На осколках чести - Роман Куликов

– Хорошо. Тогда надо проверить сигнал. Пошли ответ.

– Как назваться?

– Сторожевой корабль «Гордость», имперские силы.

– Понял.

Помощник забрался в свое кресло, набрал и передал сообщение.

Они подождали несколько минут.

– Молчат. Что будем делать?

– Выходи из гипера и прокладывай новый курс, – велел капитан.

В этот момент в рубку вошли Андреас, Виталь и Рудольф.

– Что случилось, капитан?

– Алонсо перехватил сигнал о помощи.

– От кого?

– Дакаррта. Колония, недалеко от границы, – сказал Петер. – Заселяют все подряд, а потом на помощь зовут. Какой-нибудь катаклизм у них, наверное, или нашествие местной саранчи. Эти колонисты, все до одного чудные.

– Эй! – возмутился грек. – Я – колонист, и капитан, между прочим, тоже.

– Знаю, – ухмыльнулся Петер. – Поэтому так и говорю.

Он уже занял свое место штурмана и готовил корабль к выходу из гипера.

– Капитан, – сказал помощник, – процедура завершена. Прерываем скольжение?

– Прерываем, – подтвердил Лад.

– Мы что, туда собрались? – спросил Виталь.

– Да, – ответил Каменев. – Какие-то вопросы?

– Нет, – пожал плечами наемник.

– Проверьте «скаут», – приказал Ладимир. – Корабль сажать не будем – оставим на орбите. Мобильная группа проведет разведку.

– Сделаю, – кивнул Виталь.

Грек и наемники ушли, а Лад занял свое кресло.

– Здравствуй, реальность, – пробормотал Петер, нажал «выполнить», и белое ничто подпространства рассыпалось ледяными иголками, выпуская «Пилигрим» из своих объятий.

Корабль оказался недалеко от обширного метеорного потока, сверкающего в свете одинокого красного гиганта. Звезду было почти не видно за плотно движущимися кусками породы и окружавшей их пылью, из-за которой казалось, что поток окутан призрачной дымкой.

– Новый курс? – спросил Ладимир спустя некоторое время.

– Расчет закончен. Подготавливаю реакторы.

Через минуту помощник повернулся к капитану и сказал: «Можно».

Тот отдал приказ, и снова наступило мгновение неприятной тянущей пустоты в груди, когда «Пилигрим» переходил в гипер, а потом ровное скольжение среди мертвенной белизны подпространства.

Аниес зашла к Телори, принесла поесть.

– Мы что, выходили из гипера? – спросил он, забирая у нее тарелку и принимаясь за еду.

– Да.

– Какие-то неполадки? Что случилось?

– У нас все нормально. Алонсо возился с настройками сканеров и случайно поймал сигнал…

– Какой сигнал? – встревожился Телори.

– С какой-то отдаленной колонии. Дакаррта, кажется.

– И что? – Он едва сумел скрыть облегчение.

– Колонисты просили о помощи, на запросы не отвечают. Капитан решил лететь туда.

– Что?! Мы не возвращаемся?!

– Нет. Я же сказала, перехватили сигнал о помощи. До них всего сутки скольжения.

– Да поглотят капитана Темные звезды, с этим его благородством и отзывчивостью. – Он швырнул ложку в тарелку, отчего еда полетела в разные стороны.

– Ты чего?! – удивилась Аниес.

– Ничего! – огрызнулся тот. – Что, кроме нас, некому туда полететь? Никто больше не перехватил эту передачу? Суемся все время, куда не просят.

Девушка смотрела на него, словно не узнавала.

– На тебя, наверное, лекарства действуют, – сказала Аниес, скорее сама себе объясняя причину этой вспышки недовольства Телори. чем ему.

Он хмуро посмотрел на нее, потом отвернулся, постарался взять себя в руки и пробормотал:

– Да, наверное, лекарства.

– Отдохни. Поешь лучше, твой организм еще истощен.

– Да убери ты это дерьмо! – Он бросил тарелку на стол. – Знаешь что? Я сейчас хочу побыть один.

Он откинулся на подушки, а Аниес удивленно смотрела на него.

– Хорошо, я позже загляну, – сказала она и поднялась.

Телори не ответил, уставившись в одну точку перед собой. Девушка провела пальцами по его волосам, но парень недовольно дернул головой, и она убрала руку. Аниес показалось, что от Телори повеяло холодом. В груди вдруг защемило, и она поспешила выйти из каюты. Закрыв за собой дверь, девушка быстро пошла по коридору, а на глазах ее были слезы.

* * *

«Пилигрим» вышел из гипера в системе Джеррико, недалеко от ее четвертой планеты.

– Что на сканерах? – сразу спросил Лад.

– Все чисто. – Алонсо проверял окружающее пространство и передавал данные капитану на монитор.

– Сообщение не повторялось?

– Нет.

– Петер, выходи на орбиту, – приказал Ладимир. – Андреас, готовь челнок.

– Понял, – отозвался тот.

– Разведгруппа: Андреас, Рудольф, Георгий и я. – Ладимир выбрался из кресла. – Идем экипироваться.

– Скафандры? – спросил штурмовик.

– Да.

– Думаешь, что-то серьезное? – спросил Петер, не отрываясь от управления кораблем.

– Не знаю, но лучше перестраховаться, чем получить дозу радиации.

– Это конечно, – согласился помощник, потом считал данные, переданные ему на терминал Алонсо. – Параметры планеты вполне жизнерадостные – атмосфера, пригодная для дыхания, минимальное терраформирование, два материка, много островных архипелагов, океаны, моря, пляжи, девочки и прочие прелести. Колония на дневной стороне, сейчас там утро. «Скаут» сам поведешь?

– Да. А то засиделся я в рубке, хоть ненадолго сменить обстановку.

Помощник понимающе кивнул и сказал:

– В прошлый раз мне показалось, что на малой тяге немного носом ныряет, а в остальном все отлично.

– Спасибо, учту.

Ладимир вышел из рубки и пошел собираться.

«Скаут» вошел в атмосферу, быстро преодолел плотные слои и спустился к поверхности. Внизу безбрежным сверкающим полотном простирался океан. Ладимир вел аппарат в двадцати метрах над водой. Местное солнце светило сзади, купол кабины был прозрачным и позволял без искажений любоваться пейзажем.

Вскоре на горизонте показалась полоска берега.

– Капитан, видишь там? – Рудольф зашел в кабину и смотрел вперед. – Дым.

По мере приближения стало можно различить расположившийся на клиновидном мысе космопорт и высящийся за ним окутанный дымом город.