Бой вечен - Александр Афанасьев

Вернувшись в Италию не совсем обычным способом – на борту русского транспортного самолета с авианосца – Крис сбросила в безопасное место немногие имеющиеся у нее материалы и вернулась к работе.

Каким образом ведется журналистское расследование? Чаще всего это происходит так: сначала ты приходишь к человеку, который тебя интересует, и берешь у него интервью. В нем ты задаешь этому человеку вопросы, которые тебя интересуют, и позволяешь ему лгать в ответе на них. Дальше ты узнаешь правду, возвращаешься и берешь второе интервью, где уличаешь собеседника во лжи. И смотришь, что потом будет…

Первым делом она навестила инвестигейторов, которых нашла в Интернете. Из досье, которое ей передали, она выделила несколько ключевых фигур, часть из которых она должна была отработать сама, а часть – можно было поручить инвестигейторам.

Инвестигейторы были не полицейскими. Это были журналисты, точнее, даже фрилансеры не совсем солидных изданий, работающие по краткосрочным контрактам, а также оказывающие услуги по поиску всякой грязи для заинтересованных лиц папарацци, вот как это называлось. Чтобы немного обезопасить себя – они создали что-то вроде Центра журналистских расследований, в который и обратилась приехавшая в Рим британская журналистка. Можно было обратиться к бывшим полицейским и карабинерам, которые тоже держали детективные агентства и занимались в основном поиском доказательств для развода и охраной – но Крис не стала к ним обращаться, просто чувствуя себя проще со своими собратьями-журналистами.

Узнав, о ком идет речь, инвестигейторы поцокали языками и назвали совершенно немыслимую, как минимум в два раза выше обычной цену. И ни в коем случае не хотели снижать ее. Крис поторговалась – но все же заплатила. Лежащие у нее в кармане деньги, полученные за небольшое приключение в Каире – придавали ей некоей уверенности.

Барон Карло Полетти был «гражданином вне всяких подозрений», такое могло быть только в Италии, стране, где производитель спортивных машин Энцо Феррари известен всей стране под прозвищем «Коммендаторе», а доктор Джанни Аньели, крупнейший промышленный магнат – как «Профессоре». Италия, возможно, была единственной крупной, имперской страной в мире, где человек все еще представлял собой что-то, отличное от записи в списке избирателей или от индивидуального номера налогоплательщика. В Италии главным в игре и жизни были люди, со всеми их достоинствами, недостатками и характером, в то время как в других странах уже давно – главной была система.

И барон Карло Полетти, глава Банка ди Рома, выведший банк с тридцатого на второе место в списке крупнейших банков Европы был человеком, за которым нельзя было просто так взять и начать следить.

Сегодня британская журналистка – инвестигейтор – стояла перед небольшим зданием в деловом центре Рима у моста Сантанджело и терпеливо ждала, пока истечет тридцать минут, которые она взяла себе в резерв с учетом пробок, чтобы гарантированно появиться вовремя. К таким людям, как барон Карло Полетти, приходят вовремя, минута в минуту…

Собственно говоря, барон уже не был таким занятым человеком, ибо в прошлом году его статус изменился. Если ранее он был президентом Банка ди Рома, то сейчас – он был Председателем Совета директоров этого же банка. Крис, как уроженка Лондона, хорошо разбиралась в таких перемещениях – это означало, что человека не могли отправить в отставку, даже почетную[112]– но оперативное управление банком передано другому человеку. Тот факт, что барон назначил встречу именно здесь – говорило о том, что в Банка ди Рома есть какие-то проблемы. Иначе бы – он большую часть времени проводил в здании банка, а не здесь.

Ровно без пяти двенадцать Крис толкнула старомодную, тяжелую дверь и оказалась в здании…

– Простите, синьора? Вам назначено?

Несмотря на то что на первый взгляд у здания не было никакой охраны, ее моментально взяли в оборот, у самой двери. Внизу был небольшой холл и, что самое удивительное, не было никакой лестницы. Во всех зданиях, тем более тех, которые «под старину», лестница является центральным элементом интерьера – а тут ее не было. Зато внизу были очень внимательные, рослые люди с одинаковыми короткими стрижками и едва заметными, телесного цвета проводами, уходящими под пиджак. В Италии было неспокойно до сих пор, и считалось нормальным, когда богатые люди заботились о своей безопасности – но Крис моментально оценила количество и класс охранников и решила, что даже для бывшего президента крупнейшего банка Италии это уж слишком…

– Кристина Уоррен. Великобритания.

Она сознательно не стала называть ни профессию, ни издание, на которое она работала.

– У вас есть визитная карточка?

– Да, вот…

– Одну минутку…

Визитная карточка была мгновенно просканирована в каком-то аппарате.

– Да… вам назначено, мадам. Прошу за мной…

В сопровождении охранника она прошла в глубь здания – там оказались лифты. Два лифта, один напротив другого – а вот лестницы видно не было. Крис не была специалистом по безопасности и не знала, что так иногда строят. Здание с повышенной степенью защиты, достаточно со второго этажа отрубить питание на лифтах и пробиться наверх можно будет лишь с помощью взрывчатки.

На втором этаже была только большая приемная, лифт вел сразу в саму приемную. Отделана в старомодном стиле семидесятых, никакого «металл и стекло», только дерево и кожа. Из приемной, которая здесь выглядела, как холл, вели сразу несколько дверей, но ни на одной из них не было таблички, извещающей о том, кто является хозяином того или иного кабинета…

Она уже хотела загадать, какой именно кабинет – была такая примета на счастье, угадаешь или нет – как вдруг открылась дверь, и из одного из кабинетов вышла женщина. Молодая, но в то же время не двадцатилетняя, ближе к тридцати. Волосы цвета воронова крыла, голубые глаза, но при этом совершенно не похожа на итальянку. У итальянок обычно пышные формы, волосы кудряшками и курносый нос – а эта женщина была похожа… разве что на скандинавку. Совершенная красота, настолько совершенная, что боязно даже прикоснуться.

На женщине были дизайнерские джинсы, какого-то странного вида безрукавка и туфли на высоченном каблуке. Совершенный китч – но на ней это все смотрелось на удивление гармонично.

Не обратив на них ни малейшего внимания – женщина прошла за ширму, скрывавшую один из углов кабинета. Очевидно, там все-таки была лестница, а может быть, еще один лифт.

Охранник провел Кристину к тому же кабинету, из которого вышла эта женщина.

Дочь? Любовница? Жена? Падчерица, как это принято у богатых людей Италии?