сильнее обычного оборотня. Насколько могуч этот? Впрочем, если даже и удастся его уложить, то как быть с адептами? Слишком их много.

Нет, драться не имеет смысла. Да и придется ли? Возможно, его просто не заметят. Для этого надо просто не высовываться. Авось и пронесет.

Герхард плотнее прижался к колонне. Ему вдруг захотелось на пару минут вжаться в нее, стать ее частью. Вот только, к сожалению, это было невыполнимо.

А процессия между тем продолжала приближаться. Вот бог поравнялся с колонной, за которой прятался Герахард, вот миновал ее…

Охотник подавил уже готовый было вырваться вздох облегчения. Пока – рановато. Пусть сначала мимо него пройдет последний адепт.

Как раз в этот момент бог остановился. Адепты соответственно сделали то же самое. Некоторое время процессия стояла совершенно неподвижно, потом бог сказал:

– Эй, тот, кто прячется за колонной, я хочу с тобой поговорить.

Ну конечно…

Герхард прикинул, что первую пулю он, скорее всего, всадит богу в голову. Потом, очевидно, надо подстрелить парочку находящихся ближе всего к нему адептов и тотчас вслед за этим бросится наутек. Возможно, при некотором везении удастся удрать.

Впрочем, стрелять еще рановато. Вдруг бог и в самом деле хочет с ним всего лишь поговорить?

Сомнительно, конечно. Но все же… Может, рискнуть?

Он осторожно выглянул из-за колонны.

Бог стоял от нее шагах в пяти. Лицо у него, как и положено по статусу, было спокойное, почти безмятежное. Глаза напоминали цветом изумруды, и, наверное, это являлось не очень хорошим признаком. У добрый божков глаза, как правило, голубые и добрые. В этих же какой-то особой доброты или благости не наблюдалось.

– И о чем ты хотел со мной поговорить? – спросил Герхард.

– О времени, судьбе, сомнениях и, конечно, о тебе.

– А еще о королях и капусте, – сказал Герхард.

– Ты хочешь узнать и об этом?

– А ты можешь мне сообщить и о них?

Божок усмехнулся, причем довольно иронично.

– Это потребует времени. Ты согласен подождать, пока я обдумаю еще и это?

– Нет, – решительно сказал Герхард. – Вот ждать я не могу.

– А жаль. Довольно интересная тема, как мне кажется. Но ты, похоже, торопишься. И еще… что это у тебя в руке? Кажется, оружие?

– Пистолет.

– Забавно. Такого я еще не видел. Как этот пистолет действует? Не покажешь ли? Кажется, ты все равно собирался его использовать против меня. Или я ошибаюсь?

При этих словах адепты пришли в движение. Быстро и четко каре их превратилось в полукруг, центром которого оказалась колонна, за которой прятался охотник.

Сделав вид, будто не заметил этих перемещений, Герхард пожал плечами.

– Стрелять из пистолета? Только, в самом крайнем случае. И никак не иначе. Я воюю только тогда, когда этого избежать никак нельзя. Ты же не хочешь войны, не так ли?

– Возможно, – промолвил бог. – Хотя пути богов, как известно, неисповедимы.

– Для богов такое оружие, как пистолет, не представляет ни малейшей опасности, – сказал Герхард. – Не так ли?

Бог хмыкнул.

– А ты неглуп. Хочешь сказать, что если я начну с тобой схватку, то это будет равнозначно признанию моей неполной божественной сущности? Неужели ты хочешь купить меня на такую жалкую приманку?

– Вполне возможно, – сказал Герхард.

Отступать он не собирался, поскольку все еще надеялся выиграть в этой словесной схватке. Да и поздно уже было отступать. Если он сейчас даст слабину, то распишется в собственной трусости. А у небожителей есть одна общая с обычными людьми черта. Они уважают мужественных противников.

– Ты забыл о такой вещи, как необъяснимость божественных поступков. Что бы я ни сотворил, последователи всегда сумеют объяснить любой мой поступок благими намереньями. Не так ли?

– Конечно так, – согласился Герхард. – Но если поступок божества допускает несколько толкований, всегда найдутся адепты, в душах которых поселится сомнение. А сомнение – такое семя, которое не требует дополнительных удобрений. Оно их находит само и неизбежно прорастает деревом неверия. Не так ли?

Бог засмеялся.

– Вернее всего, оно возникнет, если я отпущу тебя, не наказав за дерзость. Самое страшное сомнение – это сомнение в достаточной степени решительности своего божества. А отпустив тебя безнаказанно, я рискую зародить в сердцах своих адептов именно его. Понимаешь?

Еще бы не понимать! Все, разговоры закончились. Дуэль на словах он проиграл и, значит, остается только и в самом деле драться. Унести ноги при таком раскладе вряд ли удастся, но попробовать все же стоит.

– В таком случае, – заявил Герхард, – нам действительно ничего не остается, как помериться силами. Ты готов?

Он прицелился богу точно между глаз, но спустить курок не успел.