Слезы Моря - Ольга Шерстобитова

Я глупо заморгала.

Ал меня ревнует? Немыслимо.

— Так ты примешь мой браслет, Трин?

Взгляд Алэрина стал серьезным. И наверное, в этот момент стоило просто сказать «да», но все мои сомнения хлынули разом, заставляя дрожать.

— О, Боги!

Ал вдруг прижал меня к себе.

— Трин, почему я чувствую твой страх? Все же хорошо. Да я до свадьбы тебя пальцем не трону, если не хочешь.

Признаться, что этого я боюсь меньше всего? Лотта такая счастливая приходит после встреч с магистром Нарисом. У нее даже сил и времени на проказы не остается, что удивительно. Может, этого наш ректор и добивается?

Но что мне сейчас делать? Снова позволить страхам и сомнениям разрушить сказку? Да ни за что на свете! Я ее заслужила!

— Ал, я возьму твой браслет.

Посмотрела ему в глаза, улыбнулась, чувствуя странное облегчение.

Он не стал медлить или переспрашивать, потянулся и вытащил шкатулку из тумбочки, что была возле кровати, достал узорчатый серебряный ободок с аквамаринами и надел мне на руку, нежно целуя запястье.

Я нервно хихикнула.

— Что?

— Вот скажи, как так получилось, что я шла лечить твою спину, а оказалась помолвленной?

Я поднесла к лицу руку с брачным браслетом, потрясла перед ним. Ал рассмеялся.

— Может, пока накинешь на него чары невидимости?

— Зачем?

Он сразу нахмурился, явно боясь, что я передумаю.

— Ал — ты Верховный маг Кардоса, аристократ. Мне не нужно повышенного внимания!

Мой жених задумался, кивнул, что‑то прошептал.

— Кроме тебя и меня его никто не увидит. Если, конечно, не захочешь кому‑то показать. Хотя бы своей любопытной подружке.

— Спасибо.

Усмехнулся, откинул прядь волос.

— Летом, когда закончится твоя практика, отправимся в гости к моей матери. Познакомишься, хорошо?

— Ладно, — обреченно согласилась я.

— Ты ей понравишься, Трин, — прошептал Ал, ласково меня целуя.

— А отец…

Он вздохнул.

— О нем тоже расскажу, сокровище. Только не сейчас.

— Почему? — удивилась я.

— Хочу показать тебе, что такое строить отношения «медленно и осторожно», Трин. И спину ты обещала залечить, — коварно напомнил Алэрин, опрокидывая меня на постель. — И да, я совсем забыл про наказание за безрассудство. С чего желаешь начать?

— С этого, — прошептала я, притягивая его к себе и нежно целуя.

Руки запутались в его волосах, заскользили по плечам. Ал неожиданно остановился, резво выдохнул.

— Забыл напомнить, что если ты пойдешь снова умирать, я исполню свою давнюю угрозу, несмотря на все наши соглашения, Трин.

— Сделаешь своей?

— Да.

— Чисто теоретически, когда я шла добывать живую воду, я не собиралась умирать.

— Знаю, поэтому и сдерживаюсь.

Он наклонился, страстно меня целуя. И страхи и сомнения ушли. Осталась эта безграничная, запредельная нежность, с которой он целовал мое лицо, страстно шепча: «Мое сокровище, только мое».

— Твоя спина… — прохрипела я, сдерживая стон и выгибаясь от его ласк.

— Целую тебя, и все проходит.

— Правда?

Удивиться Ал не дал, нашел мои губы, выпивая дыхание. Звук колокола заставил нас вздрогнуть.

— Как же не хочется от тебя уходить!

Он слегка прикусил нижнюю губу, потерся щекой о мою ладонь. Знаю, произнеси я сейчас два слова «не уходи», и Ал останется. Но у него дела.

Он приподнялся.

— Отдыхай, Трин.

— Прямо здесь?

— Да. В моей комнате тебя точно никто не потревожит. А к вечеру я вернусь, мы поговорим обо всем, о чем не успели.

Я усмехнулась. Да мы же ничего и не обсуждали.

— И подарок второй отдам.

Ал вздохнул, ласково меня поцеловал.

— Тебе нужно выспаться.

Причем произнес он это таким тоном, как будто хочет меня до конца жизни запереть в комнате и никуда не пускать. Наверняка наслышан о том, что я участвовала в турнире. Но думать об этом не хотелось. Глаза слипались, подушка казалась до безумия желанной, а одеяло — мягким. И через мгновение я уснула.

Алэрин.

Спящая Трин еще прекрасней. Расслабленная, безмятежная. И меня безудержно тянуло лечь рядом, обнять, вдохнуть запах ее волос. Какой же это соблазн! А нужно идти. Коснулся губами ее щеки на прощание. Трин заворочалась, потянулась ко мне… даже во сне я в ее мыслях. Сердце сладко заныло, жар пополз по позвоночнику. И на душе вдруг стало… тревожно?

Хм… Может, зря я отложил этот непростой разговор о ее прошлом и моем отце? Разбудить?

Вздохнул, потер виски руками. Пусть отдыхает. Ей нужны силы. После рассказа Трин о битве с василиском, я до сих пор не пришел в себя. И Нарис по пути в академию успел еще про турнир доложить. И все Трин делала ради мальчишки!

Я сжал ладони. Понимаю, что Трин могла согласиться на предложение Крама, успел же раньше меня… И гнев и ревность поднимаются волной, грозя смести все на своем пути. Я посмотрел на браслет, что надел Трин, сделал глубокий вдох, успокоился. Никогда не думал, что буду так волноваться и переживать. Любовь меняет людей. Одних — в лучшую сторону, других — в худшую. Но без нее жизнь пуста и бессмысленна. Я только начал это понимать. И сложно представить, что когда‑то пытался противиться своим чувствам к Трин.

Сокровище мое. Я потянулся рукой и усмехнулся. Даже дотронуться боюсь. Разбужу еще. Пусть спит.

Поставил защитные заклинания и покинул комнату, отправляясь на плац. Только все мысли возвращались к Трин. И Нарис тоже был рассеян. Непривычно видеть своего почти наставника и друга мечтательно улыбающимся и таким счастливым.

Я провел тренировку и отправился к Рэму. Сдается, он и сам не рад, что согласился стать моим помощником. Ничего, Трин получит диплом Военно — морской Академии, и я найду разумные доводы, чтобы заманить ее работать вместе со мной.