Помочь можно живым (сборник) - Александр Бачило

– Хорошо. События, таким образом, развиваются по классической схеме последнего дня диаварда. Сны, предчувствия, страх и, наконец, нападение Посланника Колдуна.

– Так ведь он и напал…

Володя вдруг вскочил и заходил взад-вперед.

– Кто напал?! – простонал он. – Подумай сам, что ты несешь? Такое нападение – есть последняя и необратимая стадия исчезновения диаварда! В этот момент здесь умирает его тело! Покойницкий глаз никому еще не давал отсрочки!

Я растерянно молчал.

Дверь пультовой тихонько скрипнула, и мы оба обернулись. На пороге стоял Зарецкий. Лицо его было белее листка бумаги, который он держал в руке.

– Что случилось? – спросил я.

Ефим шагнул в пультовую, оглянулся зачем-то назад и, протягивая мне листок дрожащей рукой, сказал:

– Это анализ крови. Твой. У тебя в крови нет вируса СВС…

В ту же секунду запел сигнал на пульте, торопливо побежали огоньки контрольной карты, щелкнул автоматический замок саркофага…

Зоя вернулась.

…Несколько часов спустя мы сидели в прожаренной, протравленной, пропесоченной камере специальной очистки, а вокруг, за полиэтиленовым пологом, сновали поднятые по тревоге специалисты.

– Ты понимаешь, Зойка? – радостно тараторил я. – То, что произошло с нами в пещере – это же чудо! Мы спасены!

Она, едва успевшая восстановить способность соображать по-земному, только улыбалась в ответ и все повторяла:

– Скорей бы Пашка возвращался! Вот обрадуется!

В тот момент я даже немного завидовал ее безмятежному настроению. Мое-то возвращение было совсем не таким. Зоя испытывала счастье возвращения к жизни. Мне пришлось хлебнуть прелестей возвращения к смерти… Буйное веселье теперь захлестывало меня, но я и не пытался с ним справиться.

Полог раздвинулся, от него в нашу сторону протянулся небольшой коридорчик из прозрачного пластика. В коридорчик вошел Володя, и его голос зазвучал в динамике переговорного устройства.

– Мы прокачали ситуацию, – сказал он. – Она была бы совершенно необъяснимой, если бы в протоколах трех подряд теоретических семинаров не фигурировало так называемое особое мнение Аркадия Дашкевича…

Я вспомнил худого, высокого Дашкевича и кивнул. Не помню, в чем заключалось его особое мнение но старик всегда был несговорчив…

– Так вот, – продолжал Володя. – Только это особое мнение позволяет как-то, объяснить то что с вами произошло.

– И что же с нами произошло? – спросил я.

– Вы встретились с Корфом.

Я рот разинул от удивления.

– Как? Ты хочешь сказать, что это светящееся озеро… Эта бурлящая жижа, обгладывающая людей – Корф?

– По-видимому, да. Сам он, конечно, этого не осознает, но подумай-ка: кто другой так хорошо знал «Нейрон» чтобы суметь сохранить разум, даже потеряв тело? Кто еще мог изобрести способ борьбы с покойницким глазом, если не Корф, утверждавший что вирус эапущен «Нейроном»?

Глущук помолчал странно приглядываясь ко мне. Впрочем, меня это не удивляло – у него-то в крови по-прежнему сидел покойницкий глаз.

– А насчет обгладывания людей… – снова заговорил он. – Бакум ведь не человек а так сказать элемент информационной среды. Он действительно может уничтожаться и создаваться по мере необходимости. Как постоянная величина, его образ вероятно существует где-нибудь в базе данных «Нейрона»… Никого из вас Корф не собирался растворять в себе. Ему наоборот требовалось одно из ваших тел, чтобы подселить в него свое сознание и вернуться сюда. Эх если бы это удалось! Мы бы разом покончили с СВС?..

– Ну и что теперь делать? – спросила Зоя.

Глущук пожал плечами.

– Будем посылать людей. Может быть, кто-нибудь снова наткнется на Корфа… Других способов нет.

– А что касается вас троих… Тут вам самим решать. Если хотите, мы переправим вас в город когда вернется сын. Но и здесь, на Базе будет сделано все чтобы повторное заражение вам не грозило. В общем как пожелаете. Ну ладно. Мне пора. – Володя натянуто улыбнулся. – В Думе ждут!

Он махнул на прощание рукой и вышел.

– Что решим? – Зоя повернулась ко мне – Поедем или останемся? Я бы, знаешь лучше уехала. Куда-нибудь вообще подальше. Ах, только бы Пашка поскорей возвращался!

– Погоди, погоди! – перебил я ее. – Дай подумать!..

Веселье мое вдруг прошло. Я понял, что для всех нынешних и будущих зараженных ситуация ничуть не изменилась. Способ борьбы с СВС есть, да попробуй до него доберись!

Что же это Глущук говорил? Они собираются посылать в «Нейрон» людей на поиски Корфа? Но едва попав туда, все они забудут и про поиски, и про Корфа, и про мать родную! Хорошо еще, если кто-то из них прибьется к диавардам, но и в этом случае могут пройти годы, пока диаварды отыщут остров на озере ирманов. Единственный человек, который уже находится на острове, – Пашка. А что это значит?

Я схватился за голову. Беспощадная правда открылась мне вдруг. Пашка, мой сын Пашка ни в коем случае не должен возвращаться!

Может быть, позже. Когда-нибудь, но не сейчас!

Потому что только он может пойти к Корфу и дать ему возможность действовать. Только он может спасти диавардов от их проклятья, а Землю – от покойницкого глаза. Только он.

Зоя испуганно смотрела на меня и что-то спрашивала, но я не слышал слов.

Как сообщить ему, думал я. Как? Сам он не догадается, нет. Какое там! Он боится этого светящегося озера сильнее, чем Посланника Колдуна. Как пробраться туда, к нему, ничего при этом не забыв? Хоть несколько слов! Хоть намек подать! Он ведь умница парень, он поймет!

И вдруг решение пришло. В первую минуту, когда перед глазами возник скрюченный труп на полу пещеры, я в ужасе чуть не закричал. Да что же это мне в голову-то ударило?! Неужели решусь на такое?! Господи! Да минет меня чаша сия!

Но я уже решился.

Чтобы покинуть камеру, мне пришлось напялить на себя специальный защитный костюм, иначе бы меня просто не выпустили.

Зоя подумала, что я сошел с ума, пришлось некоторое время ее успокаивать. Когда я шел по коридору к пультовой, у меня дрожали колени. Не от страха. Я боялся только одного – опоздать.

За пультом сидел Ефим. Он лишь мельком глянул на меня и снова уткнулся в приборы.

– Смотри, Пашка твой появился. Пока стоит на месте…

– Готовь порт, – сказал я.

– Для кого? – не понял Ефим.

– Для меня.

Он, наконец, повернулся и недоуменно поднял бровь.

– Смысл?

– Дурак! – заорал я. – Витькин порт готовь! Уйдет!

Постепенно до него начало доходить.

– Олег, ты чего? – прошептал он, серея лицом. – Ты брось, что еще выдумал… Это ведь смерть!