Король моих мыслей - Кира Бег

Пройти на территорию Института не составило труда, что меня немало разозлило. Зачем из казны выделяем столько денег на содержание и оплату охраны Института, если они пропускают всех подряд и не могут усмотреть за одной беззащитной леди? И где, демон их раздери, стражи, что я приставил к своей девочке?!

Увы, страж нашёлся в канаве под забором, убитый подлым ударом со спины. Но, судя по двум наёмникам, что лежали рядом, он дорого отдал свою жизнь. Покойся с миром, друг.

Мы с Романом не стали задерживаться и направились прямиком туда, где я ощущал свою птичку. Лира была напугана, и я молил богов, чтобы с ней ничего не успели бы сделать.

Мы шли осторожно, обходя дорожки и тропинки стороной, стараясь не создавать шума и не привлекать внимания. Такая тактика позволила нам выловить двух преступников, неосторожно отбившихся от банды. Пощады они не получили бы ни при каких обстоятельствах. Я не могу простить тех, кто обидел мою малышку.

Остановившись чуть в стороне, я прослушал мысли всех, кто был вокруг Лиры. Выделив двух ключевых людей, я дал Роману знак, и тот подобрался к тому, кто считал себя главным.

Я же собирался заняться тем, кто действительно командовал всей шайкой и должен был «уронить» зарвавшегося «командира» в ближайшую речку, с ножом между рёбер.

Хм, а это кто тут? Влюблённый профессор, которого моя малышка взяла под свою опеку, мчится ей на помощь? Ну что же, самоотверженность и преданность моей леди заслуживают награды.

Медлить не стоит, если её несравненный профессор пострадает, Лира мне этого не простит. Я мысленно передал моей душе, что от неё требуется, дождался ответа и шевельнул ветку ближайшего куста, подавая знак Роману. Досчитав до пяти, встал в полный рост, отвлекая на себя внимание. Сердце заполошно ударилось о рёбра, когда я увидел Лиру, такую хрупкую, в окружении преступников. Им не жить.

Моя душа сделала всё, как надо. Стоит выдать премию Олриду и его ассистентке, они хорошо обучили мою девочку, хотя, конечно, практики ей не хватает. Я не ожидал, что она не просто вывернется из захвата и уйдёт на безопасное расстояние, но выбьет кинжал, достанет до болевой точки урода, что посмел приставить к ней оружие, да ещё и временно выведет из строя второго увальня, швырнув что-то тому в лицо. Ай да малышка!

Лира

Я поняла, что всё закончилось, когда Александр опустился передо мной на корточки. Как тогда, целую жизнь назад, в покосившемся домике похитителей.

«Посмотри на меня».

Я послушно подняла взгляд. Как мне показалось, бесконечно долго он смотрел мне в глаза. Больше всего мне хотелось кинуться ему на шею и расплакаться, ощутить его сильные руки на своей спине, почувствовать себя в безопасности, но что-то удерживало меня от такого шага.

А потом всё исчезло, словно кто-то снял камни с моих плеч и запер начинающуюся истерику в дальний угол. Я себя чувствовала так же, как и утром, когда мы с Ириной гуляли по дорожкам парка.

«Щит?» – поинтересовалась я.

«Блок. Со временем он истончится, и его нужно будет обновить. Зато для тебя это происшествие не будет иметь никаких последствий».

«Спасибо. А моё похищение в том году…».

«Тоже закрыто блоком. Прости, времени нет. Побудь пока с преподавателями и ученицами, хорошо? Будь на виду, никуда не ходи одна. Я с тобой свяжусь».

Александр поднялся и протянул мне руку. Вместе с ним я вышла из своего укрытия, и первое, что увидела – Эрик, баюкающий раненную руку. Преступники лежали на земле, и Роман, коротко мне кивнув, продолжил связывать одного из них его же ремнём. Я поспешно отвела взгляд, стараясь не смотреть на пятна крови на одежде преступников. Мертвы? Без сознания? Не думаю, что мне действительно нужно это знать.

– Профессор, благодарю за помощь. Будьте любезны, проводите леди к лекарям, у неё рана на боку. И попросите прийти сюда профессора Олрида с помощницей.

«Это просто царапина,» – возразила я.

«Любая царапина нуждается в обработке. И потом, кто проводит самого профессора?».

Эрик нахмурился и с тревогой посмотрел мне в лицо, но я слабо ему улыбнулась, показывая, что в порядке. Он подошёл и предложил опереться на его локоть, но я отказалась от помощи.

Мы с профессором направились в основной корпус. К этому времени все леди и приехавшие кадеты уже ушли в бальную залу, и мы никого не напугали своим потрёпанным видом.

У входа в корпус, заламывая руки, нас ждала Ирина. Охнув, она подбежала и взяла меня под руку. От её поддержки я не стала отказываться.

Нас не стали ни о чём спрашивать. Лекарь увёл Эрика в соседнюю комнату, а меня его супруга проводила за ширму, и, пока она ходила за бинтом и заживляющей мазью, Ирина осторожно помогла мне раздеться, стараясь не потревожить рану. Бок саднил, на испорченном платье расплылось кровавое пятно. Кажется, меня оцарапали сильнее, чем я считала.

Леди лекарь, осмотрев порез, заверила, что от него не останется даже шрама, если я буду соблюдать все предписания. Обработав рану, она наказала мне до вечера никуда не ходить, несколько дней не посещать тренировки и не поднимать тяжёлое, даже сумку с тетрадями. Просто для того, чтобы края пореза правильно срослись.

Служанка принесла новое платье, и я отпросилась в свою комнату. Меня отпустили, попросив быть осторожной. Артемий уже ждал меня в коридоре. Кивнув, он неспешной тенью проследовал рядом.

Вероятно, что-то отразилось на моём лице, так как Артемий, покосившись на Ирину, тихо пояснил, что охрана усилена, и кто-нибудь постоянно будет рядом, а остальные станут наблюдать издалека. Я чуть улыбнулась, благодаря за пояснения.

Когда мы спускались по лестнице, ведущей к центральному холлу и выходу из главного корпуса, нос к носу столкнулись с Анникой. И если мы с Ириной просто остановились, пропуская спешащую куда-то ученицу, то Анника остолбенела, а после отшатнулась от меня, словно увидела призрака. Краска вмиг сошла с лица, и Анника стала белее мела.

– Анника, ты так и будешь стоять или позволишь пройти? – с лёгкой насмешкой поинтересовалась Ирина.

– А вы смотрите лучше, куда идёте! Чуть не сбили с ног! – возмутилась Анника, всё же отходя к перилам и давая нам дорогу. Я попыталась заглянуть в мысли ученицы и едва не охнула – там были привычные рассуждения о занятиях и невыполненном домашнем задании, злость на меня, но ни намёка на причину её удивления и страха, ни тени раздражения тем, что ей пришлось посторониться. Так не должно было быть.

В голове сложилась мозаика. Профессор Джозеф говорил, что в знатных родах порой появляется Дар у детей, но с возрастом пропадает. Лишь в результате тренировок и регулярных занятий немногим из них удаётся сохранить крохи способностей.

Вспомнился неизвестный, подслушивавший у кабинета леди ректора, которого так и не удалось поймать. Этот человек держал очень сильные щиты, и, если верить словам профессора Джозефа, то это должно быть единственной доступной частью Дара, но, возможно, тот человек смог бы ставить щиты и другим.