Эрсус. Преддверие - Вел Павлов

Масти уже почти пришла в себя, и оглянулась на вход в таверну, и стоило ей завидеть троицу входящих молодых людей, глаза ее расширились и та резко выпала в осадок мигом мрачнея.

Весписа также посмотрела на вход и заприметила входящих, бест, серый эльф и человек.

«Хм, странная компашка, — мелькнули мысли у весписы, разглядывая их внешний вид. — Аристократы»?

— Масти? Ты их знаешь? — затрясла её по плечу Ильси, завидев изменения в подруге.

Но тут и сама троица заметила двух женщин, и перепуганную Масти. Бест, удивленно приподнял брови, а после издевательски улыбнулся. И резво растолкав своих товарищей, показал на них нагло рукой, и шустро приблизился к столу, гогоча и довольно взирая на баронессу.

— Ха-ха, кого я вижу! Мастина Раудона, огненная баронесса собственной персоной, великая испепелительница королевского ублюдка! Рад тебя видеть! — хохотнул довольно он, а его дружки весело хрюкнули.

— Что ты здесь забыл, Инбат? — мрачно отозвалась она, разглядывая шатена. — И вы тоже с ним, Лугайд, Санрит, — обратилась она к веселящейся парочке.

Те лишь злорадно кивнули.

— Ну, как же! Скоро здесь будет не протолкнуться от приезжих, ведь скоро начнется Трущобная Резня, грех такое пропустить. А мы с отцом все гадали, куда твоя шлюха мамаша тебя спрятала, вот значит куда, — оскалился довольно Инбат, под дружный хохот дружков.

— Ни слова, о моей матери, Инбат! Ты даже мизинца на её ноге не стоишь, — рыкнула баронесса, начиная закипать, и еле сдерживая себя в руках.

— Да ладно? Хватит, Масти! Всем известно, что твоя мамаша переспала со всей верхушкой Иннэрии. Отец рассказывал, что и он её пару раз трахнул. Женщина она безотказная, слаба на передок, что поделать? Может быть, и я когда-нибудь твою мамашу опробую, раз ты мне отказываешь, — засмеялась вся троица разом.

— Пасть захлопни, выродок, пока цел! — расслабленно отозвалась Ильси. — Еще хоть пара слов, и несколько таких выражений, и тебя будут соскребать с мостовой.

Для огненной баронессы, у которой уже воспламенились руки, и та уже готова была действовать со сформированным заклинанием, слова весписы, вновь подействовали отрезвляюще.

— А ты еще кто такая? Подруга этой потаскухи? Ты хоть понимаешь, с кем сейчас говоришь? — ворвался в разговор Лугайд, серый эльф.

— Да, я говорю с без пяти минут покойниками, — с улыбкой протянула весписа.

— Ты тхурова тварь! — выдал он. — Мы благородные аристократы из королевства Иннэрия, а ты обычная весписа, смеешь нам угрожать? Жить надоело? — рявкнул он.

— Так и валите обратно! Здесь Свободные Земли, а не ваша Иннэрия. Здесь свои законы! — отрубила Ильси, приводя всю троицу в еще большее бешенство.

— Хорошо, очень хорошо, Мастина! Ты нашла весьма хорошую защитницу! — проговорил зло Инбат. — Стоит мне шепнуть отцу, и все узнают, где ты находишься, включая короля. И тогда тебя не спасет даже твоя проститутка мамаша! Но если ты и твоя подруга хорошо нас вечером обслужите, — мерзко улыбнулась он, с похотью в голосе. — То какое-то время, мы даже помолчим, пару деньков, возможно, а далее вам придеться продолжать, — и вновь взрыв хохота. — А если со своей подругой станете нашими рабынями, я даже подумаю вступиться за тебя. — Как тебе такая идея?

— Инбат, ты действительно напрашиваешься на неприятности и будущую смерть, — зло шипела магиня.

Баронесса уже полностью вышла из себя, но в душе понимала, что уже ничего не изменить, она попалась, слишком опрометчиво она себя вела. И теперь многие узнают, где она скрывается, и вновь лишние хлопоты для её матери, но даже она не всесильна.

А на все возгласы толпы уже многие в таверне стали с интересом оглядываться, в предвкушение продолжения, и только стоящий у стойки хозяин таверны, недовольно хмурился, о чем-то подозревая, то и дело бросал на них мрачные взгляды.

— Поздравляю! Теперь ты точно не жилец! — объявила весело Ильси.

— Да? И кто же прервет его жизнь, ты? Боюсь, что с тремя боевыми магами ты не справишься. Но думаю, что ты весьма хороша в постели, — весело заржал Санрит.

— Надо же, хорошая шутка! Культурная столица, сука! — сзади отозвался холодный, но спокойный голос. — Произнеси её еще раз, вместе посмеемся.

Обернувшись, троица увидела подходящего к ним высокого и черноволосого молодого человека, расслабленно ухмыляющегося, в окружении двух лаэс обворожительной красоты. Стоило подойти девушкам ближе, как трое разумных просто взглядом стали пожирать обеих сестер.

— Кто ты, незнакомец? И какое отношение имеешь к нашему разговору? — первый опомнился Инбат, оторвав взгляд от Ристы.

— Думаю, что самое прямое! — отозвался парень.

Прошествовал к двум девушкам, грубо растолкав троицу и аккуратно с долей нежности каждую поцеловал. На баронессе остановился лишь чуть подольше.

— Ни на минуту вас не оставишь, красавицы! Всех мужиков собрали по округе, — довольно улыбнулся парень, игнорируя всех присутствующих. — Масти, Ильси, дорогие мои, что за идиоты к вам пристали?

— Не знаю, милый, — первой отозвалась Ильси. — Но догадываюсь что это «друзья» Масти из Иннэрии, — сдала она сразу подругу. — Слышал бы ты, что они говорили о ней и её маме, — их весписа тоже быстро сдала, будто жалуясь мужчине.

— «Друзья»? — протянул мужчина. — Да я всё слышал.

А баронесса резко встрепенулась, с ужасом в глазах смотря на парня. Тот лишь покивал, и весело её подмигнул.

— Почему сразу не сказала, что сожгла сынка короля? Делов-то! — обыденно произнес он. — Расскажи ты всё мне, я сам бы все сделал. Я ведь уже говорил, твои проблемы мы решим.

— Прости меня еще раз, я больше так не буду, клянусь тебе! Я испугалась, — сглатывая горький ком, вещала магиня.

— Только без слез, — с улыбкой предупредил ее мужчина.

И баронесса наконец-то смогла расслабиться, и переложить тяжкий груз ответственности и своих проблем на любимого человека. Она сразу же прижалась к мужчине, страстно целуя, и всех игнорируя, чуть не заливаясь слезами, но теперь-то она поняла.

«Слава Богам, я нашла того, кого долго искала, и кто бы мог подумать, что это будет Иномирец, такова судьба! — такие были мысли у баронессы».

* * *

— Ха-ха-ха! Куда дочь туда и мать, что одна старая шлюха прыгает на всех, что другая скачет по мужикам, — загоготал серолицый, на всю таверну, привлекая и без того много внимания.

А я не обратил на троицу баранов никакого внимания, уделяя время Масти.

— Ладно, будем считать, что я тебя простил, — прижал я её к себе. — Но это в последний раз, чтобы более, подобного не было.

— Поверь, больше такого не повториться, я буду оповещать тебя обо всем сразу! — счастливо улыбнулась магиня.

— Твой друг слишком крикливый, в кого он такой? Твои бывшие ухажеры, которым ты дала отворот-поворот? Или еще кто-то? — спросил я у нее.