Перси Джексон и последнее пророчество - Рик Риордан

— Но ты же бессмертный, — тихо сказал я. — Ты можешь выглядеть как захочешь.

— Я своим видом отражаю состояние моего царства, — пояснил он. — А как раз сейчас это состояние довольно мрачное. Перси, должен тебя представить… боюсь, ты только что разминулся с моим полководцем Дельфином, богом дельфинов. А это моя… гм… жена Амфитрита. Моя дорогая…

Дама в зеленых доспехах холодно посмотрела на меня, потом скрестила на груди руки и сказала:

— Извини, мой господин, но мое присутствие требуется на поле боя.

С этими словами она уплыла.

Я чувствовал себя довольно неловко, но, наверное, винить ее в этом было бы несправедливо. Я никогда об этом не задумывался, но у отца ведь есть бессмертная жена. А что касается всех его похождений со смертными женщинами, включая и мою маму… что ж, наверное, Амфитрите это не очень нравилось.

Посейдон откашлялся.

— Да, а это мой сын Тритон. Гм… мой другой сын.

— Твой сын и наследник, — поправил его зеленый типчик. Он помахал своим двойным хвостом и улыбнулся мне, но его глаза вовсе не светились приязнью. — Привет, Персей Джексон. Наконец-то пришел нам помочь?

Он вел себя так, будто я опоздал или отлынивал. Если под водой можно покраснеть, то именно это и случилось со мной.

— Скажи мне, что я должен делать, — проговорил я.

Тритон ухмыльнулся, будто я сказал что-то такое хитромудрое или будто я был забавной собачонкой, которая тут пролаяла что-то… Он повернулся к Посейдону.

— Я послежу, как идут дела на передовой, отец. Можешь не волноваться — я тебя не подведу.

Он вежливо кивнул Тайсону. Почему же это я не заслужил никакого уважения? Тритон сорвался с места и исчез в толще вод.

Посейдон вздохнул, поднял посох, и тот мгновенно видоизменился в его привычное оружие — трезубец. Зубцы отливали синим сиянием, а вода вокруг него закипела от избытка энергии.

— Ты уж извини, — сказал он мне.

Сверху появилась громадная морская змея и, совершая спиральные движения, направилась к крыше. Она была ярко-оранжевого цвета с клыкастой пастью, в которой вполне мог бы уместиться целый спортзал.

Почти не посмотрев в ее сторону, Посейдон поднял трезубец и направил на эту тварь заряд энергии. Опаньки! Чудище распалось на миллион золотых рыбок, и все они в ужасе бросились врассыпную.

— Моя семья встревожена, — продолжил Посейдон, словно ничего не случилось. — Сражение с Океаном идет далеко не лучшим образом.

Он показал на край мозаичной карты и рукоятью трезубца постучал по изображению водяного размерами больше остальных и с бычьими рогами. Он вроде как мчался на колеснице, в которую были впряжены лангусты, а вместо меча размахивал живой змеей.

— Океан, — сказал я. — Это, кажется, морской титан?

Посейдон кивнул.

— Во время первой войны титанов с богами он придерживался нейтралитета. Но теперь Кронос убедил его участвовать. Это… гм… не очень хороший знак. Океан ни за что не ввязался бы в драку, если бы не был уверен в том, что дерется на стороне победителей.

— Вид у него глуповатый, — заявил я оптимистическим тоном. — Я хочу сказать, кто же это дерется змеей?

— Папа завяжет ее узлами, — твердо заявил Тайсон.

— Благодарю за вашу веру. — Посейдон улыбнулся, но выглядел он уставшим. — Мы воюем уже около года. Моя армия устала. А он находит все новые силы и бросает их против меня — морских монстров, таких древних, что я и забыл об их существовании.

Я услышал грохот взрыва вдалеке. Приблизительно в миле от нас коралловая гора развалилась под весом двух гигантских существ. Я едва различал их форму. Один был омар. Другой — гигантский гуманоид наподобие циклопа, но тело его было окружено огромным числом конечностей. Поначалу я подумал, что он таскает на себе уйму гигантских осьминогов, но потом понял, что это его собственные руки — сотни рук молотят воду, нанося удары.

— Бриарей! — воскликнул я.

Я обрадовался ему, но, судя по его виду, он дрался из последних сил. Он был последним в своем роде — Сторукий, двоюродный брат циклопов. Мы прошлым летом освободили его из тюрьмы Кроноса, и я знал, что он отправился помогать Посейдону, но с тех пор о нем ничего не слыхал.

— Он отлично дерется, — сказал Посейдон. — Жаль, что у меня нет целой армии таких, как он.

Я увидел, как Бриарей, взревев от злости, схватил омара, который размахивал и щелкал клешнями, и сбросил его с коралловой горы — тот исчез во мраке. Бриарей припустил следом, его сотня рук работала, как винт моторной лодки.

— Перси, я не могу уделить тебе много времени, — вздохнул отец. — Расскажи мне о своей миссии. Ты видел Кроноса?

Я рассказал ему все, хотя голос у меня и срывался, когда я говорил о Бекендорфе. Я посмотрел на дворы внизу и увидел сотни раненых водяных, лежавших на самодельных кушетках. Я увидел ряды коралловых холмиков, которые, вероятно, были обустроенными на скорую руку могилами. Я понял, что Бекендорф стал не первой жертвой — он был одним из многих сотен, может быть, тысяч. Я никогда не чувствовал себя таким злым и беспомощным.

— Перси. — Посейдон разгладил бороду. — Бекендорф выбрал героическую смерть. Тебя не в чем упрекнуть. Армия Кроноса будет дезорганизована. Многие были уничтожены.

— Но ведь его мы не убили?

Я понимал, что это наивная надежда. Мы могли взорвать корабль и уничтожить всех монстров на нем, но убить владыку титанов было не так-то легко.

— Нет, не убили, — ответил Посейдон. — Но с вашей помощью мы выиграли какое-то время.

— На корабле были полубоги, — сказал я, вспомнив парнишку, с которым столкнулся на лестнице.

Я почему-то позволил себе сосредоточиться на Кроносе и монстрах. Я убедил себя, что уничтожить корабль — благое дело, потому что на нем обосновалось зло, потому что они собираются напасть на мой город и к тому же их невозможно убить навсегда. Монстры испаряются, а потом восстанавливаются в новом обличье. Но полубоги…

Посейдон положил руку мне на плечо.

— Перси, на борту этого корабля было всего несколько воинов-полубогов, и все они добровольно встали на сторону Кроноса. Некоторые, может быть, вняли твоему предупреждению и спаслись. Если нет — они сами выбрали свою судьбу.

— Им промыли мозги! — воскликнул я. — Теперь они мертвы, а Кронос по-прежнему жив. И это никак не улучшает мое настроение.

Я разглядывал мозаику — маленькие взрывы свидетельствовали об уничтожении монстров. На картинке это не составляло никакого труда.

Тайсон обнял меня. Если бы это попытался сделать кто-то другой, я бы его оттолкнул, но Тайсон был слишком велик и упрям. Он обнимал меня, хотел я этого или нет.

— Это не твоя вина, братишка. Кронос сделан из такого материала, который плохо взрывается. В следующий раз мы возьмем большую дубинку.