Капризная фортуна - Юрий Иванович

Хотя на этот раз высший проповедник монастыря Менгары уделил пристальное внимание лишь апартаментам князя Парайни, присматривая, как и где лучше совершить планируемое покушение. Видел несколько раз и самого соправителя Триумвирата, многих его помощников и заместителей, но ничего важного так и не узнал. Тогда самым важным посчитал сам факт относительного спокойствия во дворце. Оно косвенно подтверждало удачное спасение кока Додюра из казематов. Посланные вниз воины похоронно-трофейной команды выволокли трупы наверх и безжалостно сбросили их в залив на корм кашьюри. Палача среди тел никто не опознал, а его самого искать тоже не стали, ведь по приказу будущего министра он якобы отправился домой.

Спасение проверенного боевого товарища можно было считать несомненной удачей. Но, вспомнив о коке, Менгарец сразу подумал и о пище: теперь их трое, как бы голодать не пришлось. Поэтому на обратном пути к штабу заскочил в район дворцовой кухни и внимательно там осмотрелся через многочисленные щели. Подспудно прикидывая, что здесь возможностей подсмотреть и подслушать гораздо больше, чем в том же банкетном зале или палате для заседаний с министрами. Наверняка покойный Гранлео постоянно опасался подсыпанного в пишу яда.

Первым делом Виктор убедился, что опостылевших постовых на каждом углу нет. Триумвират и в самом деле немного расслабился и удостоверился в личной безопасности. Элитные части отправились в гущу остальной армии готовить потребное настроение для роспуска ненужного скопления бездельников.

Затем постарался присмотреться к кладовым и основным кухонным залам. Заметно было, что многочисленные повара стараются. Ругань стояла между плитами и котлами почище, чем на базаре в разгар торговли. Запахи горячей и вкусной пищи раздражали неимоверно, поэтому его святость только и высматривал, что, где и как будет сподручней уволочь поздней ночью. Нашлись удобные места для этого, но одному там промышлять будет весьма опасно. Второй человек все равно понадобится для подстраховки.

Когда вернулся в Колыбельную, жрец дионского монастыря уже закончил приготовление яда и с соблюдением всех мер предосторожности герметично упаковал его. Оба скромно поужинали, затем, усиленно раскрывая слипающиеся глаза, вновь начали мудрить над найденными сегодня картами. Но усталость все-таки свалила, несмотря на недавнее улучшение физического состояния тела. Да и поспать пять часов перед ночным рейдом за продуктами питания решили в обязательном порядке.

Но проснулись чуть раньше, и не от сигнала наручных часов. Кто-то открывал двери со стороны тоннеля, ведущего к камере окончательного воскрешения. Дабы не накалять обстановку опасными бросками ножей, Виктор выкрикнул в сторону слабо освещенной щели в стене:

— Додюр! Это ты?

— Я, ваша святость! Я! — уже только по одному тону кока стало понятно, насколько он рад своему спасению и чудесному заживлению ужасных ран. Конечно, он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он из последних сил взгромоздился на стол, но сейчас это для него и неважно было.

Оказавшись в штабе, он долго благодарил и разглядывал себя в зеркале. Затем заявил, что теперь он помолодел лет на пять и стал краше некуда. Только и осталось, что срочно подбирать себе молодую невесту и устраивать свадьбу.

Кок не замолкал ни на минуту, и уже собравшемуся выходить Менгарцу это надоело:

— Додюр, давай отныне обращаться ко мне по имени. Нас тут всего трое, и никаких официальных церемоний разводить не будем. Запомнил?

— Только рад буду!

— Хорошо. Тогда теперь соблюдай тишину, переодевайся вон в ту приготовленную для тебя одежду, и все трое отправляемся на кухню. Должны же мы отпраздновать твое спасение.

— С вином?

— Ну… если отыщем…

— Запросто! Я там все кладовки знаю! — Кок быстро заканчивал одеваться.

— Верю. Но нам лишняя огласка, а уж тем более убийство поваренка или кладовщика-интенданта совершенно не нужно.

— Понял. А чья это на нас форма?

— Конкретно ты сейчас в звании самого младшего офицера армии Паугела Здорна. Герцог штурмует мост через пролив, и его тут быть не может. Вдруг мы на кого наткнемся, и ты просто прикажешь что-либо выдать из еды для своего оголодавшего генерала. А мы якобы у тебя на подхвате, в форме сержантов. Но это так, на всякий случай…

Кок скептически покачал головой:

— Что-то вы на сержантов ну никак не похожи… Да и форма на вас явно с чужого плеча. Как по мне, то лучше бы мы все трое в поварской одежде щеголяли. Если тут сразу несколько армий разных королевств, то мы легко могли бы выдать себя за кашеваров любой наудачу выбранной дивизии. И нас не просто угостят, а еще с собой дадут. А если станем сопротивляться, то и силком.

Фериоль озадаченно подвигал бровями и тряхнул молодецкими кудрями:

— А ведь ты прав… Если так подумать, и воровать ничего не надо…

— Вот и я о том же! Надо на кухне чувствовать себя хозяином.

Менгарец с хмыканьем подбоченился:

— Да мы хозяева не только на кухне, но и во всем дворце. Поход получился во всех смыслах продуктивный.