Солнце полуночи - Стефани Майер

- Пушечное ядро, - подумала она.

Она взметнулась в воздух, ее силуэт стал темным, сливаясь с тенью, в то время как она изящно крутилась между мной и звездами. Она приняла форму кольца, когда врезалась в занесенный сугроб за мной.

Вокруг меня образовалась снежная буря. Звезды стали черными, и я был глубоко погребен под легкими ледяными кристаллами.

Я вновь вздохнул, но не сделал ничего, чтобы избавиться от погребшего меня снега. Темнота под снегом не препятствовала и не улучшала осмотр. Я все еще видел тоже лицо.

- Эдвард?

Затем снег вновь полетел во все стороны, так как Таня быстро откапывала меня. Она очистила мое неподвижное лицо от снега, не встречаясь со мной взглядом.

- Прости, - прошептала она. - Я просто пошутила.

- Я знаю. Было забавно.

Ее рот искривился.

- Ирина и Кейт сказали, что мне следует оставить тебя одного. Они считают, что я докучаю тебе.

- Вовсе нет, - уверил я ее. - Напротив, это только я веду себя грубо - отвратительно грубо. Мне очень жаль.

- Ты собираешься домой, ведь так? - подумала она.

- Я...пока... не решил еще.

- Но ты здесь не останешься. - Ее мысль звучала тоскливо, печально.

- Нет. Не похоже на то, что бы это... помогало.

Она сделала гримасу.

- Это из-за меня, разве нет?

- Конечно, нет, - из вежливости солгал я.

- Не будь джентльменом.

Я улыбнулся.

- Я причиняю тебе неудобства, - виновато сказала она.

- Нет.

Она подняла одну бровь, выражение ее лица было таким недоверчивым, что я засмеялся. Один короткий смешок последовал с очередным вздохом.

- Ну, хорошо, - признался я. - Чуть-чуть.

Она тоже вздохнула и положила подбородок на руки. В её мыслях было разочарование.

- Ты в тысячу раз прелестнее звезд, Таня. Конечно, ты уже хорошо в этом осведомлена. Не позволяй моей неуступчивости подрывать свою уверенность. – Мне стало смешно оттого, как неправдоподобно это звучало.

- Я не привыкла к отказам, - проворчала она, и её губы красиво надулись от досады.

- Конечно, нет, - согласился я, пытаясь с небольшим успехом блокировать ее мысли, когда она анализировала воспоминания о тысячах своих успешных покорений. Обычно Таня предпочитала человеческих мужчин – с одной стороны, их было намного больше, и их преимущество в том, что они были мягкими и теплыми. И они всегда, безусловно, желали ее.

- Суккуб, - поддразнил я, надеясь прервать поток картинок, вспыхивающих у нее в голове.

Она усмехнулась, сверкнув зубами.

- Самый настоящий.

В отличие от Карлайла, Таня и ее сестры постепенно раскрывали в себе свою совесть. В конце концов, любовь к мужчинам заставила сестер больше не убивать. Теперь мужчины, которых они любили… оставались в живых.

- Когда ты здесь появился, - медленно произнесла Таня. - Я подумала, что…

Я знал, о чем она подумала. И я должен был догадаться, что она будет чувствовать. Но в тот момент я не был в состоянии аналитически мыслить.

- Ты подумала, что я изменил свое мнение.

- Да. - Она нахмурилась.

- Я ужасно себя чувствую оттого, что играю с твоими ожиданиями, Таня. Я не хотел - я не подумал. Это все потому, что я уехал… в спешке.

- Может, ты мне скажешь почему?

Я сел и обхватил ноги руками, приняв оборонительную позу.

-Я не хочу об этом говорить.

Таня, Ирина и Кейт очень хорошо справлялись с жизнью, которой были привержены. В чем-то даже лучше Карлайла. Несмотря на безумную близость, они признавали для себя, кто должен быть - и был когда-то - их жертвой, они не совершали ошибок. Мне было бы слишком стыдно сознаться Тане в своей слабости.

- Проблемы с женщинами? - угадала она, игнорируя мое нежелание.

Я холодно усмехнулся.

- Не то о чем ты подумала.

Затем она утихла. Я слушал ее мысли, в то время как она делала разнообразные догадки, пытаясь разобраться в значении моих слов.

- Очень холодно, - сказал я ей.

- Одну подсказку? - попросила она.

- Пожалуйста, брось это, Таня.

Она вновь замолчала, все еще размышляя. Я игнорировал ее, тщетно пытаясь любоваться звездами.

Она сдалась после мгновенья тишины, и ее мысли последовали в другом направлении.

- Куда же ты пойдешь, Эдвард, когда уедешь? Обратно к Карлайлу?

- Не думаю, - прошептал я.

Куда я пойду? Я не мог думать ни об одном месте на всей планете, которое могло бы меня заинтересовать. Не было ничего, что я бы хотел увидеть или сделать. Потому что, куда бы я не пошел, это будет не оттого, что я туда собирался - я просто убегаю от...

Как же я это ненавидел. Когда же я стал таким трусом?

Таня взметнула свою тонкую руку и положила её на мои плечи. Я напрягся, но не отклонился от ее прикосновения. Она не имела в виду ничего, кроме дружеского утешения. По большому счету.

- Я думаю, что ты поедешь обратно, - сказала она, в ее голосе сохранился лишь намек на ее давно забытый русский акцент. - Неважно, что это… или кто это…это преследует тебя. Ты встретишься с этим лицом к лицу. Ты такой.

Ее мысли были такими же уверенными, как и ее слова. Я старался разглядеть свой образ, который был у нее в голове. Единственный, кто никогда ничего не избегал. Было приятно вновь о себе так думать. Я никогда не сомневался в своей смелости, способности сталкиваться с трудностями, до того недавнего ужасного часа в старшей школе на уроке биологии.

Я поцеловал ее в щеку, мягко отстранившись, когда она повернула свое лицо к моему, ее губы уже вытянулись. Она уныло улыбнулась моей стремительности.

- Спасибо, Таня. Мне нужно было это услышать.

Ее мысли заполнились раздражением.

- Ну, пожалуйста. Мне бы хотелось, чтобы ты был более сносным, Эдвард.

- Прости, Таня. Ты же знаешь, что слишком хороша для меня. Я просто… не нашел еще то, что ищу.

- Хорошо, если ты уедешь прежде, чем я тебя вновь увижу… пока, Эдвард.

- Пока, Таня. - В то время как я говорил эти слова, я мог это видеть. Я смог увидеть себя уходящим. Достаточно сильный для того, чтобы вернуться в то единственное место, где я хотел быть. - Еще раз спасибо.

Она поднялась на ноги одним ловким движением, а спустя секунду уже убегала, двигаясь как призрак по снегу так быстро, что ее ноги не успевали погружаться в него; она не оставила ни следа за собой. Она не оглянулась. Мой отказ беспокоил ее сильнее, чем она показывала раньше, даже в мыслях. Она не хотела видеть меня опять вплоть до моего отъезда.