Королевство шипов и роз - Сара Маас

Я рухнула на колени, но уже через минуту снова встала. Я старалась не наступать на осколки стекла, обломки дерева и особенно – на следы крови, которые были повсюду. Вдоль изуродованных стен попадались засохшие бурые лужицы.

«Это тоже лес», – сказала я себе. И нужно узнать, куда ведут следы.

Я медленно побрела по коридору, пытаясь воссоздать картину случившегося. Все говорило о жестоком сражении. Судя по местам, где мне попадалась кровь, основные разрушения дом претерпел во время сражения, а не после. Стеклянные двери, ведущие в сад, были почти целиком разбиты. Оставленные следы наводили на мысль, что дом окружили со всех сторон. Нападавшие не сразу проникли внутрь, у входных дверей случился настоящий бой. Скорее всего, основные силы врагов ворвались со стороны сада.

И ни одного мертвого тела. Об этом я напоминала себе на каждом шагу. Тел не было, да и крови не так уж много. Значит, они живы. Тамлин жив.

А если он мертв…

Я судорожно вздохнула, проведя рукавом по пыльному и потному лицу. Никаких «если». Когда я подходила к дверям столовой, у меня дрожали руки. Обе створки держались на верхних петлях.

В столовой меня встретил такой же разгром, как и в коридоре. Вот только вопрос: это случилось после того, как Тамлин выплескивал свой бессильный гнев на Ризанда? Или враги Тамлина постарались и здесь? От стола остались щепки. Окна ощетинились зубчатыми кромками разбитых стекол. С покосившихся карнизов свисали лоскуты бархатных портьер. Но крови нигде не было. Ни капли. А судя по следам, оставленным на осколках…

Я всмотрелась в стеклянную тропку на полу. Ее состояние было не ах, но я сумела разглядеть две цепочки крупных следов. Они тянулись рядом, от места, где прежде находился стол. Возможно, когда началось вторжение, Тамлин и Ласэн сидели здесь и потом покинули столовую, не оказывая сопротивления.

Если я правильно воссоздала всю картину… они оба живы. Цепочки следов тянулись до самой двери. Там я присела на корточки, вглядываясь в почерневшие обломки. Здесь уже были и комки земли из сада, и кровь. Похоже, здесь их встретили – многочисленные следы это подтверждали – и повели в сад.

Часть коридора, ведущая в сад, напоминала бурелом. Я достала охотничий нож и вернулась в столовую, ища, где бы спрятаться. Бесполезная затея! Разве что разгрести кучу обломков и залечь. Мне не оставалось иного, как притаиться за открытой дверью и в щель вести наблюдение за коридором. Я укрылась вовремя, поскольку сюда кто-то приближался.

Этот кто-то, прихрамывая, вошел в бывшую столовую и стал принюхиваться. Я видела лишь спину, прикрытую обычным плащом, какие носили слуги. Фэйри был среднего роста. Чтобы меня обнаружить, ему требовалось всего лишь закрыть дверь. Я оказалась в ловушке. Быть может, подождать, пока он войдет, а потом тихо выскользнуть? Какое там «тихо», если пол усеян осколками! И потом, так я скорее себя обнаружу. Нужно посмотреть, как поведет себя этот фэйри: возможно, увидит, что здесь никого, и уйдет.

Но фэйри никуда не ушел. Он остановился, продолжая принюхиваться. У меня свело живот – я совсем забыла про их обостренное обоняние и теперь могла рассчитывать лишь на внезапность. Ударить ножом раньше, чем возможный противник сделает то же самое.

Фэйри медленно повернулся.

Я завопила, толкнув дверь, и услышала ответный вопль.

– Асилла!

Она смотрела на меня, не веря глазам. Плащ прикрывал изорванное и перепачканное коричневое платье. Ее неизменный фартук исчез. Но – никаких следов крови. Асилла почти не пострадала, если не считать легкой хромоты. Наверное, подвернула лодыжку… Она бросилась ко мне. Ее кожа цвета древесной коры была почти белой.

– Зачем ты сюда приперлась? – сердито спросила Асилла, забирая у меня нож, лук и колчан. – Тебе же сказали сидеть в своем человеческом мире.

– Он жив?

– Да, но…

Я чуть не повалилась на пол. Он жив!

– А Ласэн?

– Тоже. Но за твою жизнь, если немедленно не уберешься отсюда, я не ручаюсь.

– Расскажи мне, что случилось. Расскажи всё, без утайки, – потребовала я, продолжая всматриваться и вслушиваться в окружающее пространство.