Начальник Судного дня - Сергей Щеглов

— Ну, об этом нетрудно догадаться, — махнул рукой Валентин. — Наверняка собирался расспросить меня про катастрофу в Гельвеции. Он же как раз собирался устроить в Ампере нечто подобное, в полном соответствии с поручением своего оригинала. Хотя…

Валентин замолчал, вспомнив слова Хеора, услышанные сегодня утром. Как там — «Я понял, что в мире есть нечто посильнее Избранных»? И это в тот момент, когда я смотрел на него, как баран на новые ворота? Уж не Фалера ли он имел в виду?!

— Вот именно — хотя, — со вздохом произнес Занг. — В Гельвеции остались в живых сотни свидетелей; но Хеор разыскивал именно факира Фалера. Когда я говорил с ним, он назвал это имя, не раздумывая ни минуты. Он точно знал, чего хочет.

— Ну, не знаю, — развел руками Валентин. — Вечером спрошу, зачем я ему был нужен. Или это настолько важно, что мне следует спросить его прямо сейчас?

Занг коротко махнул рукой:

— Вовсе нет. Простите, Шеллер, я отвлек вас от основной темы. Продолжайте, пожалуйста.

— На чем я остановился? — спросил себя Валентин. — Ах да, на Управлении. Итак, десять лет назад вы неожиданно бросили дело своей жизни и занялись совсем другим проектом. Причиной послужила ненависть к принцу Акино, ненависть, которая возникла примерно в то же время. Быть может, вы помните момент, когда впервые ощутили эту ненависть?

Занг нахмурил брови и поднял голову, посмотрев на верхушки деревьев.

— Нет, — сказал он после продолжительного раздумья. — Точного момента я не помню. Все происходило постепенно — сначала подозрения, потом несколько подтверждений, потом — целенаправленная проверка, и наконец — твердая уверенность в том, что Акино должен быть уничтожен.

— Тогда начнем с подозрений, — кивнул Валентин. — Когда вы впервые заподозрили, что Акино играет в людей, как в шахматы?

— Как в шестьдесят замков, — поправил его Занг. — Послушайте, Шеллер, хватит наводящих вопросов. Вы наверняка изучили мою биографию, и лучше меня знаете, что там происходило. Называйте значимые слова, иначе я буду вспоминать до вечера!

— Шестьдесят замков, — послушно повторил Валентин.

— Двенадцать лет назад, — вспомнил Занг. — Операция «Запретное королевство», Тантор, самый северный из действующих вулканов. Раскаленная лава в ледяных берегах. На южном склоне мы обнаружили деревянный домик, в котором жил маг-отшельник. Я попытался завербовать его, а вышло так, что он завербовал меня…

— Ну уж, Шаггар, — возразил Валентин. — Не надо преувеличивать!

— Я сказал то, что думал в те годы. Отшельника звали Палезор Трин. Он специализировался в магии иллюзий и был очень удивлен, когда я постучал в его дверь. Я использовал легенду о Черной Цитадели, но Палезора не интересовал туризм. Его интересовало совсем другое — война с Хеором. Три часа он рассказывал мне о Запретном Королевстве; именно тогда я и услышал о шестидесяти замках.

— Расскажите поподробнее, — попросил Валентин. — Я видел ваш разговор, но я не знаю, что именно произвело на вас впечатление.

— Игра, — ответил Занг. — Шестьдесят замков — игра, в которую Хеор играет уже сорок лет. Все королевство разделено на шестьдесят лэндов; во главе каждого стоит лэндлорд, связанный с Хеором священной клятвой. Суть клятвы проста: лэндлорд правит десять лет, и за эти десять лет он должен достичь максимального могущества. Разрешено все — войны, магия, яды, подкуп, предательство. Запрещены лень, убийства детей до десяти лет и злоумышление на самого Хеора. Каждые десять лет Хеор подводит итоги; лучшие лэндлорды — причем заранее никто не знает, сколько именно, — получают место при дворе короля, оставшиеся отправляются к палачам. Семьи и приближенные проигравших лишаются личности — Хеор владеет этим заклинанием — и расселяются по стране на правах ремесленников или крестьян. В лэнды назначаются новые лэндлорды, по большей части завербованные на Побережье. Я долго не мог поверить, что такое государство способно просуществовать сорок лет.

— А почему нет? — поинтересовался Валентин.

— Большая часть лордов всегда оказывается на плахе, — ответил Занг. — Даже в последний год их суммарная мощь превышает мощь победителей. Я никак не мог понять, почему они покорно отдают себя палачам. Сопротивление или даже бегство разрушили бы игру Хеора раз и навсегда.

Валентин пожал плечами:

— На то и клятва. Хеор — довольно сильный маг.

Занг повернулся к Валентину и скривил губы в презрительной усмешке:

— Хеор — самый сильный маг Побережья, Шеллер. Но он не специалист! Даже я сумел бы разрушить любое из его ментальных заклинаний.

— Вот как? — Валентину пришла в голову дурацкая мысль. — Вы готовы попробовать?

— Хоть сейчас, — беспечно ответил Занг, складывая руки на груди и с любопытством глядя на Валентина. — Хеор у вас с собой?

— Думаю, что сумею его заменить, — ответил Валентин, вспоминая давным-давно подсмотренное у Хеора заклинание Призрака. — Дайте мне три секунды, а потом — разрушайте сколько угодно!

В конце концов, подумал Валентин, складывая руки в «коробочку», именно Занг отдал меня Хеору, который только и думает, как бы ловчее меня прикончить. Я имею право на маленькую месть.

Валентин выпустил заклинание на волю и на всякий случай откатился в сторону. Призрак, сгустившийся из воздуха прямо перед Зангом, держал в руке совсем не призрачный меч.

Занг остался сидеть, где сидел, спокойно глядя на гремящего воронеными доспехами гиганта, замахивающегося на него длинным, сверкающим на солнце клинком. В следующее мгновение Призрак нанес удар — и меч его со свистом прошел сквозь Занга, разрубив скамейку пополам.

Валентин почувствовал прикосновение к своему плечу.

— Пожалуйста, развейте материализацию, — услышал он голос Занга. — Ментальную составляющую я убрал, но меч-то у него настоящий!

Валентин с опаской покосился на Призрака, оглядывающегося по сторонам в поисках исчезнувшего противника, и поспешно инвертировал заклинание. Призрак растаял в воздухе, а меч с печальным звоном свалился на землю.

— Шеллер! — услышал Валентин душераздирающий вопль Хельги. — Вы же обещали!..

— Все в порядке, Хельга, — ответил за Валентина Занг. — По моей просьбе Шеллер проверил, насколько я восстановил магические способности. Как видите, ваше лечение и здесь оказалось успешным.

Валентин поднялся на ноги и принялся отряхивать брюки. Занг подошел к месту битвы и поднял с земли трофейный меч.

— Вы знаете, Шеллер, — сказал он, проведя пальцем по длинному, слегка изогнутому лезвию, — я никогда не видел такой качественной материализации. Это же эльфийская заточка, нанесенная на рунный металл!

— Некогда было разбираться, — пробормотал Шеллер, материализуя деревянный брусок и подкладывая его под покосившуюся скамейку. — Я это заклинание всего второй раз применяю.

— Оно действительно принадлежит Хеору? — спросил Занг, проверяя рукой прочность скамейки.