Оляна. Игры с Артефактами - Ольга Пашнина

Непривычно было снова стать слабой девчонкой. После всей силы, которая была мне доступна. Я чувствовала себя уязвимой, хрупкой. Но не показывала страх. Часть меня еще опасалась Виктора, хотя я заверила его сразу же, что обещание сдержу — уеду и оставлю Тригор навсегда, как бы меня здесь ни любили. Мне не хотелось видеть короля, так что напоследок я повидала только Сеславию. Она о случившихся в замке событиях узнала лишь наутро, что было к счастью, огромный живот с наследником следовало беречь.

Я привычно прошла мимо уставшей Риран, улыбнулась знакомым ребятам. На две крайние койки у окна старалась не смотреть. Там лежали Корт и Лайла. Первый пострадал, защищая вторую. Ей было велено остаться в замке, но, изображая верную жену, Лайла сунулась в самое пекло. Жива она была лишь благодаря Корту, ей сильно порезали ногу, а тот отделался сотрясением. Сейчас они мило беседовали, а Риран по очереди вливала в них зелья. Удивительно, но мне было плевать, какой сейчас статус у брака Лайлы и Альдреда. В сравнении со всем, что было, это казалось такой мелочью. И я даже не стала разговаривать об этом с Виктором. Может, потом, когда мне понадобится статус официальной жены. Или когда Корт не упустит свой шанс и заполучит знатную девицу в жены. Этого ведь добивался Виктор, создавая колледж.

Альдред лежал в отдельной комнате. По-другому и быть не могло, физически мужчина был здоров, но потеря зрения сильно ударила по нему, и встречаться с людьми было еще тяжело. Он будто не хотел понимать, что потеря зрения у него имеет магическую природу — почему-то, когда я прикасаюсь к нему, он видит. Наверное, от этого было еще больнее.

— Привет.

Альдред слабо махнул мне рукой в знак приветствия. Он сидел, прислонившись спиной к подушке, пил кофе. У меня сжалось сердце при виде него, такого потерянного. Никогда таким не видела и видеть больше не хочу!

— Я полагаю, тебя развеселит, что Гаерт второй день увивается за Сибил. Она в культурном шоке от такого напора и бестактности.

Не развеселило.

— Нам надо поговорить.

Я потянулась было к руке Альдреда, но он отдернул ее, едва наши пальцы соприкоснулись. Отставил в сторону кофе и отвернулся.

— Альдред, — выдохнула я, — пожалуйста, поговори со мной. Мне так плохо. Я не хочу тебя терять. Твои родители писали, они зовут нас в гости. Я очень хочу поехать. Мне понравился север. Правда, теперь придется тепло одеться.

— Нет.

— Почему?

Мне стоило невероятных усилий говорить спокойно. Я не ожидала, что Альдред ответит, но он, к моему удивлению, сказал:

— Ты должна остаться в Тригоре. Стать королевой. Это твоя страна, ты спасла ее, ты сможешь ею управлять. Убери Виктора, ты по закону королева.

Я качала головой, забыв, что он меня не видит.

— Альдред, я отдала Тригору два года жизни, я едва не умерла, я подвергла опасности сотни, тысячи людей. Я не могу отдать ему еще и оставшиеся годы. Я хочу покоя, понимаешь? Быть не королевой, а просто девушкой, можно даже не знатной. Может быть, матерью и женой. Хочу, чтобы все было так, как тогда, когда ты приехал ко мне. Выходить утром на пробежку, готовить обед, сидеть вечером с книгой у камина. Гулять по снегу. Купаться в твоем чудесном бассейне, смотреть из окон замка на ледяной городок. Ты мне обещал как-то, не смей забывать.

Он молчал, я собиралась с силами. Слов было много, я столько всего хотела сказать, что не могла решить, с чего начать.

— Ты не понимаешь главного. Можешь ты видеть или нет, ты не изменился. Я люблю человека не за зрение, а за то, что он есть. Поверь, мне немного надо. Только чтобы ты был. Я готова отпустить тебя к Лайле, если захочешь. Я сойду с ума от ревности и тоски, но отпущу, если с ней ты оживешь. Я знаю, что сейчас ты меня ненавидишь за то, что с тобой случилось, но я не хотела, правда, Альдред, я хотела всех спасти. Наверное, мне не надо было возвращаться, надо было остаться за Пределом. Я думала, у нас все будет хорошо, я думала, после победы остается только счастье. Я знаю, что я как живое напоминание о том, что случилось, но, может, ты найдешь силы, чтобы принять меня и нашу связь? — Последнюю фразу я договорила уже шепотом: — Потому что, если ты будешь меня ненавидеть, я сойду с ума.

Опустила голову, внезапно поняв, что больше-то мне и сказать нечего. Да что бы я ни сказала, переубедить Альдреда не смогу.

— Я не могу ненавидеть тебя.

Медленно он потянулся ко мне и коснулся пальцами щеки. Взгляд приобрел осмысленность, мужчина рассматривал мое лицо. Неужели так будет всегда? Неужели он сможет видеть, только прикасаясь ко мне? Почему, какая магия способна так связать людей?

— Это хорошо, — нашла в себе силы улыбнуться. — Потому что я до ужаса боюсь, что ненавидишь.

— Нет. Ты такая красивая. Тебе идет этот цвет.

— Красный, твой любимый… И у меня снова красная кровь.

— И голубые глазки. Не злись на меня, Оляна, я не привык к этому.

— Может, не надо привыкать? Я ведь могу быть рядом, могу…

— Всегда ко мне прикасаться? — с горькой иронией в голосе закончил Альдред. — Всегда сидеть рядом?

— Да! Мы уедем в твой замок, я буду там рядом, ты будешь видеть. Пожалуйста, согласись! Иногда мне кажется, что мы связаны сильнее, чем все думают. Когда я прикасаюсь, ты можешь видеть. А когда прикасаешься ты, я могу чувствовать.

Альдред крепко сжал мою руку и потянул к себе. Я быстро сбросила туфли, не думая, что скажет Риран, если увидит. Легла рядом и обняла мужчину, уткнувшись носом в шею.

— Не уходи, ладно? — попросил он. — Я не хочу оставаться в темноте.

— Не уйду, — пообещала я. — Никогда. Знаешь, если ты здоров, мы могли бы поехать уже утром, рано-рано, пока не рассвело. И к обеду будем в Двуледе. Можно?

Он только вздохнул, но я знала, что бой выиграла. Теперь дело за малым: зализать раны и наладить жизнь, новую и счастливую. С прошлым я распрощалась, а вот будущее… О будущем знали лишь Хранители.

— Я ездила к маме, — вырвалось у меня.

— И как?

— Она жила в монастыре неподалеку от порта, но умерла несколько лет назад. Еще до того, как Виктор меня забрал. Она ничего не оставила, но, говорят, была в ясной памяти. Знаешь, я злюсь, что она не нашла меня.

— Она любила твоего отца, — задумчиво проговорил Альдред. — Я помню ее, после казни Дарнарда она спрятала тебя, а потом вернулась к Виктору. Он не стал ее убивать, позволил уйти. Она знала обо всем, что происходило, но так сильно любила, что предпочитала закрывать глаза.

— Спасибо, — после долгого молчания ответила я. — В любом случае с прошлым покончено. Я знаю о себе все, знаю о родителях. И учусь на чужих ошибках.

Минут через десять я почувствовала, что засыпаю. К утру меня разбудит Сомжар, который собирался проводить нас до границы. Пока можно было отдохнуть.