Дочь Бога - Владимир Пожарский

– Хорошо, что мы поселились в соседних номерах! – к Владу постепенно возвращались и сознание, и голос.

– Хорошо, что наши девушки практически непьющие! – Дорсет прямо из банки допил остатки тоника и развалился в кресле. – Они нас сюда и притащили. Глория шепнула Наташе, что рядом с ней на этаже – свободные апартаменты… Погоди! Я не сказал главного. Придворный попросил физически и морально подготовить будущего маркиза… Словно я сам не догадался бы!

– Ты спутал, – хрипловато хмыкнул Рощин. – Будущего графа.

– Во-во! И я ему так заявил, – Майкл даже по коленке себя хлопнул. – Но этот вельможа меня поправил. Уже поздно вечером королева подписала другой указ – на маркиза Челмера. То есть – на тебя. Это освободившийся титул прежнего владельца поместья. И, если помнишь мой урок, он выше графа… Кроме этого, тебе пожалован Орден Заслуг. Ты будешь членом этого Ордена, после одного гениального кардиохирурга…

– А сколько всего членов?

– Пока что – двадцать один, – не раздумывая ни секунды, ответил знаток Дорсет. – И сегодня в полдень ты станешь двадцать вторым.

– Говоришь, кардиохирург. Странно…

– Там в принципе, компания приличная. Принц Филипп, принц Чарльз, несколько математиков, историки, неплохой драматург и… Да уж, не скроешь! отвратительный художник. Видел бы ты «шедевры» этого альбиноса!

– Кто такой? – заинтересовался «русский Леонардо».

– Фамилия что ли? Премерзкая – Хокни… Когда я уезжал в Петербург учиться, и когда вернулся с дипломом академии – он неизменно гремел на всю Британию. Мне ещё тогда пришел в голову подходящий для него каламбур на русском: кокни Хокни!

– Неужели, настолько отвратительный?

Скорчив гримасу, граф кивнул:

– Именно – настолько. Но ты наплюй! Живее собирайся, уже девять часов. И Наташу разбуди…

Последняя фраза, брошенная вдогонку убегающему в спальню Владу, долетела по прямому назначению. Граф услышал обещающее недолгие сборы: «Птичка, поваляйся ещё. Мне надо одному». После чего дверь в опочивальню плотно закрылась и отрезала ответ «птички».

Рощин забрался под душ и включил чуть тёплую воду. «Что ж я так расслабился?! Ведь совершенно не собирался пить. Даже руки дрожат… Достанется тебе от Светлы!» – «Нет, родной! Не достанется, – словно свежий ветерок пронёсся в мутной голове живописца отклик феи. – Передаю тебе благодарность от родителей, мой дорогой пьяница!» – «Спасибо, а за что?» – «Ты как заведённый несколько раз предлагал друзьям… Да нет, вернее сказать, заставлял их выпить за здоровье Гермеса и Лады. Раз чокнулись – выпили, два… Но ты упорно продолжаешь: «А теперь – за любимых Гермеса и Ладу!» – «Зато искренне… – мысленно буркнул Рощин. – Никто же не спорил». – «Пожалуй, поспорь с тобой вчерашним! Я попыталась, но мне папа запретил…» – «Спасибо, Гермес!» – «На здоровье! – ответила Светла вместо отца. – Ты думаешь, что это он или мама сотворили тебе титул маркиза и сумасшедший торг на аукционе? Знаю, думаешь». – «Птичка моя, больше некому…» – «Ошибаешься. Это сотворили твои картины! И только они! Никакого волшебства со стороны. Да даже два процента от Хаима! Честное слово!» – «Зато они до этого много чего… – с ходу художник не нашёл конкретный пример и обобщил. – У меня накопилось». – «Всё хорошо… Можно по поводу одежды тебе посоветую? Купи такой же костюм как у Майкла…» – «Ладно, – Влад завернул кран. – А откуда ты знаешь, что на нём…?» – «На секунду в него же и влезла, когда он перед зеркалом прихорашивался, – охотно пояснила фея. – Не переживай – он ничего не заметил. Наш граф, хоть и бодрится, но всё равно с похмелья и голова слегка кружится, и в глазах темнеет. Как у тебя… Одеколоном виски смочи, станешь как новенький!» – «И Дорсету!» – «Ну, конечно».

Пока Рощин пытался привести свой внешний вид в порядок, по-соседски забежала Глория. Она встретила вышедшего в гостиную Влада шутливым, но всё же глубоким реверансом:

– Рада лицезреть вас в добром здравии, мой лорд!

Рощин ухмыльнулся и вытянул к ней ладонь перевёрнутой лодочкой:

– Прошу – без особых церемоний. Ладно уж, целуй руку!

Медсестра «без границ» легонько шлёпнула по длани маркиза:

– Вижу – полностью выздоровел! – и чмокнула Влада в щёку: – Натали ещё прихорашивается?

– Ну да, хочешь, пройди в спальню… – художник толкнул дверь: – Птичка, принимай гостью!

– Сначала налей, пожалуйста, своего любимого, – попросила Глория.

– Коктейль? Минутку…

Чересчур плотно сидящий в кресле Дорсет слабо шевельнулся, разглядев из-за спины друга много-много маленьких и холодных пузырёчков с джином. Он с трудом причмокнул пересохшим языком:

– Влад, если не трудно – и мне тоже… Напои жаждущего и никогда не утонешь в море.

Владу было не трудно, он уже воспользовался чудесным одеколоном и собирался проделать то же самое с графом, но не при Глории.

Изрядно глотнув из полного стакана, Майкл разговорился:

– Мы вчера неоднократно поднимали бокалы за здоровье бога торговли Гермеса и богиню любви Ладу! Торговля-то на аукционе прошла прекрасно, а вот любви не получилось… Вообще ни капельки. Видимо, слишком много за неё пили…

– Попытка – не пытка! – улыбаясь, заметила Глория. Эту поговорку она узнала от русской подруги и частенько её применяла на языке оригинала, но иногда совсем невпопад. – Не всегда суть – в плотских забавах! Наташа и я с огромной любовью доставили вас обоих до постели. И бережно уложили. Вот что главное! С удовольствием ещё отхлебну за здоровье пресветлой Лады!

Звякнув своей посудиной о бокал медсестры, Рощин громко, если можно так выразиться, подумал: «Рыбонька, передай дословно этот тост мамочке!» – «Уже! – отозвалась фея. – Вот так, Глория почти невзначай сказала несколько верных слов, и получила покровительство мамули». – «А разве за ней не…?» – «Конечно, приглядывали! – опередила с ответом Светла. – Это же – самый ближний круг. Но сейчас будет идеальное попечение и забота. Хоть она и не поцеловала тебе руку… Шучу! Говорю на случай, коли ты мою интонацию не ощутил». – «Верно, не ощутил… Но, гляди, как всё лихо устроилось! Майкл даже логичное объяснение для моих вчерашних приставаний придумал». – «Да, не ожидала… Володька, допивай и не затягивай со сборами!»

Пригубив приятный напиток, медсестра махнула ребятам свободной ручкой и упорхнула в спальню к подружке, а Влад осторожно вытянул из кармана синий флакон и шагнул к Майклу:

– Дай-ка я тебя освежу…

* * *

После пожалования титула, награждения орденом и званого обеда Рощина и его почётных гостей усадили в два роллс-ройса и повезли обратно в отель. Едва машины миновали ворота дворцового парка, Влад включил телефон. Накопился десяток непринятых звонков, среди которых оказалась и парочка от Вильяма. Первым новоиспечённый маркиз набрал номер садовника.

– Ваша яхта, сэр, пришла в порт Мэлдона, – с почтением вымолвил пожилой слуга. – Передать команде какие-то распоряжения?