Невеста снежного лорда - Виктория Миш

«Счастье в свободе, а свобода в смелости».

Перикл

Из темно-синего марева на заснеженную мостовую шагнул Эддингтон с широким мечом в руке.

Его лицо было сосредоточенно, а губы сложены в упрямую полоску.

Вокруг меня в одну секунду образовался ледяной кокон, усеянный острыми шипами вовне. Защита.

Солдат отпрянул, поразившись этому вмешательству Но взглянул на мой кокон, выругался и тут же метнулся на появившегося противника, целясь мечом в сердце.

Я замерла. Почему блондин не реагирует и не встает в боевую стойку? Свободной рукой Эддингтон складывал по-особенному пальцы, пару раз что-то шепнул неразборчивое. Пространство над нашими головами накрылось едва заметным куполом и замерцало.

Меч был в метре от блондина, когда тот ловко парировал удар. Потом нанес свой, и солдат едва успел отпрыгнуть. Их поединок длился от силы минуты три, потому что кроме обычных ударов Эддингтон использовал снежную магию. С мостовой поднялись снежные путы, охватившие ноги солдата белоснежными лентами. Они захватили в плен и застыли, превратившись в ледяные подпорки. Пара лент опустилась на голову, заткнула рот, собирающийся то ли выкрикнуть проклятия, то ли проговорить заклинание.

Мужчина замер.

— Отступник! — с презрением бросил Эддингтон и обернулся ко мне. Кокон, так уютно согревший, истаял. — Ты ранена? Он ничего не успел сделать с тобой?

Я вытаращилась на блондина и не находила слов.

Он меня спас. Спас из рук бандитов, притворяющихся королевскими солдатами.

Меч исчез, блондин в одну секунду пересек разделявшее нас пространство, опустил руки на плечи. Встряхнул. Голубые глаза с тревогой рассматривали мое лицо.

А на меня запоздало накатила паника. Внезапно я поняла, что была на одном волоске от гибели. Просто чудом уцелела.

…Он говорил что-то про кровь.

— Им нужна моя кровь! — помертвевшими губами произнесла я.

Блондин нахмурился и вдруг посмотрел на мои губы. Наверное, совсем синие.

Только благодаря тому, что сюда каким-то чудом перенесся Эддингтон, я жива и меня не украли.

Меня не украли. Теперь всё будет хорошо. Наверное…

— Не следовало одной выходить из академии! — с укором сказал блондин и зачем-то наклонился ближе.

Завороженно я глядела в его бездонные глаза и таяла. Он пришел. Спас. И… собирается поцеловать меня?

Или это от испуга в мой измученный мозг просачиваются глупые мысли?

Купол над нашими головами исчез. Эддингтон рассматривал меня так пытливо, будто читал что-то ему одному доступное. Что-то таинственное и важное, скрывающееся под моей кожей, в самой мне.

— Она не одна, декан Эддингтон!

Декан отодвинулся, перевел взгляд на проявившееся очертание дома.

Из переулка вышел запыхавшийся боевик. Без меча. Он ступал тяжело и придерживал странно висящую правую руку.

— На нас напали. Троих я оставил отдыхать в проулке, — спокойно сказал Лёкс.

Я не ожидала, что Эддингтон отнесется к этому заявлению так легко. Разве не должен был он хотя бы удивиться?!

— Зачет по охране объекта получаешь автоматом, — сказал Эддингтон и сощурился, — а бой с мечом на ближнем расстоянии придется пересдать.

— Их было трое! Против одного! — возмутилась я.

Какой же он черствый! Лёкс старался изо всех сил, блокировал троих нападавших. Если бы не он, меня давно перенесли бы в неизвестном направлении и, возможно, убили.

— Слышал, мечтаешь об особой королевской службе? — невозмутимо продолжил Эддингтон. Его даже не смущало, что Лёкс истекает кровью. Дождавшись кивка парня, он добавил: — Тогда подтяни ближний бой. На испытаниях будет пять человек.

Истекает кровью!

Я пошатнулась.

С детства боюсь крови! Мне от одного вида ее становится дурно.

Лёкса ранили. Причем сильно. Когда я увидела красную дорожку, бегущую за ним следом, пошатнулась. Инстинктивно вцепилась за рукав Эддингтона и зажала ладонью рот.

— Дриады всегда так реагируют на насилие, — негромко сказал Эддингтон и положил руку мне на талию, подтягивая к своему боку. Так стоялось устойчивее, и мне было всё равно, как это выглядело со стороны. Главное, что не грохнусь в обморок и не сползу на мостовую! — Я вызвал патруль. Придется подождать, пока они прибудут.

Патруль прибыл минут через десять. За это время Эддингтон связал снежными путами оставшихся врагов, чтобы не убежали. Подтащил их к мостовой, сложил рядом с главарем и занялся Лёксом: остановил кровь, наложил повязку на руку, разорвав плащ боевика. Лёкс заботу принимал с несчастными видом, и не было понятно, что больше его нервирует — то, что он ранен, или эта вынужденная забота.

Когда на улице прямо из воздуха появилось двое мужчин в военной форме, мы с Лёксом вздохнули с облегчением. Мне хотелось поскорее оказаться дома и подумать над выпавшей судьбинушкой в спокойной обстановке, Лёксу всё же требовалась профессиональная медицинская помощь.

— Показания дам я сам через час, — Эддингтон показал какое-то удостоверение, и стражи порядка отпустили нас.

В больничный кабинет академии мы перенеслись втроем. Дежурившая медсестра очень удивилась, увидев среди нас декана боевиков, а когда из-за его спины рассмотрела привалившегося к стене Лёкса, тут же вызвала дежурного знахаря.

Лёкса уволокли в палату, пообещав залатать к завтрашнему празднику.

Мы с Эддингтоном остались одни.

Блондин взглянул на меня, едва ощутимо поморщился и кивнул на выход в коридор.

«Странно, что не перенес порталом», — подумала я, но пошла следом.

Мы вышли в узкий коридор, а потом молча спустились по лестнице на первый этаж. Очутились в холле административного здания.

Перед тем как открыть огромную деревянную дверь, блондин вдруг спросил:

— Значит, встречаешься с Зермским?

— Нет.

К таким вопросам я не оказалась готова. Впрочем, и объяснять, как всё было на самом деле, тоже не хотелось. Я чувствовала себя изможденной и слабой, и больше всего на свете мечтала оказаться в общежитии, в теплой постели.

— Тогда что ты с ним делала в городе в пятницу вечером? Разве не ходила на свидание?