Мама - Ольга Богатикова

Подойдя к дивану, я наклонилась, обхватила лицо Хозера руками и горячо поцеловала его в губы.

Сильные руки мужа тут же сжали мою талию и быстро потянули вниз. Через мгновение я уже лежала под ним на диване, а Дерек, страстно отвечал на мой поцелуй. При этом его ладонь жадно скользнула по моему бедру, подняла подол юбки и с каким-то бешеным отчаянием принялась ласкать мои ноги.

Все это — жаркие, почти болезненные поцелуи, страстные прикосновения, от которых горела кожа, наше сбившееся дыхание — было таким умопомрачительно сладким, острым и ярким, что у меня тут же закружилась голова, а низ живота полыхнул огнем.

Я вцепилась в плечи Дерека, изо всех сил прижимая его к себе. Чувства и эмоции, который вызывал во мне этот человек, те самые, что я решила надежно спрятать в самом укромном уголке своего сердца, гейзером вырвались наружу, а тело, почти два года мучимое воздержанием, с решительной категоричностью потребовало мужчину.

Пальцы Хозера, быстро скользившие вверх по моим ногам, одетым в тонкий капрон, внезапно добрались до голой кожи. Это прикосновение будто ударило нас обоих током — меня от того, что рука мужа была совсем рядом с тоненькой тканью белья, Дерека — от осознания, что под юбкой у меня находятся кружевные чулки.

Хозер оторвался от моих губ, рвано выдохнул, а потом приподнялся и чуть подрагивающими руками начал стягивать с меня одежду. Я выгнулась, чтобы ему было удобнее расстегивать мою кофточку, а когда обозначенный предмет одежды оказался на полу, тоже приподнялась и буквально сдернула с мужа тонкий свитер и находившуюся под ним белую безрукавку, а затем потянулась к ремню его джинсов…

…Спустя час я, одетая только в пресловутые кружевные чулки, лежала на этом же диване, чувствуя себя полностью обессиленной.

Отблагодарила, так отблагодарила!

Дерек лежал сверху, уткнувшись носом в мою шею, тяжело дышал и все никак не мог успокоить частое сердцебиение. Я его понимала — мое сердце тоже рвалось наружу. И это было вполне закономерно — такого яркого страстного секса у лично меня еще не было никогда и ни с кем.

Мы реально не могли насытиться друг другом, опробовали на прочность все поверхности моей гостиной, едва не сломав при этом декоративный комод, а от сладких судорог, которыми завершался каждый наш сексуальный экспромт, буквально сносило голову.

— Знаешь, я только сейчас понял, какой я идиот, — сказал Дерек, после того, как немного пришел в себя.

— В самом деле? — улыбнулась я, неторопливо перебирая пальцами его волосы.

— Да. Мне не нужно было отсылать тебя в Рив. Почти три года улетели коту под хвост, — он посмотрел мне в глаза и хитро улыбнулся. — Ну да ладно. Еще есть время все исправить.

С этими словами муж встал дивана, подхватил меня на руки и понес в мою спальню — на широкую двуспальную кровать.

…Заснули мы далеко за полночь, успев дважды побывать в душе и на кухне (вернее, на кухонном столе).

Моя голова удобно лежала на обнаженном плече мужа, при этом я ощущала себя как никогда спокойной и умиротворенной. Думать и что-либо анализировать совершенно не хотелось — ни то, что отношения с Дереком теперь явно перейдут в совсем другую стадию (Хозер ясно дал мне сегодня понять, что половая жизнь у нас будет регулярной), ни то, что наш брак консумирован, ни о последствиях, которые несомненно за всем этим последуют. Сейчас мне было необыкновенно хорошо, а обо всем остальном я подумаю завтра.