Рыцари Ветра вступают в бой - Эрик Л’Ом

– Я есть хочу!

– Надо было плотнее позавтракать.

– Тогда мне не хотелось. Ну пожалуйста, Ромарик! Время перекусить. Дай сэндвич!

– Вспомни, Коралия, нам велели поесть в Мире Ненадёжности всего один раз! Лучше потерпеть.

– Поторопитесь, а? – набросилась на них Амбра.

– Мы и так торопимся, – отозвалась Коралия. – Я не виновата, что мой рюкзак весит целую тонну! Вот если бы я несла еду… Лучше подгоняй Бертрама, вон как он отстал!

Бертрам приволакивал ногу и бросал на спутников взгляды побитой собаки. Казалось, он не собирается догонять остальных.

– Может, немного поднажмёшь, Бертрам? – крикнула Амбра.

– Иду, иду! – пробурчал колдун, но шагу не прибавил.

Маленькая экспедиция покинула Даштиказар днём. Накануне Агата привела их в большой дом своих родителей. В отцовском шкафу она нашла тёплые вещи для мальчиков, а свой отдала на разграбление девчонкам. Затем опустошила холодильник, кладовую и чулан, где хранилось туристическое снаряжение.

Когда они наконец собрались, уже стемнело. Пришлось лечь спать на толстом ковре в просторной комнате Агаты, завернувшись в спальные мешки и одеяла. Они долго болтали в темноте, вспоминая свои приключения в Мире Ненадёжности. Поэтому утром встали довольно поздно.

После плотного завтрака, от которого отказалась одна Коралия, друзья зашагали к холмам.

– Скоро придём, – предупредил Гонтран, понизив голос. – Постарайтесь не шуметь!

– Поняла? – сурово спросила Амбра сестру. Та изобразила, что зашивает себе рот.

Они молча дошли до большой скалы, где прятались летом, дожидаясь, пока Гиймо обезвредит охрану. Сейчас Двери стерёг один-единственный рыцарь.

– Всё просто! – обрадовалась Амбра. – Бертрам призовёт графему, останавливающую время, и мы пройдём перед часовым, как невидимки. Так?

– Гм…

– Что «гм»?

Молодой колдун судорожно сглотнул.

– Дело в том, что я… никогда этого не делал и не знаю, смогу ли…

– А Двери?

– Ну, это немного проще…

– Ты смеёшься над нами? – не выдержала Агата.

– Нет… Не знаю, как объяснить… использовать графему в пустоте сложнее, чем оживить графему, выгравированную на Дверях…

– Такое чувство, будто ты что-то скрываешь, – подозрительно протянул Гонтран.

– Ничего подобного! – пробормотал колдун. – Я уверен, что сумею разбудить графемы Дверей. А вот потом… Не знаю, хватит ли моей Онд, внутренней энергии, чтобы их отворить.

– Когда ты это узнаешь? – спросила Амбра, с трудом сдерживая злость.

– Когда дотронусь до Двери.

– А фокус с рыцарем сможешь сделать? – спросила Коралия. – Ну, превратить его в неподвижную статую? Неужели нет? Это так здорово!

– Думаю… – Бертрам опустил глаза. – Лучше обойтись без этого.

– Невозможно! – отрезал Ромарик. – Нельзя отказываться, даже не начав!

– У тебя есть другие предложения? – язвительно осведомилась Агата. – Нашей единственной надеждой был этот колдун. Но, верно, он что-то может, только когда у него в руках огнестрельное оружие! Да вот незадача: свой пистолет он, видите ли, выбросил в море!

– Ты к нему несправедлива! – воскликнула Коралия. – Ведь Бертрам правда спас нам жизнь, когда корриганы…