Игрок - Александра Лисина

Как ни грустно сознавать, им оказался всего лишь крохотный зеленый росточек какого-то неизвестного растения. Совсем маленький, болезненно тонкий стебелек толщиной в человеческий волос. И три таких же малюсеньких листочка. Всего три несчастных сантиметра в длину, невесомая пушинка, жалкая травинка, из-за которой у меня возникло столько проблем. Фитюлька какая-то несуразная, при виде которой я испытала самое настоящее разочарование.

— Что?! И это — ВСЕ?! Вот ЭТО и есть Эо?!!

— Да, — странным голосом подтвердил Лин, зачем-то отступая на шаг. — И он почему-то тебе открылся. Хотя, наверное, все правильно? Знак Ишты не спрячешь под перчаткой от другого такого же.

Я замерла.

— Что? — переспросила едва слышно, думая, что ослышалась. — Что ты сказал?!

— Знак, — еще тише повторил демон, потихоньку отступив еще на шажок. — Я же тебе говорил про рождение Во-Аллара и про то, что боги разделили его на шесть частей: Долина, Равнина, Лес, Пустыня, Горы… Знак Степи находится у Темного жреца. Знак Равнины недавно вернулся в мир. Знак Леса, как оказалось, тоже… и боюсь, он уже выбрал себе нового носителя.

— ЧТО?!! — Я машинально стряхнула зеленую гадость, не испытывая никакого желания брать на себя связанный с ней ворох проблем. Но не тут-то было — проклятый росток, как назло, завис почти в полуметре от моей ладони и засветился еще ярче, словно говоря, что не намерен отступать.

Я шарахнулась прочь, в ужасе понимая наконец, ЧЕМУ ИМЕННО так страстно поклонялись обделенные Знаками эары… те самые, предавшие доверие богов… некогда владеющие многим, носившие звание Ишт… повелевавшие самим этим миром… но теперь обнищавшие, отвергнутые и тщетно пытающиеся вернуть утраченное доверие.

В этот момент мне неожиданно открылось то, что пытался сказать недавно Лин. То, почему они так надолго заперлись в своих Лесах. То, почему сами эти Леса, до сих пор помнящие могущество низвергнутых Ишт, по-прежнему принимали их как хозяев. Почему именно здесь… в колыбели их древней расы… в самом средоточии необычной магии и родине всех лесов Во-Аллара вообще… смог зародиться новый Знак Леса. Пока еще слабый, неуверенный, совсем еще юный. Но при этом настойчиво отвергающий все попытки эаров вернуть свои прошлые заслуги. И за отказ запертый в кокон из той же самой магии, не дающий ему возможности выбирать.

Знак Леса…

Я чуть не выругалась, поняв, что своими собственными руками дала ему эту возможность — выбирать. Наверное, впервые за многие годы, которые едва народившийся Знак провел в утомительном заточении. Одинокий. Слабый. И не способный ничего изменить. Упорный в своем решении. Но при этом почему-то не умеющий добыть себе свободы.

— Я не хочу, — негромко предупредила я «росток». — Мне такого счастья не нужно, понял?

Но он только засветился еще ярче и радостнее. А следом за этим, презрев мою порванную перчатку, на его сияние отозвался и Знак Равнины — все тем же мягким светом первого дня творения, от которого у эаров неприлично отвисли челюсти и округлились и без того огромные глаза.

Я неверяще притянула к лицу левую ладонь, настойчиво светящуюся и явно согласную получить еще один славный ожог, затем подняла растерянный взгляд на Аса, Бера, Вана и Гора. Но росток, как оказалось, только того и ждал — тихо пропев какую-то мелодичную, невыносимо прекрасную трель, вдруг сверкнул не хуже иного прожектора, победно вспыхнул и тут же рассыпался сотнями зеленых искорок. Одна из которых целеустремленно спланировала на мою руку и больно ужалила точно в центр.

— Зараза! — зашипела я, поспешно отдергивая ладонь, чтобы не допустить непоправимого, но поздно: сияние уже угасло. И моя ладошка погасла тоже. Предварительно обзаведшись вторым цветным лепестком — зеленым. В пару к белому, у которого, кажется, даже края начали отливать нахальной зеленцой.

Я сердито сплюнула и, отвернувшись, расстроенно упала на первое попавшееся сиденье, которое только подвернулось, а потом закрыла глаза и обреченно откинулась на спинку.

Влипла. Боги, как же я влипла с этими дурацкими Знаками. Не иначе, какая-то злая воля подбрасывает мне эти загадки одну за другой. Не успела я с одним разобраться, как тут же второй нарисовался на горизонте. Что им всем, медом намазано? Хотя, может, Лин и прав — кажется, волшебные вещи действительно испытывают ко мне какой-то нездоровый интерес. Сперва браслет, который приклеился почти сразу, как только коснулся. Потом эар со своим ножиком… да-да, который опять успел раствориться воздухе и втянулся обратно — в мою правую ладонь. Потом первый Знак. Теперь вот еще один демонов Знак… да я, таким образом, скоро стану владелицей целого гербария!

Оно мне надо, спрашивается?!!

— Гайдэ, — осторожно напомнил о себе Мейр, когда молчание на поляне явно затянулось и стало просто зловещим.

Я устало подняла голову.

— С тобой все в порядке?

— Нет, — вздохнула я. — Но боюсь, этого уже не изменить.

И тут меня очень ласково обняли чьи-то твердые, но очень заботливые руки. Лица коснулся легкий ветерок, похожий на смущенный поцелуй возлюбленного. Следом за ним мои волосы осторожно взъерошили, погладили, словно успокаивая и даря надежду на будущее. Кто-то неслышно запел над самым ухом, шепотом обещая помощь и защиту. А потом я словно растворилась в этом мягком голосе, откуда-то точно зная, что он не обманет.

Это было странное ощущение — внезапно стать чем-то иным, чем просто живое существо. Внезапно обрести силу гораздо большую, чем можно себе представить. Отрастить крылья и взмыть стрелой под самые небеса. Промчаться над верхушками деревьев, срывая с них трепещущую от радости листву. Поиграть в догонялки с проказником-ветром. Ощутить на себе множество горящих взглядов, полных узнавания и молчаливого обожания. Закричать от радости на сотни разных голосов. Стать ими. Принять их в себя. Отдать им свое сердце. Поделиться тревогами. Подарить собственный зарождающийся восторг. Ощутить в ответ тихую благодарность. Промчаться по земле сотнями маленьких лапок. Зашелестеть миллионами пышных веток. Качнуться на ветру сотнями тысяч свисающих с них лиан. Запеть. Затанцевать. Освобожденно потянуться, неожиданно понимая, что время новой жизни настало. А затем сделать глубокий вдох, всем существом вбирая это непередаваемое ощущение цельности, и, наконец, очнуться на том же самом месте, на той же погруженной в тишину поляне, каким-то краешком сознания еще держа в памяти гремящую мощь произошедшего единения и смутно сожалея, что оно так быстро закончилось.

— Гайдэ? — снова спросил Мейр, когда я шумно выдохнула и ошеломленно моргнула. — Гайдэ, ты как?

— Не мешай, — проворчал Лин, по-прежнему держась на расстоянии. — Не видишь: она в первый раз принимает силу по-настоящему. А Эйирэ принимает ее. Дай им время.

— Как, Эйирэ?!!

— Вот так. Эйирэ — это и есть Лес. А Эо — не что иное, как Знак Ишты. Знак Леса, который наша Гайдэ неожиданно обрела.

Оборотень потрясенно глядел на меня во все глаза, но я к тому времени уже пришла в себя и смогла самостоятельно встать. Только сейчас заметив, что сидела не на чем ином, как на деревянном троне Эа. А то самое дерево, что создавало этот трон из своих ветвей, осторожно и очень заботливо теперь поддерживало меня под локти. Молчаливое, мудрое и такое же древнее, как весь этот Лес.