Дырчатая луна - Владислав Крапивин

Видимо, она не понимала. Наверно, пробралась сюда, когда он был уже в воде. И что на песке валяется вся-вся его одежда, она не заметила.

А может, все поняла и решила его подразнить?

Волна опять залила Лесю уши и отошла.

– Русским языком объясняю тебе, дура: отвернись!

Лесь понимал, что очередная волна может откатиться дальше других. И тогда что? Съежиться в нелепой позе на корточках или трусливо сигать в глубину?

Девчонка не двигалась, а лицо ее, кажется, стало насмешливым.

Ах, так?.. В конце концов Лесь и правда был здесь хозяин. Все равно что дома. Больно ему надо дрожать из-за глупой девчонки! Думает, что испугался, да?

Лесь дождался, когда волна подтолкнула его в спину, и прыгнул на длинный выступ скалы. И, ловкий, независимый, пошел по выступу к берегу. Глядя прямо на незваную гостью.

Она мигнула, отвернулась:

– Вот дурак…

– Сама… – отозвался Лесь. Подошел к брошенной на песок одежде, натянул плавки. Все это с подчеркнутой неторопливостью, потому что вести себя иначе было бы теперь глупо. Прошагал к нагретому каменному лежаку и с удовольствием растянулся на нем. Ощутил, как солнце навалилось на озябшее тело мягким жаром.

Девочка мельком, боязливо оглянулась. Заметила, что из-за камня видны теперь только плечи и мокрая голова, и тогда глянула смелее. Повернулась.

С полминуты они смотрели друг на друга. Лесь – насмешливо, девочка – пряча за сердитостью смущение и виноватость. Она ковырнула сандалеткой песок.

– Ты какой-то… совершенно нахальный…

– Да? А по-моему, это ты нахальная. И шпионка.

– Я?! Шпионка?! Как тебе не стыдно!

– А тебе не стыдно? Увязалась за мной, выследила… Иначе как бы ты сюда попала?

– Да я это место давным-давно знаю! Тыщу раз тут была.

– Эту бухту не знает никто, кроме меня, – объяснил Лесь уже несердито. – Ты же видишь, тут лишь мы с тобой. Ты пробралась сюда следом, в ту же минуту, что и я. А одна ни за что не нашла бы дорогу.

Девочка сказала неуверенно:

– Вот и неправда. Я знаю дорогу.

– Если знаешь – выберись отсюда без меня, – добродушно посоветовал Лесь.

– Ну и пожалуйста! – Она дернула спиной с малиновым ранцем. Пошла к ступенькам у щели-выхода. Проходя мимо Леся, демонстративно отвернулась, хотя сейчас это было уже ни к чему. Поднялась на каменное «крылечко», исчезла в щели.

Лесь быстро сел, обнял коленки и стал ждать со снисходительным интересом. Вместо прохода с крутой тропинкой девчонка скоро увидит сомкнувшиеся скалы – словно каменный великан свел вместе ладони. И никуда не денется, вернется.

Так и случилось. Девчонка опять появилась на ступенях. Растерянная и насупленная. Ушла на прежнее место. Оглянулась на Леся, который вновь улёгся на камень животом.

– Ну как? – спросил он с капелькой торжества.

Она потупилась и вполголоса сказала:

– Ты колдун, что ли?

Лесь без хитрости объяснил:

– Здесь мое колдовство ни при чем. Это место такое.

– И никак теперь не выбраться?

– Без меня никак, – усмехнулся Лесь.

– А ты… меня выведешь?

– Вот смешная, – сказал он как маленькой. – Брошу, что ли? На съедение крабам?

– Тогда хорошо… А. скоро пойдем? Мне домой надо.

– Вот погреюсь еще минут пять, потом окунусь напоследок, обсохну, и тогда уж…

Девочка покладисто кивнула:

– Купайся, я подожду.

Она села на корточки, стала из ладони в ладонь пересыпать мелкую гальку.

– Носов…

– Что?

– Ты не думай, я никому не скажу про это место.

Он засмеялся:

– Да говори кому хочешь. Без меня его все равно никто не найдет. А я теперь буду ходить с оглядкой.

– Ты не бойся, я за тобой больше сладить не стану, – сказала она еле слышно.

Лесь промолчал. Не знал, как ответить, чтобы не обидно. А обижать бестолковую девчонку почему-то не хотелось.

Она опять перебросила камешки из ладони в ладонь:

– А здесь правда никто-никто не может появиться?

– Я же сказал.

– Тогда понятно… – Она чуть улыбнулась.

– Что тебе понятно?

– Почему ты так храбро тут купаешься… без ничего…

Лесь понял, что ей все еще неловко. И сам опять малость смутился. И сердито объяснил:

– Я купаюсь так, потому что как раз боюсь.

– Чего?

– Если дома заметят, что плавки влажные, сразу воспитание: «Ах, ты снова бегал на пляж после уроков! Без спросу!»

Девочка посмотрела веселее, чем прежде.

– В точности как у меня! Мне тоже не велят без спросу! А начнешь отпрашиваться – сразу охи да ахи! «Нельзя одной, утонешь, захлебнешься!» А иногда так хочется окунуться… Тебе хорошо, такое тайное место…

– Ну, так пользуйся случаем, – великодушно сказал Лесь. – Сейчас-то ты не одна к тому же. Совесть твоя будет чиста…

Девочка поежилась:

– У меня купальника нет…

– Пфы! Ты же еще плоская, как сушеная тарань, – от души успокоил ее Лесь. – В твоем возрасте девчонки сплошь в одних плавках купаются, как пацаны.

Лесь думал, она рассердится хотя бы для вида. Но девочка отозвалась все так же нерешительно:

– Ничего подобного. Нам в бассейне всем всегда велят в купальниках…

– Здесь же не бассейн, воспитательниц нету. А я смотреть на тебя не буду, не бойся…

– Подумаешь, – сказала она с жалобной храбростью. – Я и не боюсь.

Конечно, Гайка соврала, на самом деле она боялась. Однако искупаться хотелось ей отчаянно: изжарилась она в своем шерстяном платье с глухим воротником. Но не только в этом дело. Была еще вина перед Носовым.

Если бы Гайка сразу поняла, почему он тогда, из воды, кричал ей «отвернись», она бы не только отвернулась, а глаза бы зажмурила и уши заткнула. Но у нее в ту минуту словно заскок в мозгах случился: смотрит и ничего не понимает. Да еще глупое упрямство взыграло! Теперь, когда все так получилось, Гайка терзалась в душе. Дура бессовестная! Называется, подружилась с человеком!

Как же теперь оправдаться перед Носовым?

Может, если она сейчас послушается его, искупается, он перестанет на нее обижаться. Ведь она докажет, что доверилась ему полностью. И получится, что между ними есть уже какая-то ниточка. («Желтая нитка», – мелькнуло у нее…) И тогда, значит, эта бухта вроде бы и ее, Гайкина, тоже. Немножко…