Ветры империи - Сергей Иванов

— Ты уж прости нам его безобразную выходку, — громыхающим басом, более похожим на львиный рык, говорил Глава Тор — громадный величественный старик с белоснежной, но еще пышной гривой, поверх нательных доспехов облаченный в просторную косматую шубу. — Мне бы не хотелось, чтобы по Лоту ты судил обо всем нашем прайде.

Он сам налил гостю вина, и тот благодарно кивнул, оценив жест. Они сидели друг против друга в небольшой округлой комнате, искусно стилизованной под пещеру, с высокими неровными сводами, исчезающими во тьме. От примитивного очага, сложенного посреди каменного пола, исходил горячий живой свет, скачущий багряными бликами по стенам и скудной мебели, и веяло расслабляющим теплом. В костре уютно потрескивали ароматные дрова, завезенные сюда из самой Огранды, дым поднимался строго вверх, повинуясь могучей тяге.

— По-настоящему я пока знаком только с Норой, — усмехаясь, ответил Горн. — Впечатления ошеломляющие.

— У девочки неплохие задатки, — охотно подтвердил Тор. — Высоко поднимется, если найдет подходящую пару.

— А разве Лот…

Глава покачал гривастой головой.

— Уже нет, — сказал он. — Пусть подберет себе такую, которую сумеет укротить. — Угрюмо помолчав, он добавил: — Это Дворец его испортил. Нахватались манер у побежденных — теперь расплачиваемся!.. А Нору я туда не пускал.

Девушка расположилась тут же рядом, в глубоком кожистом шезлонге. Она будто дремала, по горло укутавшись в роскошные меха и протянув к самому огню породистые узкие ступни. По странному контрасту с безмятежным лицом ее ноги пребывали в непрестанном и вкрадчивом движении: томно терлись друг о друга, сладко потягивались, поджимали длинные пальцы. Искоса Страж наблюдал за этим беспокойным шевелением, словно бы приглашающим оголить Нору целиком и вклиниться между соблазняющими ногами. Гм, чертовка!.. Любопытно, а дедушку Тора она тоже через себя пропустила? А почему нет? Старикан не лишен привлекательности, к тому же Глава прайда. И своего Избранного отпрыска он, похоже, ценит не слишком, раз уж не пожалел для меня его подружки. А хороша приманка — знал, чем купить!.. И сейчас продолжает водить ею перед самым моим носом, чтобы не сорвался с крючка. Соглашайся, парень, и тогда можешь приступать прямо тут же, на шезлонге, — только разбросай меха, а там наверняка все уже готово к приему…

Не открывая глаз, Нора промурлыкала:

— Не отвлекайся, милый, — сперва дело!

Тор добродушно рассмеялся и, наклонившись, подбросил в очаг дров. Горн уже обратил внимание, что в этом блоке предпочитают обходиться без слуг и даже бессловесных рабов допускают не всюду. Добрые старые традиции… или обычная конспирация?

— Так чего же тянуть? — спросил Страж, демонстрируя понятное нетерпение. — Вперед, светлейший!

— Что ж, — согласился Тор. — Как ни бесчестна была выходка Лота, она показала нам, чего ты стоишь.

— Будто специально, верно? — невинно вставил Горн. — Ну-ну, продолжайте…

— Днем раньше, позже, но естество проявится, сколько ни скрывай.

Тор вдруг поднялся, и только сейчас Страж смог в полной мере оценить, что это была за громадина. И двигался старик на удивление легко. Пожалуй, в тех легендах, что про него сложили, могло быть немало правды. Еще и сейчас немногие из молодых посмели бы с ним поспорить.

Страж тоже встал, и Тор оглядел его с одобрением.

— Прайду не помешал бы приток свежей крови, — произнес он и вздохнул: — Мельчает порода, а ведь когда-то наши женщины рождали героев!..

— Говорят, вы были последним? — с интересом спросил Горн.

— Как-то за один вечер я победил дюжину лучших бойцов Империи, — ответил Глава, глядя мимо гостя в такую даль, куда теперь за ним могли последовать немногие. — И мог бы стать Верховным Правителем, если б захотел. Но тогда меня влекло другое.

— Надеетесь возродить древнюю традицию? — усмехнулся Страж. — А честь прайда на этот раз буду отстаивать я?

Тор уперся в него пронзительным взглядом. Глаза у старика были ясные и твердые, словно у юноши.

— Это хорошо, парень, что ты умеешь не только драться, — произнес он. — Ты ведь из провинции, так?

— Я — лишенный рода, — уточнил Горн. — Почти что шатун. Разве я могу драться за вас?

— Конечно — если мы тебя примем. Это еще одна древняя традиция, о которой забыли нынешние блюстители пород.

— Ну ладно, — сказал Страж. — Допустим, я одолею всех. Что дальше?

Глава перевел взгляд на Нору, со значением улыбнулся. Приоткрыв глаза, девушка улыбнулась в ответ и распахнула ворот, обнажив неправдоподобную грудь, — будто ей стало жарко.

— Вы не поняли, — возразил Страж. — Это само собой, иначе вам не привязать меня к прайду. Но не думаете же вы, что меня можно купить женщиной — даже такой, как Нора?

— Хочешь власти?

— Провалиться мне в Подземелье, почему нет! Но и это не главное. Когда вы станете императором, с чего начнете?

Тор одобрительно кивнул, большой рукой гладя роскошные волосы Норы. Девушка благодарно потерлась щекой о его ладонь, и это мало походило на дочернюю ласку — мысленно Горн похвалил себя за проницательность.

— Желаешь знать, ради чего это затевается? — спросил старый Лев. — Молодец, ты нравишься мне все больше… А может, ты и историей интересуешься? Помнишь, кем были мы, огры, какие-нибудь полвека назад? Мы наводили ужас на врагов!

— С тех пор врагов у нас поубавилось, — усмехаясь, заметил Страж. — Похоже, скоро их не останется вовсе.

— Самый страшный враг — внутренний. Думаешь, это мы завоевали соседей? Нет, это они завоевали нас. Они развратили нас роскошью, изнежили комфортом, одни растворили нас в себе — среди огров уже почти не осталось истинных… Каленым железом! — вдруг загремел Глава. — Да, каленым железом мы будем выжигать беспечность и бесхребетность!

— Все это слова, светлейший, — возразил Страж. — Покажите мне врага.

— Оглянись, мальчик, — враг всюду!

— Даже во Дворце?

— Особенно в нем. Толстяк Ун хочет угодить всем — и к чему это приводит?

С сомнением покачав головой, Горн опустился в кресло и снял с огня узкий клинок, на котором сочился кровью шмат отменного мяса. Полил его вином и стал откусывать, поджимая губы, чтобы не обжечься. Сейчас же к мясу потянулась сверкающими зубами Нора и принялась жадно кромсать его с другого края, искренне сердясь, когда Горн, поддразнивая, отводил клинок от ее рта.

— Пора показать, кто в Империи господин, — грозно продолжал Тор. — Чернь слишком о себе возомнила — в рабошлемы ее!.. К чему нам столько бездельников?.. Мы возродим исконную силу огров, и никто больше не посмеет нам угрожать!