Клэрити - Ким Харрингтон

Мать наклонилась над столом, и волосы упали ей на плечи.

— Фил, я надеюсь, вы разрешите кое-какие вопросы о получении разрешения, — проворковала она.

Сообразив, что без меня Тисделл куда охотнее пойдет на нарушение правил, если это потребуется, я тихонько выскользнула из офиса. И сразу же налетела кого-то.

— Ох, простите! — обернувшись, я обнаружила перед собой Габриэля Тоскано.

Знойный красавец, сын нового детектива… До меня не сразу дошло, что мои руки упираются ему в грудь. И мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы опустить их.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

Темные глаза обрамляли длинные ресницы, волосы растрепаны. Одет он был, как вчера: в джинсы и футболку.

Но в таком виде он еще больше напоминал модель из глянцевого журнала.

— Ничего, я просто неуклюжая, — выдавила я. — А что ты здесь делаешь?

— Я? Я здесь работаю.

— С отцом? — Мне стало интересно.

— Да, я практикант. Программа подготовки полицейских. Чаще всего бегаю по разным поручениям, приношу кофе, хожу с отцом, но для колледжа это выглядит вполне себе. Хочу стать офицером криминальной полиции. Следующим летом, когда мне исполнится восемнадцать, я уже буду работать как стажер.

— Круто… — Форма ему точно пойдет. — А что ты делаешь в муниципалитете, если полицейское управление в другой части здания? — Я изо всех сил старалась выглядеть серьезной.

Он пренебрежительно махнул рукой:

— Мэр хотел поговорить с отцом и со мной насчет одной идиотской идеи, которая появилась у его сына.

Я едва сдержала торжествующую улыбку. Сын мэра — мой бывший бойфренд, Джастин Спеллмен, поэтому, сделав пренебрежительный жест, Габриэль автоматически попадал в мои друзья.

— Знаешь, я рад, что мы столкнулись, — продолжил он, улыбнувшись. — Причем в прямом и переносном смысле.

— Правда? Почему? — Я нервно сомкнула руки за спиной.

— Хотел поблагодарить тебя за ту наводку, которую ты дала нам вчера в ресторане.

Я оживилась:

— Тиффани Деспозито? Твой отец допрашивал ее? Она связана с этим делом?

— К сожалению, от нее оказалось мало толку. Она спорила с жертвой о какой-то ерунде, но у нее твердое алиби: она всю ночь работала. — Габриэль поднял бровь, улыбнулся и добавил: — И тем не менее это зрелище, как ты выливаешь ей на голову колу, самое яркое событие недели. Я говорил с этой девицей недолго, но мне хватило, чтобы понять: она того заслуживает.

Он потрясающий, и ему не понравилась Тиффани… Спасибо тебе, Вселенная, что послала в наш город этого парня!

Габриэль сделал движение, как будто собирался уходить, поэтому я выпалила первое, что пришло мне в голову:

— Скажи, а почему вы переехали из Нью-Йорка в Истпорт? — Вопрос звучал оскорбительно, и мне сразу же захотелось засунуть себе в рот кляп, но мой бессовестный язык молол дальше: — О, ты не подумай… Я не имею в виду, что твой отец опустился на ступень вниз или что-то вроде этого. Просто я люблю Истпорт. Я здесь выросла. Здесь так красиво!

Заткнись уже, Клэр!

Он улыбнулся:

— Да, слухи в таком городке разлетаются быстро.

Ну вот, теперь он наверняка думает, что я набиваюсь…

— Мы не так давно в Истпорте, но… — Он придвинулся ближе, и я вдохнула его запах — смесь шампуня, мыла и чего-то… мальчишеского. — Мне уже здесь нравится. Правда.

Каково это — целоваться с ним?

Я поняла, что краснею, и по его лицу догадалась, что ему нравится мое смущение.

— Ладно, увидимся. — Он зашагал по коридору, но вдруг остановился: — Кстати, как тебя зовут?

— Клэр.

— Клэр, — повторил он. — Клево.

Во рту у меня пересохло, сердце стучало. И это было удивительно. После расставания с моим первым и пока единственным бойфрендом я дала себе слово ни с кем не встречаться, пока не уеду из города навсегда. Но этот парень… Похоже, я покидаю нейтральные воды.

Спускаясь по ступеням, Габриэль махнул мне рукой, и я заметила, как из-под короткого рукава мелькнула часть татуировки. Что это могло быть? Колючая проволока, обвивающая бицепс? А может, готическая роза?

Кто-то громко кашлянул, спугнув мои фантазии. Я обернулась и увидела маму, которая улыбалась, как ребенок, у которого есть большой-большой секрет.

— Получила что-нибудь, что можно использовать против этой мадам Масловой?

— Нет, к сожалению. У нее есть все необходимые разрешения. Дом расположен в коммерческой зоне. Фил ничего не может сделать.

— Но ты улыбаешься? — И тут до меня дошло: — Послушай, ты давно здесь стоишь?

Остается надеяться, что она не слышала моих мыслей насчет Габриэля.

Мама прикрыла рот, чтобы сдержать смешок.

— Ты не должна подслушивать. Это невежливо! — выпалила я.

Она похлопала меня по плечу:

— Конечно, родная, не буду. Но только если ты скажешь мне потом, что у него за татуировка.

Наша вылазка в город обернулась заездами в магазины и аптеки: мама хотела найти шампунь, о котором вычитала в каком-то хиппи-блоге. Все только натуральное, не тестировано на животных — экстракт каких-то там листьев с каких-то там гор. Поджидая ее в машине, я развлекалась тем, что разрабатывала план, как незаметно заменю шампунь супер-пупер на обычный, из супермаркета, и понаблюдаю, заметит ли она разницу. Видимо, я увлеклась, потому что, когда мама вернулась с пакетом в руке, она велела мне оставить мои детские мысли. Ну и что прикажете делать, если у вас мать — телепат?

Время уже близилось к обеду, когда мы вернулись домой. Перри, стоя на крыльце, флиртовал с какой-то девушкой в коротком топе, обрезанных шортах и на роликах. Рассказывая что-то, он оживленно размахивал руками, и девушка сгибалась пополам от смеха. Когда мы подошли ближе, он, видимо, успел сменить жанр. Девушка провела пальчиком по шраму на его брови и нежно произнесла: «Бедняжка». Интересно, что за историю он ей выдал? Как он пытался спасти йоркширского терьера от койота? А может, как старушку защитил от грабителей? На самом деле шрам был результатом суровой схватки с лестницей, в которой мой брат проиграл.

— Где это вы были? — спросил Перри, завидев нас.

— Объехали весь мир в поисках нового шампуня, — ответила я. — А как зовут твою подругу?

— Меня зовут Джинни! — бодро отозвалась девушка. Ей было лет шестнадцать, и она отнюдь не из «ботан». — Мы приехали сюда в отпуск всей семьей. Я ехала мимо вашего дома и упала здесь, на боковой дорожке. Перри помог мне. Видите? — Она показала царапину на колене, не больше, чем порез от бумаги.

— Это мой брат, — сообщила я. — Спасает мир. По одной девушке зараз.