Мое мерзкое высочество - Александра Питкевич

— Ты же понимаешь, что Олив, наша Красная злючка, становится все более весомой фигурой в политической игре? — герцог еще не спал, а был занят бумагами, так что меня проводили в его кабинет, как только получили позволение от принца.

— Тем более, не стоит отдавать ее тому, кто может воспользоваться девушкой в своих корыстных целях, — весьма запальчиво произнес я, все еще злясь на самого себя за такой неудачный разговор с Олив.

— А ты? — герцог поднял голову от документов, внимательно окинув меня с ног до головы колким взглядом. — Разве ты не станешь использовать ее так, как тебе захочется?

— Мне кажется, я уже достаточно продемонстрировал свою верность короне. Тем боле, тут есть момент, который невозможно игнорировать.

— Если ты о том, что уже побывал в постели нашей грозной барышни — поверь, при большом желании, можно сделать вид, что этого и не было. Или и вовсе, представить все так, словно корона не только в курсе, но еще и была заинтересована в подобном. Прецеденты были.

Несколько удивленный осведомленностью Великого Герцога, я откинулся на спинку стула, не зная, как реагировать теперь. Потребовалось несколько минут, чтобы взять себя руки.

— Вообще-то, я не это имел ввиду, хотя и не предполагаю, откуда вам известны столь пикантные подробности, — я замолчал ожидая, что скажет Назарат. Пребывая явно в благодушном настроении, герцог улыбнулся.

— Кьелатта была здесь совсем недавно. У нас состоялся весьма обстоятельный разговор, содержание которого тебе может быть интересно, — я продолжал молчать, рассудив, что все, что должно быть сказано, так или иначе, прозвучит в этом кабинете. Чуть улыбнувшись, словно прочтя мои мысли, герцог продолжил. — Моя мудрая и весьма сердечная сестрица настаивала на том, что ты вполне можешь стать подходящей кандидатурой на роль супруга нашей Олив.

Я выдохнул с облегчением, словно дело было уже решенным, но герцог предостерегающе поднял руку.

— Не торопись, Сальватор. Ол не согласится просто так. У моего венценосного племянника имеются свои мысли на этот счет. И поверь, тебя в его планах нет.

Порывисто встав с кресла, я прошелся по кабинету герцога. Помещение было весьма сдержано в украшениях, но стоило присмотреться, как становилось понятно, что каждая деталь, каждый предмет здесь находится на своем, тщательно выверенном месте. Все, начиная от чернильницы из дорого камня и заканчивая подушками на диванчиках у стен — все было наивысшего качества и идеально подобранно ко всем остальным элементам интерьера.

— Почему конунг против?

— Олу нужен кто-то, кто не представляет собой реальной власти. Тот, кто не станет создавать сложностей для короны.

— Тень Мадиса Херрета нависла над всеми нами, — не сдержав иронии, пробормотал я. Немного помолчав, все же повернулся к герцогу. — Но разве иметь в этом регионе шпиона, такого как я, не выгодно?

— В качестве шпиона, как мы знаем, вполне. Но не в качестве мужа принцессы, — пожал плечами Назарат.

Порывшись в бумагах, разложенных на столе, Великий Герцог вытянул один из документов, бегло просмотрев содержимое.

— Если бы вопрос не планировалось решить так быстро, я бы предложил тебе еще поработать на благо короны, укрепить свои позиции. Но времени на это нет совсем. Ол, кажется, всерьез решил отправить девушку обратно уже замужней дамой.

В голове что-то щелкнуло. Время. Единственное, что мешало мне добиться желаемого — это время.

— Если я решу этот вопрос, вы сможете продвинуть мою кандидатуру в списке женихов для ее высочества? — оперевшись обеими руками на резной стол, напряженно спросил я. Мне нужно было быть уверенным, что риски стоят приза.

— Для начала, я думаю, что через пару недель смог бы внести твое имя в списки. Будь у нас эта пара недель. И если это на самом деле твоя просьба, — Назарат смотрел внимательно, чуть сощурив глаза и иронично вскинув косматую бровь.

Сообразив, что к чему, я отступил на шаг, пытаясь справиться с волнением. Этот долг висел между нами несколько лет, и, кажется, пришла пора его закрыть.

— Я, Сальватор ди Кламеро князь Сафье, прошу помощи у Вашего высочества, Великого Герцога Назарата, старшего из ныне живущих принцев Сайгоры. Прошу Вас поспособствовать внесению моего имени в список женихов принцессы Олив, — видя что Назарат открывает рот, чтобы ответить, я быстрее добавил, опасаясь, что могу не успеть. — И помочь в продвижении в этом списке.

Герцог улыбнулся, чуть качнув головой, и я почувствовал себя совсем мальчишкой.

— Я, Великий Герцог Назарат, принимаю твою просьбу. И обещаю поспособствовать ее исполнению в благодарность за то, что когда-то тобой было возвращено тело моего убитого сына.

Герцог протянул мне ладонь, унизанную кольцами, и я с некоторой опаской ответил на рукопожатие. Камень в одном из перстней ярко вспыхнул, и руку укололо, словно я поймал электрического угря. Дернувшись, я попытался выдернуть руку, но в пальцах герцога было еще достаточно сил, чтобы удержать.

Только по прошествии нескольких долгих секунд Назарат наконец отпустил мою ладонь, медленно вернувшись в кресло, словно ничего и не произошло. Я же с невериям и злостью смотрел на небольшой укол на ладони, пытаясь угадать, чем мне это грозит. Словно прочтя мыли, герцог повертел кольца на руках, удовлетворенно хмыкнув.

— Я, и правда, помогу тебе. И не только потому, что должен. — Мужчина постучал указательным пальцем по светлому камню на другой руке, привлекая мое внимание. — Помогу еще и из-за этого. Не знаю уж, насколько ты влюблен в эту барышню, но у тебя на удивление мало темных мыслей, Сальватор. А это достойно моей помощи. Иди, выиграй нам время. А я уж постараюсь что-нибудь придумать здесь.

Склонив голову перед этим человеком, одаренным не только умом, но и честностью, я стремительно покинул павильон принца. Нужно было поторопиться.

* * *

Я не знала гонца в лицо, но бумага была настоящей, как и подпись дедушки Таши внизу. Несколько кривоватый почерк старосты и короткие фразы из простых слов, все это заставляло поверить.

Сжав послание в кулак, я подняла взгляд на гонца. Проведя в столице всего несколько дней, я все никак не думала, что меня ожидают такие новости. Впрочем, если учитывать еще и дорогу сюда, торопиться куда-то было уже поздно.

— Сколько домов сгорело?