Дороги богов - Галина Львовна Романова

Парень, поняв, на кого нарвался, с шумом втянул в себя воздух, но повторил заметно севшим голосом:

— Не трус…

— Тогда выходи, — предложил воин. — Один на один!

Казавшаяся нескончаемой забава остановилась. Отроки с видимым облегчением роняли на снег деревянные мечи и щиты — бой до полного изнеможения последнего противника здесь устраивался чуть ли не каждый день. Поэтому передышка была более чем желанна. А сейчас еще и предстояло развлечение — сам вожак вызывал одного из них, известного своим упрямством Неждана.

— Не трус, говоришь? — Вожак-воевода, высокий коренастый светловолосый человек, резко отличавшийся от прочих полноправных кметей, — любому было ясно, что он родился в землях викингов, — вразвалочку вышел на утоптанный снег и кивком подозвал кого-то из младшей дружины: — Принеси мой меч, — затем повернулся к Неждану. — А давай проверим!.. Дайте ему боевой меч!

Этого оказалось достаточно, чтобы Неждан побелел, ибо выйти один на один против вожака, да еще и с боевым оружием было равносильно самоубийству. Кто-то из кметей уже обнажил меч, протягивая его отроку.

— Нет, нет! — воскликнул Неждан. — Я… не могу! Я…

— Ты трус. — Вожак не повел и бровью. Подле него уже стоял дружинник с его боевым мечом, но он даже не скосил глаз в его сторону, сверля взором Неждана. — Ты не можешь быть в стае! Ты — щенок!

— Я не трус. — От боязни, что его могут выгнать. Неждан утратил страх. — Но я никогда не бился боевым оружием…

— Значит, сегодня твой первый раз, — невозмутимо перебил вожак.

Не сводя глаз с отрока, он потянул из ножен меч. Неждан бросил взгляд на холодно заблестевшую сталь, на сверкнувшие на длинном прямом теле меча выдавленные в неведомые времена руны — и выхватил боевой меч из рук ближайшего воина.

Он бросился на вожака первым, но тот отбил его выпад одним движением кисти. Неждан повторил попытку — с тем же результатом. Но только он захотел занести руку для третьего удара, как вожак сам выбросил вперед руку с мечом. Длинное лезвие, казалось, изогнулось в его руках, и Неждан только ахнул от удивления, когда меч вывалился из его вдруг ставших безвольными пальцев. Рука ниже локтя онемела вся от короткой резкой боли в запястье.

Вожак скучающе взглянул на него, не спеша возвращая меч дружиннику.

— Кто твой наставник? — спросил он Неждана.

— Всемил, — ответил тот.

Названный протолкался вперед.

— У него слабые руки, — молвил вожак. — Но очень много гонору. И запальчивости… А это не смелость!

Не спеша повернулся и вразвалочку направился к стоявшему в глубине дружинному дому.

Забава сама собой сошла на нет. Отроки разбрелись, глядя на бой Неждана с вожаком, сами кмети не торопились их собрать.

Тут-то и попались на глаза дозорным четверо парней, что во все глаза глазели на забаву.

— Эге, а вы тут откуда?

Парни были пришлые. Только один из них, тот, что держался чуть впереди и с независимым видом поглядывал на остальных, был смутно знаком кметям — он был местным, из поселка. Но его спутники явно добирались издалека.

Он-то и держал ответ.

— Примите в отроки, — решительно начал он.

— Мы в дружину хотим! — поддакнул кто-то за его спиной.

Услышав эти слова, все, кто был на дворе, высыпали наружу. Отроки толкали друг дружку, полноправные кмети сверху вниз оглядывали новичков. Все парни были как на подбор — высокие для своих лет, плечистые. Видно, что эти-то, особенно после того, что только что видели, не будут лезть на рожон. Старшему было около восемнадцати лет, остальным чуть меньше. Судя по лыжам и торчащим за спиной топорам и сулицам с луками, они испытывали свою силу и ловкость в лесу. Возможно, кому-то уже случалось схватываться с волком или медведем.

Кто-то из младших сбегал за отошедшим недалеко вожаком. Он прошел вперед, уперев руки в бока, оглядел всех четверых и фыркнул в усы:

— А вы хоть знаете, куда пришли?

— Знаем, — за всех ответил местный. — Тебя Тополем звать. Они в самую заметель до нас дошли, конец непогоды переждали у нас на дворе. Я им все рассказал.

— Так уж и все? — протянул вожак, по очереди окидывая взглядом гостей. — А они знают, что в нашей стае не каждому место найдется? Знают, что за право драться под моей рукой надо сразиться с таким же, как ты? Знают…

— Знаем, что твою дружину не иначе как волками кличут, — подал вдруг голос один из парней. — И что псы у тебя натасканные — кому хошь глотку порвут!

Парень говорил смело, и вожак поманил его ближе.

— Ты кто таков будешь? — молвил он. — Как звать-величать?

— Наш род живет в трехдневных переходах выше по реке. — Парень указал на серую подо льдом реку в окружении лесов и холмов. — Я словен, Стойко прозывали. То из соседнего села ребята — Яккун да Юге.

Названные были корелами. Они кивнули вожаку, когда их назвали, но не подошли ни на шаг.

— Ладно, Стойко, — сказал вожак. — Раз ты все знаешь, то должен понимать, что иначе я взять вас в стаю не могу… А ну-ка, ребята, покажите им!

Он шагнул в сторону, и навстречу пришлым, чуть помявшись, выступили четверо отроков постарше. Они отложили мечи и шли вразвалочку — им предстоял бой на кулаках.

Стойко первым понял, чего от него хотят. Он проворно скинул в снег плетеный короб с лямками, отстегнул лыжи и шагнул навстречу, поправляя пояс и хлопая рукавицами.

От первого удара он увернулся, потом сам попробовал достать противника. Но отрока натаскивали воины, которых не зря называли волками, — он не давал прикоснуться к себе, а если кулак Стойко и оказывался близко, то лишь для того, чтобы парня тут же метнуло в снег.

Нырнув в сугроб раза два, на третий Стойко разозлился и бросился на противника с намерением поймать. Тот рванулся было в сторону, замахиваясь, но парень молнией поднырнул под замах, сграбастал его в объятия и сжал, силясь приподнять над землей.

— Эй, пусти, медведь словенский! — завопил отрок, вырываясь. Резкими чертами лица и темными всклокоченными волосами он напоминал булгар и немного хазар.

Стойко напыжился, и ноги отрока оторвались от снега, но тут вожак вскинул руку.

— Пусти его, — кивнул он Стойко, и тот послушно разжал руки.

— Сила в тебе есть — то и так видно. Жаль, что ты не ведаешь куда ее растратить… Что ж, стая тебя этому научит!

Все понявший Стойко опять сгреб в охапку своего недавнего противника, но уже от радости.

— А копье и щит носить станешь… — вожак обвел взглядом старших воинов, раздумывая, — Медведю!

Чуть сутулый великан за его спиной усмехнулся в густые усы. Стоявшие вокруг захохотали понимающе. Несколько отроков бросились к Стойко, подхватили его короб, потащили к витязю, дорогой охлопывая по плечам и спине.