Наследие Темного Меча - Трейси Хикмэн

— Мерлин! — удивилась Элиза. — Тедди все время говорил о Мерлине. Он говорил что-то о том, что Меч нужно отдать Мерлину…

— О, благословенный Олмин! — с отвращением фыркнул Мосия.

— Но… Отец. Ты не знаешь, мама! — Элиза вспомнила о том, что ее больше всего беспокоило. — Они отравили его! Я должна отдать им меч, иначе отец умрет.

— Отнеси меч к гробнице Мерлина, — повторила Гвендолин.

— Почему? — резко спросил Мосия. — Зачем его туда нести?

— Доверься мне, дочь моя, — сказала Гвендолин, не обращая внимания на Мосию. — Доверься себе. Слушай, что говорит тебе твое сердце.

Внезапно в тишине раздался крик. Сцилла кричала из коридора, где она осталась охранять Джорама:

— Мосия! Они идут! Берегитесь! Я не смогу остановить… — Ее голос резко оборвался.

Мы услышали какой-то шорох, потом топот множества ног, обутых в тяжелые сапоги. Дракон поднял голову и злобно взревел. Его глаза открылись шире, свет, который доводил людей до безумия, засиял ярче.

Гвендолин исчезла, и призрачная Элиза тоже.

— Отец! — закричала Элиза.

— Нет времени! — резко сказал Мосия, хватая ее за руку. — Мы должны найти выход! Симкин говорил, здесь есть другой выход. Отец Сарьон! Дракон! Он должен знать другой путь наружу. Прикажите ему, пусть покажет нам, где выход.

— Что? О, нет! Только не это! — Сарьон встревожился. — Я не смогу снова… Заклинание развеивается, я это чувствую.

— Отец Сарьон! — взмолилась Элиза. Она держала Темный Меч, завернутый в одеяло. — Мосия прав. Это наш единственный шанс. Как еще мы сможем донести меч до гробницы вовремя?

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Я никогда и ни в чем тебе не отказывал. Ройвин все время упрекал меня, что я тебя испортил. Но ведь кроме вас двоих, у меня никого не было.

Сарьон оставил нас. Он снова подошел к дракону и встал перед ним, не поднимая глаз.

— Следи, чтобы меч был надежно спрятан, — напомнил Мосия Элизе. — Помнишь, что вышло в прошлый раз?

Тогда на нас напали Дуук-тсарит. Элиза подняла Темный Меч, и его сила разрушила заклинание очарования. А сейчас я слышал, как шаги преследователей в коридоре звучали все ближе. Я не знал, что случилось со Сциллой, и очень надеялся, что она не пострадала. Хотелось верить, что Джораму они не причинят вреда больше, чем уже причинили. Он все еще был нужен им живым, пока Темный Меч находился у его дочери.

— Дракон, — повелительно произнес Сарьон. — Я приказываю тебе. Нам угрожает опасность. Помоги нам сбежать от тех, кто нас преследует.

— Да, тебе грозит опасность, старик, — сказал дракон, обнажив ужасные желтоватые клыки, запятнанные кровью. — Эта опасность — перед тобой, а не позади тебя.

Свет бриллианта внезапно начал меркнуть. Как Сарьон и опасался, заклинание утрачивало силу. Дракон собрался ползти к нам. Он приподнял темные, как ночь, крылья. Замерцали смертоносные звезды.

Сарьон выпрямился во весь рост. Я снова увидел в нем то же, что наблюдал, когда он стоял в нашей гостиной перед королем Гаральдом, генералом и предводителем темных жрецов. Его внутренняя сила, его любовь к нам, его вера в Олмина сияли ярче, чем устрашающий свет драконьих глаз.

— Дракон, ты подчинишься мне, — сказал Сарьон.

Бриллиант во лбу дракона снова ярко вспыхнул. Дракон злобно посмотрел на Сарьона, но, покорный неодолимой силе заклинания, опустил голову. Дракон Ночи склонился перед каталистом. В бледных глазах чудовища полыхала ненависть, но дракон прикрыл веки.

— Забирайся ко мне на спину, старик, если осмелишься.

— Дети, быстрее! — поторопил нас Сарьон. — Мосия!

— Я вас прикрою, — ответил Мосия.

— Но они убьют тебя! — воскликнул Сарьон.

— Иди с ними, Дуук-тсарит, — сказал дракон с раздражением в голосе. — Я разберусь с теми, кто вас преследует. Мне сейчас очень нужно расправиться хоть с кем-нибудь!

Мосию не пришлось просить дважды. Теперь я полностью доверял ему. Он оставался верен своему слову и защищал бы нас, даже рискуя погибнуть, но он не терял надежды заполучить Темный Меч и не хотел упускать его из виду.

Следом за Сарьоном я взобрался на дракона. Мой господин держался так, будто всю жизнь только и делал, что летал на драконах, хотя я точно знал, что ничем подобным он никогда не занимался. Мы поднялись по костной основе огромного черного крыла, стараясь не наступить на тонкую перепонку — Сарьон предупредил нас, что перепонка может прорваться. Гигантское тело содрогалось под нами, словно почва перед извержением вулкана. Мы с Сарьоном помогли взобраться Элизе, которая никому не доверила Темный Меч и ни на миг не выпускала его из рук. Мы устроились между гребнями на спине чудовища. Сидеть там оказалось крайне неудобно. Когда Мосия перебирался с крыла на спину дракона, в логово вбежали техноманты в серебристых одеждах.

— Берегите глаза! — крикнул нам Мосия и поглубже надвинул капюшон.

Я прикрыл глаза руками, но все равно видел бледное сияние — так ярко засветились глаза дракона. Чудовище взревело, откинуло назад голову и распахнуло крылья. Но даже нападая на техномантов, дракон позаботился о том, чтобы не сбросить нас, сидевших у него на спине.

Я услышал жуткие крики, полные боли и ужаса. Перед моими закрытыми глазами засверкали яркие вспышки. Крики затихли очень быстро.

Огромное тело дракона зашевелилось, крылья пришли в движение. Белый свет драконьих глаз померк. Мне в лицо ударил поток свежего воздуха, прохладного и сладкого после удушливой вони пещеры. Я открыл глаза и увидел огромное отверстие, похожее на гигантский дымоход, — оно было достаточно большим, чтобы в него мог свободно пролететь дракон.

Мы поднимались ввысь. Дракон легко и неторопливо взмахивал крыльями, словно не замечая нашего веса. Мы были для него всего лишь надоедливыми насекомыми, прилепившимися к чешуе.

Я посмотрел на ночное небо и ахнул.

Там сияло множество звезд. Их было гораздо больше, чем обычно. А потом меня осенила ужасная догадка, которую Мосия облек в слова.

— Это не звезды, а космические корабли. Беглецы. Последние выжившие с Земли. Они прилетели сюда, еще на что-то надеясь. Хч'нив летят за ними.