Моя мастерская волшебностей - Зинаида Гаврик

Истерика подступила незаметно. Я задыхалась. Тан поднял меня на руки, отнёс в ванную, залез туда вместе со мной и включил ледяной душ. На нас обоих. Помогло. Пока я визжала и прятала лицо от воды, он продолжал прижимать меня к себе. Мокрая одежда облепила тело, но парень даже не дрожал. Словно не ощущал никакого дискомфорта. Прямо так, оставляя за собой лужи воды, мы проследовали в комнату. То есть не совсем мы, ведь на пол ступал только один из нас, пока я продолжала прижиматься к нему, стуча зубами и пытаясь согреться о горячее тело. Там мой спаситель сгрудил ношу и принялся стягивать с меня одежду, бесцеремонно бросая её куда-то в сторону. Я хотела воспротивиться, но, встретившись с ним взглядом, внезапно передумала. Тёмные глаза, к которым я никогда, наверное, не смогу до конца привыкнуть, захватили волю. Они безмолвно велели замереть, и подчинение им вызывало всплеск удовольствия. Да… всё, что не пожелаешь — да, да и тысячу раз да… словно со стороны я наблюдала, как Тан роется в шкафу и извлекает оттуда чистое полотенце. Обтирает меня насухо и заворачивает в халат. Я безропотно позволяла этому происходить. Так легче. Зачем возвращаться в страшную реальность, когда тут, в плену тёмных глаз, спокойно, сладко и хорошо…

Он протянул мне какую-то чашку, стоящую на подоконнике… я взяла и глотнула. Аааааааааа! Наваждение отступило, вместе с расслабленностью. Спирт!

— Очухалась? — Спросил Тан, пока я хваталась за горло и ловила ртом воздух.

— Да, — наконец, хмуро кивнула я и уже сознательно сделала второй глоток. — Что… там произошло?

— Одна тварь возродилась и начала пировать, — смутно объяснил Тан. — Редкая и очень сильная. Нэскла по сравнению с ней всё равно, что пятилетний малыш.

— Ваш мир ужасен, — всхлипнула я. — Почему он порождает таких чудовищ?!

— Причём тут мир? — Удивился мой спаситель. — Это конкретное страшилище сделал как раз человек. Мастер.

— Опять?! — Взвыла я. — Да что ж такое?! Густав не говорил, что среди нашей братии такая конкуренция! Хуже, чем в книгах Дюмы. Там хоть травили в основном…

— Нет никакой конкуренции, — задумчиво потёр подбородок Тан. — По правде говоря, впервые вижу подобное. Тебя явно хотят убить, но кто?

— Как кто?! Чёртов амулетчик, который подослал ко мне нэсклу и вселил демона в мужика!

— К сожалению, всё намного хуже, — не спешил утешать меня парень. — Тварь, которая разорвала твою охрану — это произведение совсем другого Мастера. Мастера-кукловода.

— Твою…..!!!!!!!!!! — Сердечно выругалась я. — Чтоб его…..!!!!!!

До этого момента понимание того, что мои изделия круче, чем у вражеского умельца, приятно грело душу и вселяло в неё некое спокойствие. И вот, пожалуйста! Оказывается противник-то не один!

— Тан, — вдруг почти шёпотом сказала я, как только осознала все ужасающие перспективы происходящего. — А вдруг этот, второй, превосходит меня по силе?

— Вполне возможно, — вынужденно признал он. — Есть ещё плохая новость. Мастера-кукловоды водятся только на службе у государства.

— Откуда знаешь? — Расширила глаза я.

— Умею слушать и сопоставлять факты, — махнул рукой парень. Не могу не согласиться.

— А расскажи мне о твари, которая пробудилась…

— Уверена? Это не ночной разговор, — засомневался он.

— Всё равно не уснуть…

— Что ж… называется сие создание — истинная кукла Мастера. Чтобы сделать такую, необходимо приложить очень много усилий и не только физических. Во-первых, должна быть взаимная эмоциональная связь с жертвой. Любовь или родственные узы.

Я вздрогнула, поняв, что он имеет в виду.

— То есть… — замирая от ужаса, переспросила я.

— Да. Это может быть любой член семьи, кроме тех, с кем Мастера не связывают никакие чувства. По правде говоря, даже одностороннего соблазнения мало. Чтобы получилась истинная кукла, он и сам должен любить жертву. Подробности умерщвления выбранного человека я не знаю. Но там точно проводиться какой-то жуткий ритуал. А последний шаг таков — хозяин расчленяет свою куклу на части и хоронит их за много миль друг от друга… Самое страшное начинается тогда, когда Мастер призывает своё детище. Для этого необходимо кинуть какую-то часть тела куклы возле дома неугодного человека…

— Например, волосы? — Хрипло уточнила я.

— Да. Хватит даже одного волоска. Как только процесс запущен, тело начинает соединяться. Захороненные куски оживают и ползут туда, откуда идёт зов, по возможности, избегая людных путей и солнца.

— Рука… — прошептала я.

— Точно. Потом они срастаются. Конечно, недоделанная кукла прячется где-то в тёмном месте. Пока она ещё до конца не оформилась, её легко убить. Но потом…

— Зачем было потрошить стражу?

— Кукле нужна человеческая плоть и кровь. Чем больше, тем сильнее она становится. Боюсь, стража — это только начало, — хладнокровно пояснил Тан.

— А ты можешь прогнать её также как нэсклу? — Внезапно вспомнила я.

— Возможно, — подумав, отозвался он. — Но хитрую тварь надо еще поймать. Помимо прочего, она может ползать по стенам не хуже паука.

— Тан, мне страшно, — призналась я, жалобно глядя на него. — Очень страшно. Что теперь делать?

О, да. Теперь я готова была принимать любую помощь и нравоучения. Гордыня напрочь испарилась при первом же взгляде на площадь с останками…

— Дождёмся утра. Когда в городе лютует кукла, ночью лучше не выходить за дверь. А днём она куда-нибудь спрячется.

— Но… как же люди?

— Им уже не поможешь.

— Так ведь можно обвешаться моими изделиями…

— Мы пока не знаем, какова сила кукловода и помогут ли тебе артефакты, — безжалостно рубанул Тан. — Поэтому ты сейчас ляжешь спать, а утром вызовешь Густава.

— Я не смогу уснуть! — Воскликнула я.

— Посмотри мне в глаза! — Приказал мой гость. — Сейчас. Ты. Засыпаешь.

Проснувшись утром в своей кровати, я с удивлением огляделась. Странно, даже не помню, как легла. Последним всплывал в памяти разговор с Таном, а потом пустота. Даже снов не было.

Парня я обнаружила на кухне, он опять варил кофе. Так и привыкнуть можно!

— Привет, — хотелось бы улыбнуться, но вчерашние события ярко стояли перед глазами.

— Садись, — он выдал мне кружку. — Бутерброд?

Я хотела сказать «нет», открыла рот и, глядя на Тана, уверенно заявила:

— Да.

Он кивнул и с видимым удовольствием соорудил мне внушительную конструкцию из хлеба, колбасы и огурчика. Не совсем та порция, которую можно впихнуть в себя на завтрак… так я думала, с аппетитом жуя вышеупомянутое произведение кулинарного искусства.

— Пока ты спала, я вышел в лавку и пообщался с Густавом.