Дочь барона - Герта Крис

В Северное крыло они прошли всё теми же коридорами. Вот только стонов и хихиканья здесь явно прибавилось. А уже после вестибюля дворца Тиана даже покраснела — в глубокой нише мелькнули голые женские бёдра.

«Интересно, они так готовятся ко сну или только разгоняются?!» — подумала баронесса.

Что характерно, слуга, семенивший впереди, всю дорогу рассуждал о безобидности дворцовых привидений. И Тиане показалось, что слова провожатого относились не к сопящим и стонущим по углам, а именно к идущим мимо. Но предупреждения о появлении посторонних пропадали даром. Про себя баронесса поклялась никогда не заниматься подобным в этих коридорах. Даже по приказу короля!

Прощальный поклон провожатого совпал с поклонами встречающих. Едва Тиана отперла дверь, как повторилось уже виденное у Меганы: комнату заполонили слуги, схлынули, оставив мастериц, восхищающихся фигурой баронессы. Стало совершенно очевидно, что этот ритуал не изменился бы даже в случае пошива платья для обычной коровы.

Два часа с баронессы снимали мерки, вращали, заставляли садиться на банкетку, нагибаться, приседать… При этом мастерицы отдавали приказы помощницам, прикладывали выкройки к спине и груди, шуршали кружевами, лязгали ножницами и трещали каким-то механизмом. Трижды Тиану укололи булавками, правда, с последующими извинениями. Голова ее отказывалась думать, и терпеть всё это помогало лишь то, что таким же пыткам подвергается и сестра. Но Мегана хотя бы стремилась в этот пыточный и безнравственный дворцовый бедлам!

Из разговоров мастериц баронесса поняла, что платьев будет три: для представления королю, повседневное и отдельно — для бала. Когда мучения, казалось, пошли на спад, пришло спасение со стороны, о которой Тиана даже не помышляла. После громоподобного стука огромная хранительница той стороны двери просунула голову в комнату и прорычала, что белошвейку и портниху требует к себе герцогиня Юстин — её дочери жмёт платье в лифе.

— Просим прощения, досточтимая баронесса Арлей! Сами понимаете… А ваши платья будут готовы утром. Непременно!

— Подождите!

Тиана повернулась к комоду и выдвинула верхний ящик. А вот мастерицы занервничали:

— Что-то не так, баронесса?!

— Но платья нужны только через два дня…

Передняя часть шкатулки легко открылась, обнажив три золотых в тайнике. Тиана взяла две монеты, задвинула ящик и повернулась.

— У меня нет мелких монет…

Она вложила в руку портнихи золотой и смущённо улыбнулась:

— Но вы ведь разделите на всех? Правда?

В комнате наступила тишина. Мастерица взвесила монету на ладони и, чуть растягивая слова, произнесла:

— Я слышала эти легенды от слуг, но… Заберите обратно, баронесса! Мы работаем по приказу короля!

— Пусть король и дальше пишет свои приказы. Сколько хочет. — Тиана посмотрела в глаза портнихи и твёрдо добавила: — Не обижайте меня.

Мастерица поклонилась, а монета, словно по волшебству, исчезла за фартуком. Поклонились Тиане и все находившиеся в комнате.

— Спасибо, досточтимая баронесса Арлей!

— И ещё. — Тиана протянула вторую монету. — Вам не трудно будет передать это мастерицам, которые шьют платья моей сестре?

На мгновение Тиане показалось, что воздух стал вязким, а портниха вновь поклонилась.

— Вы, баронесса, доверяете мне целое состояние…

— А у меня нет причин сомневаться в вас.

— Спасибо, баронесса! Я всё сделаю, как вы приказали! — И повернулась к белошвейке: — Ты продолжай, а я заберу одну твою помощницу. Для толпы. У дочери герцогини с платьем всё нормально. Просто мама хочет, чтобы маленькое выглядело большим. Всё, девочки, пошли!

Пробегая мимо одной из оставшихся помощниц, портниха шлёпнула её ниже спины и быстро проговорила:

— Теперь на свадьбе твой жених слюнями изойдёт! Как куколку оденем! — Она остановилась в дверях так, что на неё едва не налетели ученицы. — По каждой выкройке повторить в светло-пурпурном и зелёном! Кружева потом подберём.

Девушка смутилась, покраснела, а Тиана подумала, что никогда не поймёт такого счастливого смущения. Что же их так гонит замуж?

От этого неразрешимого вопроса баронессу отвлекла белошвейка:

— Досточтимая баронесса Арлей! Мы понимаем, что вы устали, но есть ещё важные мелочи. У вас есть сорочка под платье, ночная рубашка и халат?

Вообще-то названные предметы присутствовали у обеих сестёр в двойном количестве. Отец три месяца назад выписал из Гранчиса мастериц, и те за неделю обновили гардероб баронесс Арлей. Тиана считала своё нижнее бельё просто шикарным и абсолютно новым. А потому растерянно переспросила:

— А разве их может не быть?

— О! — усмехнулась белошвейка. — У большинства дам бельё мгновенно исчезает, когда они узнают, что за всё платит король!

В то же время она с хлопком разворачивала вещи баронессы и перебрасывала помощницам:

— Распороть по швам и использовать как лекала! По три в цвет платьям! Ночнушки белые! Лёгкие кружева по вырезу! И кто-нибудь, снимите мерки с туфель баронессы! Кстати, если вам надо будет почистить или починить обувь, просто выставьте её у дверей — всё сделают как надо!

Лишь поздним вечером, после неоднократных заверений, что всё будет готово к утру, Тиану оставили в покое. Она вдруг ощутила крайнюю усталость и голод. Баронесса разделась, но вспомнила наставления конюха Ретока ученикам: «Голодный караванщик невнимателен! Из него получается прекрасная еда для тварей Пустоши! А в древности считалось, что голодный вечером солдат утром проиграет сражение!» Любит Реток читать старые книги и вбивать цитаты из них в головы учеников.