Осколки сердец - Дмитрий Распопов

И мы замолчали, начав рассматривать посаженные Старейшиной саженцы возле молодой рощи.

— Обед готов, — сказала Ал'лилель появляясь за нашими спинами. — Пойдёмте в дом.

Обед прошёл очень весело, эльфийка постоянно задавала вопросы мне, как мы живем, какие у нас обычаи, умело, избегая любых тем связных с прошлой войной и нашей системой кормления. Весело смеялась над моими попытками пошутить. А когда спросила меня, за что меня послали в Лес, я не смог ей соврать и, посмотрев на Старейшину, рассказал, как и за что был наказан отцом на месяц. Она долго смеялась над реакцией Зиры, когда та застала меня за швырянием камней в Подземного Духа, и очень грустно посмотрела на меня, когда я рассказал про разговор с отцом и наказание. Про само наказание я сказал просто, что было неприятно. Старейшина очень внимательно слушал мой рассказ, и в конце сказал:

— Хорошо воспитывают детей в Роду Серебряного Тумана.

Тут послышался шум во дворе и в дом зашли два эльфа, причём один из них явно сопротивлялся, чтобы его ввели, но, увидев нас, троих, за столом он перестал вырываться, и, подняв голову, подошёл к столу.

— Здравствуй Эн'рил, — спокойно сказал ему Старейшина. — Расскажи мне, как так получилось, что наш гость пришёл один в деревню, хотя я лично просил тебя встретить его?

— Я не собираюсь общаться с всякими вампирскими выродками, — гордо сказал тот, и бросил на меня взгляд полный ненависти.

— Что ж, хорошо, — произнёс Старейшина — уведите его к себе и присмотрите за ним до моего прихода, обратился он ко второму эльфу. — После разговора с нашим гостем я займусь его воспитанием. Второй эльф поклонился и вывел Эн'рила из дома.

Обернувшись ко мне, Старейшина внезапно встал и поклонился мне, я опешил и хотел тоже вскочить из-за стола, но, был остановлен ладошкой Ал'лилель. Она положила свою руку мне на колено и предупреждающе покачала головой.

— Каин, прошу простить меня и весь Род Быстрой Стрелы, за нанесённое Вам оскорбление, прошу Вас требовать от нас компенсировать Вам все неудобства и потери, которые Вы понесли из-за нас — выпрямившись, спокойным тоном, сказал Старейшина.

Посмотрев на него и на Ал'лилель, я понял, что он не шутит, и я вправду могу требовать, все, что захочу от него, то, что я посчитал издевательством над собой, оказалось несмываемым пятном на чести Рода эльфов, из-за того, что приглашённый гость был оскорблён подобным образом.

— Ал'гиел, — произнёс я, вставая. — Все, что я хочу, это ещё раз увидеть Ал'лилель.

— Хорошо, — сказал он, — если она не возражает, то я тоже не буду против. Мы оба посмотрели на девушку, она под нашими взглядами начала краснеть и тихо сказала:

— Я не против.

Моё сердце после этих слов решило выпрыгнуть из груди, и начало стучать так, что мне показалось, что его стук слышали все.

Внезапно раздались звуки горнов, Старейшина с Ал'лилель побледнели и, подхватив меня, бросились к выходу. Деревня была словно разбуженный муравейник. На улицах взрослые эльфийки собирали детей и подростков в группы и куда то их уводили, все увиденные мной мужчины были одеты в зелёные доспехи и вооружены луками и мечами.

Все целеустремленно бежали, и каждый из них поспешно занимал своё место в высоте деревьев, окружавших деревню.

К Старейшине сразу подбежала тройка воинов и доложила:

— Ал'гиел, тройка Эл'нела заметила пересекших границу деревни четверых Серебряных Туманов.

— По ним не стрелять, я их встречу — распорядился он, и, повернувшись ко мне, сказал, — я так понимаю, это за тобой? Ты никому не сказал о произошедшем c тобой? И куда отправился, сегодня тоже никому не сказал?

— Да, — мотнув головой сказал я, — у меня были бы проблемы из-за этого.

— Думаю, надо быстрее улаживать ситуацию, пока проблемы не начались у всех нас — улыбнувшись, сказал он, затем, посмотрев на нас, продолжил:

— Четыре вампира, в трансформации Серебряный Туман, не оставят даже воспоминаний о нашей деревни.

Развернувшись, он пошёл в сторону показанную воинами, мы пошли следом.

Я никогда ещё в жизни не видел своими глазами трансформацию Серебряный Туман, когда мы подошли к границе деревни я увидел, что же она собой представляет. На встречу нам плыли четыре серебряных облака, причём двигались с очень большой скоростью, и не успели мы сделать пары шагов, как они оказались перед нами.

Остановившись перед нами, одно из облаков начало превращаться в моего отца. Да, подумал я мне казалось, что я такой умный, раз отец так легко согласился дать мне выходной, и даже не подумал, что он может отправиться по моим следам. Что будет дальше, я даже боялся представить, по этому попытался спрятаться за спину Старейшины.

— Приветствую тебя, Повелитель, — просто сказал Старейшина, когда обратная трансформация моего отца закончилась, и он подошёл ближе к нам.

— Привет Ал'гиел, — так же просто сказал мой отец.

От удивления я потерял дар речи, «Они что? Знакомы?» — подумал я, раз здороваются как давние знакомые.

После этих слов начали обратную трансформацию остальные три Серебряных Тумана, ими оказались Зира, Мастер по оружию и Тарн (его лучший ученик). После окончания трансформации они так же вежливо поздоровались со Старейшиной.

За спиной отца я увидел его меч, в руках остальных тоже было оружие. Вализир держал, конечно, своё знаменитое копьё, которое сейчас, вблизи Старейшины вдруг начало переливаться рунами.

— Извините, нас за переполох, — вежливо сказал мой отец, — но мне было не понятно, что может делать в Лесу мой сын на протяжении целых двух дней, причём на прямой вопрос он предпочитает врать, а не отвечать своему Повелителю.

После его слов я почувствовал, как спина покрывается испариной, и я холодею, вот и награда мне за то, что недооцениваю отца.

— Может, пройдём в дом, — предложил Старейшина, — мы обедали с Каином.

— Я хотел бы получить объяснения сейчас и не затягивать это дело, — твёрдо сказал отец и посмотрел на меня. Под его взглядом мне стало ещё неуютней и в горле пересохло, я не мог сказать ни слова.

Тут неожиданно вперёд вышла Ал'лилель и начала рассказывать обо всем: как пошла в лес, как собирала травы, как провалилась, как я вытащил её, о чем я просил у Старейшины и почему я сегодня здесь. Она быстро и горячо всё рассказывала, стараясь убедить Повелителя, что произошедшее, только её вина, а я проявил благородство и спас её, и что если и наказывать кого, то её, а не меня. Закончив, объясняться, она начала умоляюще смотреть на своего отца, что бы он помог ей, убедить Повелителя не наказывать меня. Но тот, лишь покачал головой, словно говоря ей, что вмешиваться в дела Повелителя напрасная трата времени.

— Если он пришёл как гость, — внезапно сказал Вализир, — почему он в таком виде?