Сотерис - Дмитрий Таланов

— Мы называем ее Внешней Границей, — услышал он, и тут на галерее раздался нежный девчоночий голосок.

Бандали немедленно поднялся из-за стола.

— Познакомьтесь, это Ферна, дочь хозяина замка, — представил он ребятам подошедшую к ним девочку моложе их года на два, которая в ответ церемонно склонила голову.

Длинные густые русые волосы на мгновение скрыли лицо. Андрей быстро поклонился в ответ. Его примеру последовали Сашка с Машей.

Девочка была одета в простое белое платье до колен и обычные здесь сандалии. Ясные карие глаза с интересом смотрели на ребят из-под тонких, вразлет, бровей. Хотя вокруг всё купалось в солнце, кожа ее была незагорелая и ровная, словно матовая.

Она по очереди взглянула на Машу, Сашку и Андрея, который не сводил с нее глаз, потом сказала, мягко выговаривая слова:

— Я слышала, вы послали за моим отцом. А когда он будет?

С вежливой интонацией Бандали ей ответил:

— Я думаю, он уже где-то близко. Если желаешь, можешь подождать здесь.

— Спасибо, но, кажется, это не очень удобно, — сказала Ферна и чуть заметно прыснула, когда Андрей опрокинул стакан на скатерть.

— Очень даже удобно, — пробормотал тот, покраснев как рак.

В дальнем конце галереи послышались торопливые шаги. Бандали посерьезнел. Извинившись перед ребятами, Ферна побежала навстречу невысокому подтянутому человеку, который быстро шел в их сторону, но сбавил шаг, едва поравнялся с девочкой. На его груди на короткой цепи горел в лучах солнца небольшой серебряный треугольник. Склонив лысую голову, человек стал слушать, что рассказывает ему девочка.

Рубленые черты его лица выражали нежность и внимание, невзирая на смертельную усталость, сквозившую во всем его облике. За его фигурой мелькнула другая, но сразу скрылась из виду, не успели ребята рассмотреть ее как следует.

— Добрый день, — деловито произнес человек, подходя к ребятам. — Я хозяин этого замка.

Он мельком глянул на Сашку, перевел взгляд на Андрея с Машей и представился:

— Меня зовут Хавелок. Давно они здесь? — спросил он Бандали, что застыл рядом в почтительной позе.

— Они появились через полчаса после восхода, — ответил тот и добавил вполголоса: — Позвольте сообщить вам нечто срочное.

— Хорошо, — согласился Хавелок.

Он кивнул ребятам и отвел Бандали в сторону, где тот прошептал ему что-то на ухо. Бледно-голубые прозрачные глаза вспыхнули на секунду, но в следующее мгновение Хавелок как ни в чем не бывало повернулся к ожидавшей его дочери.

— Отведи молодых людей в библиотеку, — мягко произнес он. — Мне сейчас не до них. Но к обеду я обязательно освобожусь и, побеседовав с ними, зайду к тебе. Договорились?

Вместо ответа Ферна чмокнула отца в щеку. Хавелок стремительно зашагал по галерее туда, откуда пришел.

Ферна повернулась к ребятам, что давно возвышались над столом в ожидании дальнейших событий.

— Пойдемте! — сказала она.

После разговора с Бандали Сашку не покидало ощущение, что им навязали некий сценарий, а Маше не нравилось, что всё идет столь благостно и гладко. Счастлив был один Андрей, так что он первый и подскочил к девочке, оглянувшись в нетерпении на друзей.

— Ну, чего вы стоите?

Все трое молча двинулись за Ферной тем путем, которым вел их до этого Бандали. Ступив на знакомый ковер, они услышали голос Хавелока, беседовавшего с человеком в запыленной куртке и покрытых грязью штанах.

— Императорский Ментор? — чуть слышно прошептал Хавелок.

Лицо его посерело. Глубоко посаженные глаза остановились на направлявшихся к лестнице ребятах.

— Молодой человек! — воскликнул Хавелок и, подскочив к Сашке, придержал его за локоть. — Постойте-ка… А вы идите, — с несколько напряженной улыбкой бросил он застывшим в ожидании Маше с Андреем. — Ваш друг скоро вернется.

Продолжая удерживать Сашку за локоть, Хавелок направился с ним по той же лестнице, только вниз.

— Мне надо тебе кое-что показать, — сказал он, искоса глядя на Сашку, который спускался в недоумении, что это может быть, что хозяин замка захотел показать ему — кто этим утром впервые заявился сюда.

— Значит, ты и есть тот мальчик, что играл здесь когда-то в песочке? А мама твоя знает, где ты сейчас? — услышал он и мысленно выругался по поводу Андрея, разболтавшего Бандали о случае из детства.

— Нет, не знает, — ответил Сашка.

Он отметил, что они спустились на один пролет и продолжают спускаться дальше. «Куда это мы направляемся?» — подумал он тревожно.

Хавелок тем временем пробормотал себе под нос:

— Как всё не вовремя, как не вовремя! Я представлял это несколько иначе, но теперь следует выбирать из того, что предоставляет судьба.

Он обернулся. На лысой голове блестели мелкие капельки пота.

— Ты знаешь, что дверь, сквозь которую вы сегодня прошли, открывается только раз в году и всего на три дня?

— Не знаю, — ответил Сашка. — Вы хотите сказать, что нам отчаянно повезло?

— Нет, — возразил Хавелок останавливаясь. — Я хочу сказать, что она сама открывается на четыре минуты три дня подряд раз в году. Начиная со дня первого летнего гелиактического восхода Сириуса. Поэтому я и удивился, услышав, что вы здесь, пока не сообразил, что произошло. Вы открыли ее с помощью Навигатора, так? — спросил он.

— Так, — признался Сашка. — А разве сегодня не последний день такого восхода?

Услышав эти слова, Хавелок рассмеялся:

— Что? Откуда ты это взял?

— С одного астрологического сайта, — сказал Сашка, припомнив слова Андрея.

Хавелок, казалось, растерялся, выпучив белесые, в красных прожилках, глаза.

— Вы узнавали дату у астрологов? У этих шарлатанов? — Он удивленно покачал головой, наводившей на мысль о скалистой горной вершине. — Нет, я не стану отрицать, что для одинокой стареющей экзальтированной женщины верить астрологам нормально, но чтобы люди вашего возраста верили в эту чушь?

Он махнул рукой и снова застучал сапогами по каменным ступеням лестницы.

— Ладно, как бы то ни было, мы уже пришли, — сказал он, открывая толстую деревянную дверь в мрачный тесный неоштукатуренный коридор с полукруглым сводом, где стояла тяжелая ватная тишина.

— Нам сюда, — показал он направо, и первый поспешил вперед.

Сашка послушно пошел следом. Всё это начинало ему очень не нравиться. И больно легкое проникновение в тоннель, ведущий к Хранилищу, и радушный прием Бандали, и его откровенность, и то, как он управлял разговором, ожидая чего-то, а он им именно управлял, понял вдруг Сашка, и та странная фигура, мелькнувшая за спиной Хавелока на галерее, такая знакомая фигура, да и сам Хавелок, резкий, быстрый, настроение которого стремительно менялось.