Осколки реальности - Алексей Калугин

Если бы Андрей в данный момент не был всецело поглощен практикой правильного произношения слов кедлмарского языка, он бы, скорее всего, оторопело замер на месте. А так он просто, не поднимая головы, сделал шаг в сторону, буркнув едва слышно:

– Извините…

– Это я виновата, – услышал он телепатический ответ.

В принципе подобная форма общения, довольно-таки широко распространенная в Статусе, не должна была бы удивить Андрея.

Но вот интонации мысленного голоса, прозвучавшего у него в голове, показались Андрею до странности знакомыми.

– Извините, – снова произнес он вслух, подняв озадаченный взгляд на женщину. – Мы не встречались с вами прежде?

– Вы всегда так знакомитесь? – улыбнувшись, также вслух произнесла женщина.

Только сейчас до Андрея наконец-то дошло, что они разговаривают по-кедлмарски. Но, как ни странно, реальный голос незнакомки в отличие от мысленного, хотя и обладал приятными обертонами, вовсе не показался ему знакомым.

Изумление на лице Андрея уступило место выражению полнейшей растерянности и непонимания.

– Простите, – уже в третий раз извинился он непонятно за что. – Я, должно быть, ошибся. Но… Не сочтите за дерзость… Поймите, я вовсе не хочу быть навязчивым… Я даже не знаю, как вам это объяснить…

Женщина уперлась согнутой в локте рукой в бедро и, чуть откинувшись назад, посмотрела на Андрея с плохо скрытой насмешкой.

– С каких это пор ты разучился ясно выражать свои мысли? – спросила она. И, сделав театральную паузу, добавила: – А, лейтенант Апстрак?

Хорошо, допустим, звание его она могла узнать, разобравшись в знаках отличия на его форме. Но откуда, черт возьми, она узнала его имя?! Сей факт уже не столько удивил Андрея, сколько разозлил его.

– Послушайте, дамочка, – уже с вызовом обратился к незнакомке Андрей. – Я вижу, что вам доставляет удовольствие морочить мне голову…

По-видимому, выражение его лица совершенно не соответствовало интонациям его голоса, потому что, взглянув на него, женщина запрокинула голову назад и от души рассмеялась.

– Я, кажется, помешал вам выйти. – Андрей сделал шаг назад, освобождая даме проход. – Прошу!

Незнакомка сделала шаг вперед и положила руки Андрею на плечи.

– Извини, – произнесла она совершенно искренне. – Честное слово, у меня не было намерения морочить тебя. Я совершенно не ожидала встретить тебя здесь и в первый момент сама страшно испугалась… Но ты бы видел выражение своего лица… – Чтобы снова не рассмеяться, женщина плотно сжала губы. – Так ты меня не узнал?

Андрей решил, что со странной незнакомкой лучше придерживаться тактики холодной вежливости.

– Не имею чести вас знать, – церемонно произнес он, слегка наклонив голову.

Женщина чуть отступила назад, спрятала руки за спину, словно стыдливая школьница, и наклонила голову к плечу.

– Я Мииз, – просто произнесла она.

– Мииз! – От демонстративной холодности Андрея не осталось и следа. – Но ведь ты!.. Когда мы доставили тебя в Статус, ты была в ужасном состоянии!

Мииз развела руки в стороны.

– А сейчас?

– Ну… – Андрей смущенно отвел глаза в сторону. – У меня слов нет… Как такое могло случиться?

– Ну, поскольку от меня мало что осталось, местные врачи решили не возиться с обрубком моего тела, которое к тому же состояло из материи, видоизмененной в результате длительного воздействия запредельной реальности, и в условиях объективной реальности рано или поздно все равно должно было разложиться. Мое сознание перекачали в матрицу, а затем предложили мне несколько имевшихся в наличии искусственных тел. – Раскинув руки в стороны, Мииз крутанулась на носках. – Как тебе нравится мой выбор?

– Мне нравится, – все так же смущенно произнес Андрей.

– Очень нравится? – лукаво прищурилась Мииз.

– Очень, – был вынужден признаться Андрей.

Мииз наклонилась и шепотом произнесла ему на ухо:

– Между прочим, у моего нового тела генетический код землянина.

Андрей почувствовал, что краснеет.

– Я вовсе не навязываюсь, – подавшись назад, с показным равнодушием произнесла Мииз. – Если тебе больше по душе твой пехотный лейтенант…

Мииз взмахнула кистью руки, как будто отгоняя от лица надоедливую мошку.

– Лайза является объектом особого внимания Дейла, – наконец-то улыбнулся Андрей. – И, между прочим, сегодня мой напарник вернулся в свое собственное тело.

– То есть ты теперь один? – как-то по-новому взглянула на Андрея Мииз.

– А ты разве не заметила этого, когда забралась ко мне в голову?

Мииз насмешливо хмыкнула.

– У тебя в голове такой кавардак, что ничего понять невозможно.

– А ты, собственно, откуда и куда? – спросил Андрей.

– У меня здесь неподалеку комната, – Мииз махнула рукой куда-то влево по коридору. – А сюда я заходила, чтобы узнать, как дела у остальных. Ты, как я понимаю, пришел сюда за тем же?

– Да, – кивнул Андрей. – Выдалось немного свободного времени…

– Не думаю, что профессор Кармер будет безумно рад тебя видеть, – перебила, не дослушав его, Мииз.

– Почему? – удивился Андрей.

– Он… – Мииз пошевелила кончиками пальцами, пытаясь поймать нужное слово. – Он несколько раздражен. Даже со мной разговаривать не желает.

– А что именно ему не нравится?

– То положение, в котором он оказался.

– Разве к нему относятся не с должным уважением? Я полагаю, второго такого специалиста, как профессор Кармер, который изучал запредельную реальность в непосредственной близости на протяжении долгих лет, в Статусе нет и не скоро будет.

– Интересно, как бы ты чувствовал себя, оказавшись выставленным на всеобщее обозрение в прозрачном кубе?

– Я не понял, – растерялся Андрей. – Ты хочешь сказать, что профессор Кармер… – Андрей пальцем очень осторожно указал на дверь. – Там…

– И не только профессор, но еще и Иттан и Шантаррак вместе с ним, – подтвердила его догадку Мииз. – Они пребывают в стерильном боксе под неусыпным наблюдением специалистов. И то, что профессор Кармер сам вызвался стать подопытным кроликом, вовсе не улучшает его настроения.

– Ну, так с этого и нужно было начинать! – возмущенно взмахнул руками Андрей. – Я уже не знал, что и думать! – Андрей тряхнул головой. – И как долго будут продолжаться исследования?

– До тех пор, пока они не будут представлять непосредственной опасности для жизни испытуемых, – ответила Мииз. – Профессор Кармер намерен от начала до конца проследить деструктивный процесс, протекающий в теле, трансформированном запредельной реальностью, в условиях, когда контакт с последней нарушен. Он полагает, что процесс распада продлится от пятнадцати до двадцати дней.