Метро 2033. Право на жизнь - Денис Шабалов

Пулеметы в ДЗОТах уже работали вовсю, выдергивая из цепи то одного, то другого куропата. Пули, впиваясь в жесткий мышечный корсет, иногда вязли в нем, но чаще с чавканьем рвали куски плоти и выбивали фонтанчики крови, и казалось, что по телам мутантов барабанит падающий с неба кровавый дождь. Справа вдруг грохнула короткая очередь – по набегающей орде открыл огонь Леха. Ударило еще раз, и один из куропатов, прямо напротив, вдруг пошатнулся, заковылял. Шрек, кажется, бил по ногам и эта тактика принесла свои результаты – следующая очередь разбила, наконец, сустав на ноге и мутант, споткнувшись, упал. Данил, воспользовавшись этим, тремя выстрелами сократил численность саблезубов еще на два. Четвертая пуля ушла мимо цели, но из-за высокой скученности зря не пропала, пробив навылет голову одного карлика и ранив в плечо другого. Куропат, подраненный Лехой, тем временем, визжа от боли, попытался подняться, но с угла, от ДЗОТов, дробя лобовую кость, хлестнула очередь из автоматической пушки и чудовище, ткнувшись в землю, замерло.

– А огнеметов у вас нет?! – заорал вдруг Сашка сквозь грохот очередей, адресуя, вероятно, вопрос Зубу.

– Нет! – крикнул тот в ответ. – Хотели взять, да не продают!

– Жаль! Веселей бы дело пошло! С огоньком!

Парнишка коротко хохотнул, продемонстрировав крепкие белые зубы, и вновь сосредоточился на стрельбе.

За короткие мгновения, прошедшие с начала боя, орда приблизились на половину расстояния и находились уже метрах в трехстах от частокола. Пулеметы работали теперь длинными очередями, не щадя стволы, и каждая пуля находила себе цель. Цепь куропатов слегка поредела, но основная масса все еще двигалась вперед. Они могли бы развить скорость втрое большую и достичь частокола за считанные секунды, но словно какая-то невидимая сила удерживала их, не давая рассыпаться цепи. Видимо, в этом и было их предназначение – принять на себя шквал свинца на дальних подступах и не дать защитникам расстрелять морщинистых карликов и саблезубов, которые, похоже, и были основной ударной массой этого адского легиона. Они не могли быстро перемещаться на своих коротеньких ножках, и не будь куропатов, их выкосили бы еще в первые минуты боя.

Данил, завалив очередного саблезуба пулей в лоб, смерил стремительно уменьшающееся расстояние до накатывающей орды и рванул ремешок подсумка, вытаскивая термобарический боеприпас. Сунул в подствольник и, тщательно прицелившись, нажал на спуск. Граната ушла вперед, и в самой гуще, выжигая все вокруг, вспух тугой огненный бутон. Звук объемного взрыва ударил по ушам, но еще сильнее был радостный рев обороняющихся. Результат и впрямь был отменный – десятки морщинистых карликов и несколько тел саблезубов так и остались, черные и дымящиеся, лежать на поле. Работать винтовкой с такого расстояния уже не имело смысла – гранат оставалось с гулькин хрен, они еще пригодятся, а очередями из ВСС палить – удовольствие дорогое. И потому, Данил, забросив «винторез» за спину, метнулся к пулемету Шрека.

Леха, рыча в упоении, косил мутантов, как Чапай белогвардейцев. Даже такая махина, как КПВ, в его мощных здоровенных лапищах казалась ничего не весящей игрушкой. Данил подхватил стоящий рядом «Печенег», хлопнул Леху по плечу, показывая пулемет, и бегом вернулся на свое место. Установил на сошках, прицелился и дал первую очередь.

До сего момента иметь дело с пулеметами ему практически не приходилось – Добрынин считал их слишком громоздкими и для вылазок на местность непригодными, хотя физическая подготовка позволяла нести на себе не только сам пулемет, но и хороший боезапас для него. Да только секрет выживания в условиях поверхности не в том, чтобы, двигаясь вперед, как машина смерти, косить набегающие полчища, а в том, чтобы работать тихо и по возможности скрытно, не привлекая внимания. А при работе в таком ключе пулемет без надобности, куда полезнее бесшумное оружие. Но теперь, в условиях оборонительного боя, огневая мощь «Печенега» пришлась как нельзя кстати. Тремя короткими очередями, стараясь не перегреть ствол чужого оружия, Данил скосил семерых карликов и двух саблезубов. Повернул пулемет и всадил длинную очередь в ковыляющего куропата, следуя тактике Шрека. Нога мутанта подломилась, он упал, и его тут же добили из ДЗОТов.

– Леха, молодцом! Еще одно уязвимое место нашел! Как мы раньше не доперли! – радостно заорал Добрынин, целясь в следующего.

Чудовища подошли уже практически вплотную к засеке, и тут в дело вступили ружья. Дружный залп картечью куропатам не повредил, но вот карликам и саблезубам досталось изрядно: изодранные тела падали на землю и тут же безжалостно топтались своими же.

Глядя на приближающуюся орду, Данил с каким-то отстраненным интересом думал, как же все-таки чудовища собираются преодолевать засечную черту? Десятиметровая полоса спутанных, заостренных кольев и веток, обращенных острыми своими жалами к набегающей орде, была серьезным препятствием даже для многотонных туш куропатов. И то, что он увидел, – не лезло ни в какие рамки…

Куропаты здесь были просто пушечным мясом. Жертвой, расходным материалом. Не снижая скорости, они таранили засеку и, визжа от боли в израненных, изорванных телах, продолжали переть вперед, расчищая дорогу тиграм и карликам. Колья и ветви ломались под махинами их туш, обломки оставались в телах, многие из куропатов в мгновение ока стали похожи на дикобразов, но они сделали свое дело. Засечная черта, казавшаяся непреодолимой преградой, была разорвана в мгновение ока.

Мутанты подошли под частокол.

Карлики оказались великолепными верхолазами – мгновение, и в бойницу сунулась злобная ощеренная харя. Добрынин, никак этого не ожидавший, дернулся назад, судорожно нажимая пальцем на спуск. «Печенег» коротко рявкнул, и существо с пробитой навылет башкой улетело вниз. На его месте тут же возникло следующее, а сверху, через гребень, путаясь в колючке и вереща от боли и ярости, уже лезла целая свора морщинистой нечисти.

Данил отскочил от бойницы, отбрасывая пулемет и дергая лопатку, собираясь встретить нападающих врукопашку, но те не стали задерживаться на верхушке частокола, а демонстрируя чудеса прыгучести, минуя верхнюю площадку, посыпались прямо вниз, в поселок.

– Периметр прорван! – тут же заорал от своей бойницы Зуб. – Поддержку!

– Первое отделение – вниз! – раздался в наушнике четкий приказ майора. – Зачистка! Внутри периметра не стрелять – своих переколбасим! Остальные – внимание на колючку! Башка появится – сшибайте!

– Отделение – делай, как я! – подчиняясь приказу, скомандовал Данил и сиганул вниз, благо высота позволяла.

Селяне, видимо, не в первый раз отражали заброс серого десанта. Разбежаться по прилегающей территории карликам не дали. К этой части частокола выходила всего одна хоть и широкая улица, на которой с лопатами и вилами наперевес, уже стоял заградотряд. И едва лишь за частокол начали прыгать первые мутанты, селяне пошли врукопашную.

И началась бойня.

Несмотря на небольшие размеры – чуть выше пояса взрослому человеку, – карлики обладали недюжинной физической силой. К тому же сказалось и их численное превосходство, и к моменту, когда Данил сотоварищи вступил в бой, заградотряд уже был оттеснен в глубь улицы, а на земле вперемешку с телами мутантов лежало несколько человеческих тел.