Лишние Земли лишних - Дмитрий Старицкий

— Билл, мне из него стрелять, а не хвастаться, — осадил я его творческий порыв.

Поржали оба. Шутка юмора удалась. День не зря прошел.

Когда вернулся в ресторан, Саркис все еще обхаживал Ингеборге, но пока очень культурно, не преступая границ приличий.

Спросил, когда будет обед, после чего позвонил Доннерману и дал ему вводную: прибыть с девочками на обед в «Арарат» в половине четырнадцатого часа.

Затем, переглянувшись с Ингеборге, взял у Саркиса бутылку вишневки, легкую закусь в номер — продолжить праздник.

Новая Земля. Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко.

22 год, 26 число 5 месяца, пятница, 13:44.

Девчат привезли сразу на двух машинах. Пятерых привез Фред на «чероки», где четверо вполне нормально уместились на заднем диване, и пятерых — Доннерман на «хамви», где Бисянка с Комлевой ехали в кузове, расположившись на каких-то тюках, так как больше четырех тел в этот огромный американский мобиль никак не влезает.

Вылезли они у «Арарата» на гравий, покрасовались перед нами в военной форме полевой и когда-то белых кедах.

Ну и чумазые же были девки после занятий! Все как одна.

А от усталости чуть не шатались.

Щеки впали.

Под глазами тени.

Коленки мелко дрожат.

Как потом прояснилось, сержанту было мало просто всех построить и пострелять из нагана, и он придумал сначала гонять их по полосе препятствий, а затем сразу стрелять в цель. И так по кругу. Так что Ингеборге права оказалась.

Понятно, что никто никуда и не попал. Кроме Бисянки, которая неплохо отстрелялась из своего укорота. Не в десятку, но что-то близко к этому. И Комлевой, которая раз за разом всаживала все семь пуль из барабана в черный круг мишени.

Стрельбы из винтовок у таежниц сегодня не было — зря таскали.

Сержант сразу погнал всех мыться и приводить себя в порядок.

Через пятнадцать минут, одетый в новый цифровой камуфляж и черный берет на свежеобритой голове, я встречал свой отряд (в конце праздника Ингеборге все же выполнила свое обещание и побрила меня, когда мы вместе отмокали в ванной).

Я кивнул, и сержант, вытянув левую руку в сторону, отдал команду:

— Становись!

Удивительно, но «пионерки» довольно быстро построились в относительно прямую линию.

— Равняйсь! — скомандовал сержант. И через секунду рявкнул. — Шицгал, как надо равняться?

— На четвертую грудь, — тут же откликнулась Роза бодрым голосом.

— Не на четвертую грудь, а на грудь четвертого человека. Ясна разница? — Доннерман обвел строй исподлобья тяжелым взглядом и нашел следующую жертву.

— Айзатуллина?

— Так точно, товарищ стаф-сержант-майор, равняться надо не на четвертую, а на восьмую грудь! — попыталась рявкнуть Булька, но у нее вышел только громкий писк, а продолжила и вовсе упавшим голосом: — Тогда получится грудь четвертого человека.

Девчонки злорадно рассмеялись.

— Отставить разговорчики! Равняйсь! — Рык Доннермана был подобен львиному, на грани инфразвука.

Строй все же выровнялся и больше не напоминал ползущую змею.

Сержант, приложив в русском воинском приветствии руку к своему малиновому берету, сделал два шага вперед ко мне. Я подобрался и также приложил ладонь к берету.

— Товарищ командир отряда. Отряд вернулся с учений. В наличии десять бойцыц. Потерь нет. Больных нет. Арестованных нет. Отряд готов к приему пищи. Инструктор по боевой подготовке стаф-сержант-майор Доннерман.

— Вольно, — ответил я, опуская правую руку от берета.

Сержант продублировал команду.

На мое новое одеяние «пионерки» внимания поначалу не обратили, но когда подошла звать нас в ресторан одетая в такую же «цифру» Ингеборге, в толпе «пионерок» возникли нотки некоторого недовольства, ревности и зависти.

— Это теперь так командный состав будет одеваться? — ехидно спросила Буля.

— Во все новенькое, — завистливо вздохнула Сажи, — импортное.

— Им же по полоске не бегать, — заключила Анфиса. — Вот и ходят красуются.

— Я тоже такой костюмчик желаю, — сказала Антоненкова.

— А я беретку хочу, — капризным голосом протянула Лупу, — мне всегда беретки шли.

Роза не сказала ни слова, только злобненько сузила глаза и опустила углы губ.

Пора включаться и гаркать самому. По-армейски. Командным голосом.

— Так. Отставить разговорчики. Смирно!

Надо же, заткнулись, подтянулись. Молодец Доннерман! Лихо так их подтянул за полтора дня.

— Не надо страдать завистью, девочки. Зависть — плохое чувство, оно убивает человека изнутри, — начал я с отеческих сентенций. — Все получат новую форму, такую же красивую, как и у нас. Мы ее только вчера купили на американской базе. И только сейчас привезли. На всех. Просто каждой из вас предстоит подшить комплект по фигуре. Вечером баталер всем все раздаст.

Я выдержал паузу, чтобы все смогли осознать новую информацию.

— А вот с беретами будет сложнее. Береты надо будет еще умудриться заработать. И эту оценку поставит вам сержант Доннерман в конце периода обучения. Будете стараться — будете береткой хвастаться как полноправный боец отряда «Факел».

— Это как на краповый берет?[309]— вполне серьезно поинтересовалась Дюлекан. — Экзамен сдавать будем?

— Ну на краповый вы не потянете, — заявил Доннерман. — Тут не каждый мужик тянет. Но что-то вроде того.

— А кто стараться не будет, — добавил я, — те будут как лохушки в красной косынке ходить. Из пионерского галстука. Ясно всем? Не слышу?

— Ясно, товарищ командир, — пропел нестройный хор.

— А теперь вольно. Приступить к приему пищи. Ра-а-азой-дись!

— Жорик, а по-человечески это же самое сказать было можно? — не удержалась Роза от подколки.

— Наденешь шпильки — тогда поговорим по-человечески, а сейчас, когда мы в форме, общаемся по-боевому. Привыкай. До Одессы все будет только так. Это не моя прихоть, а вопрос нашего выживания.

Девчонки вяло потянулись в ресторан.

Доннерман, стоявший рядом со мной и глядя на уходящих девчат, вполголоса сказал:

— Так и надо, старшина. Солдата куда ни целуй, везде — задница.

Новая Земля. Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко.