Новое королевство - Личия Троиси

Похоже, что Теана успокоилась и перестала оказывать какое-либо сопротивление.

— А ну, давай! — обратился старый солдат, поднимавший Дубэ, к своему напарнику. — Тащи сюда и эту. Я не хочу всю дорогу слушать их занудное нытье.

Другой солдат тяжело вздохнул и грубо толкнул Теану вперед. Дубэ, вопя и стеная от боли, едва сдвинула ноги с места.

— Эй, ты, не прикидывайся. Еще пару дней поторчите здесь, а потом — не наше дело, — сказал он.

— Куда вы нас отправите? — пробормотала Дубэ.

В ответ тот усмехнулся:

— Туда, где сможем обменять вас на кучу золотых монет, — на невольничий рынок Сельвы.

В стоявшей на столе миске с похлебкой плавали две корки черствого черного хлеба. Теана тщетно умоляла развязать ей руки: в ответ раздавался только громкий хохот солдат.

— Давай ешь, — сказал кто-то.

Миска стояла перед ней, но Теана отказалась ползать по земле и есть как скотина в хлеву. Она почувствовала, как от унижения слезы наворачиваются у нее на глаза. Дубэ молча наблюдала за этой сценой. Затем первой подползла на четвереньках к тарелке, нагнулась и погрузила лицо в похлебку.

— Вижу, ты быстро учишься! — сказал солдат под смех и выкрики толпы. Теана последовала ее примеру недоверчиво и испуганно.

Когда вся компания изрядно повеселилась, обеих на повозке отправили в камеру. Солнце уже зашло, вокруг была непроглядная тьма. Руки и ноги обеих девушек были связаны одной железной цепью, закрепленной другим концом за перекладину огромного замка.

— Сладких снов, — с издевкой буркнул старый вояка.

Дверь заперли. Теана и Дубэ снова остались наедине. Они сидели, не произнося ни слова. Обе не спали, но еще долго хранили молчание. Все мысли Дубэ были только об одном: невольничий рынок в Сельве.

Это была ее родная деревня. Разбойница знала, что ее мать там больше не живет: видела как-то ее в Макрате, где у нее с отчимом Дубэ был магазин и лавка. Но в Сельве оставалось еще много знавших ее людей: лучшая подруга Пат, затем Матон, ее первая любовь, родители Горнара. Никто из них не смог бы узнать Дубэ. И не только потому, что она изменила свой внешний облик, но потому, что прошло уже десять лет, как она покинула деревню. В ней ничего уже не осталось от прежней Дубэ. Виной всему клеймо, зиявшее у нее на плече. Сельва отвергла ее.

Девушке никак не удавалось заснуть. В полной тишине она услышала, как Теана, шурша соломой, совершает поклоны. Она молилась, как обычно, и каждое ее слово сопровождалось едва заметным оханьем.

Дубэ прислушалась, пытаясь разобрать смысл этих заклинаний. Достаточно было одного слова из целого множества, чтобы заставить ее встрепенуться: Тенаар. Теана, полная надежды и веры, благочестиво шептала молитвы, девушка обращалась к своему богу.

Одно мгновение — и руки Дубэ снова оказались впереди, ловко проскользнув под коленями. Одним движением она прижала ее голову к решетке и обмотала цепь вокруг шеи. Теана жалобно зарыдала.

— Что ты сказала? — В голосе Дубэ звучала ненависть.

Теана с раскрытыми от ужаса глазами тщетно ловила ртом воздух. Разбойница ослабила руку ровно настолько, чтобы можно было дышать.

— Только что, во время молитвы, ты прошептала имя Тенаара.

Изумление исчезло с лица Теаны, но не страх.

— Пусти меня.

— Прежде ты все объяснишь.

В голове Дубэ роились сомнения. А что, если Теана шпионка Гильдии и поэтому решила отправиться с ней, чтобы сдать ее? Может, она — предательница?

— Это мой бог, — сказала та с некоторой гордостью. Дубэ сжала цепь вокруг шеи Теаны, перекрывая ей дыхание.

— Предательница, — прошипела она, сжав цепь еще сильнее. Теана, вытаращив глаза, с трудом откинула назад голову. Синеющими губами она что-то пробормотала.

В сознании ослепленной от гнева Дубэ смешались воспоминания о ее пребывании в секте и ужас от наказания, наложенного на нее Гильдией. Но все-таки она стала медленно разжимать руку. Слишком глупо для шпионки Гильдии действовать так открыто. Теана не могла не знать, что Дубэ не спит. Зачем тогда, произнося имя Тенаара, так рисковать.

— Я жду объяснений, — угрожающе прошептала она.

— Тенаар — это Шеврар, древнее божество эльфов.

— Я это знаю.

Девушка-маг, немного смутившись, продолжила дальше:

— Со временем его имя было искажено, так же как и его учение. Постепенно древняя вера была превращена некоторыми еретиками в кровавый культ. Они убивали прославлявших его, видя в этом божестве только темную и разрушительную сторону, забывая, однако, что Тенаар был также богом, который творил и любил.

— Меня не интересуют эти сказки. Скажи мне, кто ты и чего хочешь.

Теана вытаращила глаза от изумления.

— Ты думаешь, что я — одна из них, что я пришла, чтобы сдать тебя, потому что также исповедую эту абсурдную религию? — Теперь она казалась очень серьезной, почти рассерженной. — Тогда ты такая же, как и те, что убили моего отца, — произнесла она сквозь зубы.

Дубэ непонимающе поглядела на нее:

— О чем ты говоришь?

— Очевидно, что ты не имеешь никакого представления о магии, а следовательно, не догадываешься о том, что мое магическое искусство отличается от других. Я — жрица истинного Тенаара. Мой отец был последним человеком, служившим этому богу. Для Гильдии он стал препятствием, пережитком прошлого, который нужно было уничтожить, поэтому он подвергался преследованиям. Он проповедовал любовь и величие Тенаара, суть которого в созидании, в перемене, но главное, он открыто утверждал, что религия Гильдии — это культ еретиков, чудовищное толкование истинной веры.

Дубэ слушала, не понимая толком, о чем шла речь.

— Сила Тенаара помогла мне приостановить разрушительное действие твоего проклятия. Я использую магию, основанную на разных священных ритуалах, посвященных этому богу. Этому научил меня мой отец.

— Ты говоришь, что культ Тенаара — это не только религия Гильдии?

Теана кивнула:

— Их учение — извращенное толкование истинной веры. Неужели тебе неизвестно, что Ниал была посвященной бога Тенаара и спасла мир?

Дубэ прислонилась спиной к перекладине. Все это ей казалось сплошным абсурдом. Люди убивали друг друга только для того, чтобы навязать собственное толкование воли бога.

— Тем не менее ты все эти ночи напролет молилась Тенаару у меня на глазах… глазах той, которую погубила Гильдия.

— Вот именно, это была Гильдия. Тенаар не имеет ничего общего с сектой убийц. Вера в этого бога — нечто иное.

Дубэ посмотрела на нее с усмешкой:

— Получается, что ты здесь для того, чтобы расставить все по местам, не так ли? Для того, чтобы подтвердить истинность твоей веры в противоположность той, которую проповедует Гильдия.