Нон Лон Дон - Чайна Мьевилль

В лесу было сыро и жарко, как в бане. Упругие ветки деревьев и кустарника с влажными, мясистыми листьями то и дел о хлестали по лицу. Порой, цсч шяясь за лиану, Диба чувство-вала, как по руке ее ползет холодное и мокрое тело древесной жабы, и она вздрагивала от неожиданности и отвращения.

«Какой же это лес,- думала она, тяжело дыша,- это самые настоящие джунгли».

– Это не лес, а джунглес,- сказала она вслух, обращаясь к Хеми.

– Точно,- отозвался он, и они устало улыбнулись друг

другу-

Диба перепрыгнула через гнилой пень, торчащий прямо из ковра, накрывающего пол, и рукавом вытерла пот с лица. Мистер Клетка уже стоял возле уходящей куда-то наверх лестницы, облокотившись на опутанные ползучими растениями перила. Птичка в его головной клетке молча смотрела на девочку. Под высоким потолком сквозь просвет в лесном пологе виднелась лампочка, вокруг которой вились тучи комаров и мошек.

– Ну и куда теперь? – спросил Хеми.

– В той главе, где речь идет про ключ-перышко, на этот счет нет ясного ответа Можно пойти направо. Там, вероятно, в самом конце коридора расположена кухня. А можно подняться по лестнице вверх.

Птичка в клетке мистера Клетки присвистнула.

– Он прав,- сказала Книга.- Не стоит рисковать и идти по непроверенной дороге. Здесь полно хищников. В общем, гулять в этом лесу довольно опасно. 11адо сделать привал.

Птичка снова что-то просвистала.

– Ты уверен? – спросила Книга.

– Что такое? – встревожилась Диба.

– Он говорит, что сам отыщет птицу-ключника, и тогда к ней отправятся все остальные. Йорик Клетка – единственный из членов нашей экспедиции, кто знает язык обитателей этого леса. И он способен передвигаться здесь гораздо быстрей, чем мы. И возможно, поэтому ему легче избежать опасности.

– Это правда? – с сомнением спросила Диба, глядя на знаменитою путешественника и изыскателя.

– В общем, делаем привал. Уже поздно. Ночью идти нельзя. Да, клеткоголовый искатель приключений, пожалуй, прав.

Диба чувствовала, что нуждается в отдыхе. Тут птичка в клетке снова засвистела.

– А у него тут полно родственников, которые ведут ноч-: юй образ жизни. Он с ними обязательно i юсоветуется,- перевела Книга.- И еще, ему очень неловко говорить об этом, но он считает, что будет в большей безопасности, если ночь проведет не в нашей компании. Я правильно тебя поняла, Йорик?

Диба еще никогда в жизни не видела, чтобы птичка смущалась.

Они решили, что спать в открытом коридоре было бы слишком рискованно, поэтому пробились сквозь густые заросли к ближайшей двери. Не пользовались ею, видимо, уже несколько месяцев – она вся заросла, и открыть ее оказалось не так-то просто. В конце концов, после нескольких попыток, они распахнули ее и вошли в гостиную комнату.

Сквозь густой подлесок переплетенных стволов они увидели диван и несколько стульев, стоящих перед телевизором, в некоторых местах прогрызенным мышами, землеройками и обвитым вьющимися растениями. Телевизор оказался включен, экран светился, только звук был слегка приглушен. Сквозь лианы, наполовину закрывающие его, видно было, что там показывают какую-то телевикторину.

Наши путешественники расчистили место стоянки, убрав лишние камни и сухие ветки. И как раз вовремя. Спустились сумерки, и лампочки, прежде освещавшие пространство дома, одна за другой стали гаснуть. Характер звуков в лесу тоже изменился. Прежние, дневные звуки умолкли, зато вступил и зазвучал хор каких-то неизвестных ночных существ.

– Вы что, и вправду собираетесь отправиться сейчас на поиски знакомых? – спросила Диба.

Мистер Клетка утвердительно наклонил свою клетку.

В мелькающем свете цветного телеэкрана Диба наблюдала за действиями путешественника. А тот спокойно протянул руку к своей головной клетке и открыл дверцу. Птичка возбужденно защебетала.

– К утру вернется,- сообщила Книга.- Просит, чтобы мы приготовили вторую половину его гонорара.

– Что ж, гонорар свой он отрабатывает на совесть, – заметила Диба.

Птичка тем временем соскочила на порог клетки, еще раз чирикнула и вылетела вон. И в ту же секунду тело мистера Клетки замерло; теперь он стоял почти совсем неподвижно, лишь едва заметно покачивался на одеревеневших ногах.

А птичка порхнула прямо в густые заросли переплетенных между собой стволов и лиан и с веселым щебетом скрылась во мраке за открытой дверью.

Улучив момент, когда никто не смотрел в ее сторону, Диба решила произвести маленький опыт: она незаметно протянула руку и пощупала ногу мистера Йорика Клетки. Надо же, нога как нога – теплая и мягкая, как у всех нормальных людей. Но на прикосновение Диби-ной руки она никак не отреагировала, даже не дрогнула. Тело оставалось неподвижным, и рука Йорика была протянута к отворенной дверце его клетки

У речного истока

Среди ночи Диба несколько раз испуганно просыпалась. Ее будило громкое рычание каких-то ночных хищников. Но всякий раз Хеми или один из словенышей, стоящих на часах, успокаивали ее, и она снова засыпала под звуки негромкой беседы Хеми с Книгой или просто ее бормотание, когда на часах стоял кто-нибудь из бессловесных словенышей. И когда она проснулась при первых слабых проблесках лампочки под потолком, то поняла, что проспала всю ночь – обязанности ночного дежурства верные ее товарищи полностью взяли на себя.

– Почему ни разу меня не разбудили? – сердито спросила она Хеми.

Он не отвечал, только смущенно улыбнулся, стараясь не смотреть ей в глаза.

Мистер Клетка стоял все в той же позе, в какой застыл, когда птичка отправилась на ночную разведку. За завтраком Диба заботливо смахнула с его штанины медленно ползущую вверх улитку.

Прошло не менее часа, когда птичка (она, собственно, и была мистером Клеткой) с шумом и щебетом выпорхнула из чащи на полянку, где расположился бивуак путешественников. Не переставая оживленно чирикать, она сделала несколько кругов и подлетела к своему обиталищу.

И как только лапки ее вцепились в металлическую перекладину на пороге, у самой дверцы, тело Йорика Клетки ожило и шевельнулось. Вот птичка порхнула на перекладину качелей. Мистер Клетка потянулся, расправил все члены и прикрыл дверцу. Птичка разразилась длинной и довольно сложной трачью.

– Я так и думала,- отозвалась на ее свист Книга.- Где же еще могут водиться птицы столь высокого полета, как попугай-ключник? Конечно там, наверху! Так что собирайтесь и идем к лестнице!

Подъем по лестнице оказался долгим и очень утомительным. Каждая ступенька густо поросла растительностью, но не только это осложняло их путь: путешественникам пришлось еще преодолевать поток воды, стекающий сверху по ступеням вниз.

На площадке между двумя лестничными пролетами, где ступени дачали резкий поворот, они устроили краткий привал, отдышались и отправились дальше. Мистер Клетка шел впереди, держа перед собой Книгу. Его старый полувоенный костюм давно утратил былую опрятность. Птичка распевала во все горло, побуждая их торопиться, и Диба с Хеми, а вместе с ними и словеныши старались изо всех сил. Словеныши помогали друг другу, по очереди подставляя один другому спины, и, составляя как бы живую и непрерывную цепь, азартно карабкались наверх, штурмуя ступени.