Альмарион. Первый шаг - Евгений Ходаницкий

Лурин скривился, когда в оконном стекле отразилась очередная, особенно яркая, вспышка купола, и тяжело вздохнул.

— Спасибо, ты очень помог. Можешь идти. — Кивком отпустил Бесцветного Лурин. Тень всколыхнулась, словно вода и ощущение присутствия пропало. Ректор остался один. Хлопнул себя по коленям, он резко встал и, подойдя к окну, окинул взглядом буйство заклинания. В отношении Криса настало время задействовать подготовленные заранее ресурсы.

Но, в начале, следует разобраться наконец-то с этими проклятыми проблемами.

— Сандр! — Громко позвал Лурин, предварительно сняв полог тишины с кабинета.

Створка двери приоткрылась и, полуэльф застыл в проходе в глубоком поклоне.

— Отправляй оперативников. — Скомандовал Ректор, постукивая пальцем по небольшому стеклянному цилиндру, в который был вплавлен небольшой зеленый камешек, обработанный до формы идеального шара. — Эфирные возмущения в пределах нормы. Помех для порталов не будет.

Сандр, кажется так и не разогнувшись, исчез за тихо закрывшейся створкой.

Лурин потер лицо ладонями, собираясь с мыслями. Дел было невпроворот, а проблемы шли одна к одной, наслаиваясь на и так непростую ситуацию. Впрочем, не впервой…

* * *

Встреча с местными безопасниками состоялась в комнате на втором этаже, в уютном домике светло-зеленого цвета, выходящего окнами на внушительную площадь. По ту сторону пространства заполненного парочкой фонтанов и двумя статуями. Но долго разглядывать вид мне не позволили, плотно задернув окно темными шторами.

— Назовите свое полное имя. — Со скучающим видом, потребовал лысый дознаватель.

Весь его вид просто кричал о том, что он выполняет нудную формальность и ничего более, однако, что-то заставляло меня не обольщаться на этот счет. То, что допрос происходит с его стороны механически и он, в действительности, не желает углубляться в процесс, было неплохой актерской игрой и допрос проводится совсем не для галочки в бумагах. В пользу этого говорили, хотя бы, давящие на меня со всех сторон направленные излучения артефактов. Часть из них я распознал как воздействующие на эмоции и разум, остальные были, скорее всего, считывающими. Изнутри поднялось знакомое холодное спокойствие. Разговор — это ширма. Основную информацию тайная канцелярия получит из данных, что снимут с меня окружающие магические устройства. Вернее, попытаются. Я подавил легкую ухмылку, она была бы сейчас совсем не к месту. Может все эти хитрые магические устройства и смогут что-то уловить, но я искренне, от всей души, испытал сомнение, что это принесет тайной канцелярии действительно важное знание.

Собравшись, я проверил крепость своей ментальной защиты, лишающей все внешние попытки ментального влияния каких-либо шансов воздействовать на меня, и лишь после этого принялся отвечать на задаваемые вопросы.

— Крис.

— Я просил полное. — Нахмурился дознаватель.

— Ответ прежний. Меня зовут Крис. — Я не лукавил. С той же степенью уверенности я бы мог утверждать, что меня зовут, Дан или Данислав. Но, кроме как Крисом, меня в этом мире еще никак не называли. Фамилий я еще себе тут не заимел, так что Крис и есть мое самое, что ни на есть, полное имя.

— Цель прибытия в Мезгорд?

— Эм, на учебу, по приглашению своего учителя? — Неуверенно ответил я полувопросом.

— Точнее! — Потребовал сбшник.

— Меня взял себе в обучение магистр Вэйс н`Ианар. Живет он в Мезгорде. Я приехал сюда вместе с ним, чтобы учиться. Точнее уже не скажешь. — Пожал я плечами.

— Вы маг? — Сразу же последовал очередной вопрос.

— Да. — Спокойно кивнул я.

— А почему наши проверки не могут выявить вашу принадлежность к магам? — Напрягся дознаватель.

— Понятия не имею! Я всего лишь ученик. Все что я знаю о магии и заклинаниях, я узнал в основном из книг и от моего предыдущего учителя. Но систематическими эти знания назвать сложно. Как я могу что-то объяснить, если даже вы не понимаете, почему это происходит? — Выговорившись, я вздохнул и в очередной раз попробовал устроиться на кривом и жестком сиденье. Право же, стоять было бы более комфортно.

— Кто вас учил магии? — Ровным тоном продолжил мой допрос лысый.

— Мой учитель, его зовут Вереск.

— Вереск, это имя? — Приподнял бровь дознаватель. — Больше похоже на прозвище.

— Мне он представился именно так. Других его имен, если таковые имеются, я не знаю. — Развел я руками.

Дознаватель вскочил со своего деревянного кресла и суетливо забегал из угла в угол, о чем-то напряженно размышляя. Внезапно, скрипнув подошвой по полу, он развернулся ко мне, упер в меня указательный палец и выдал фразу, которую в допросной я ожидал услышать напрямую меньше всего.

— Вы замышляете какое-либо зло по отношению к королевству Ишрантар или к королю Ардэну Третьему?

Чуть хрипловатый голос, на выдохе, немного театрально, брошенный искоса взгляд, говорящий «я все про тебя знаю, только соври мне, пожалуйста, и ты будешь уже ничего не в силах изменить».

— Нет. — Спокойно качнул я головой.

— Вы, когда-нибудь, участвовали в заговорах?.. — Нахмурился дядька.

Ага! Каждую вторую пятницу! Что за идиотские вопросы?!

— Нет.

В таком темпе он помучил меня еще немного, и, внезапно, выскочил за дверь. Но в одиночестве я просидел не долго. На смену тому дознавателю пришел новый. Похожий не то на наемника, не то на головореза со стажем. Суровый, высокий, с обветренной кожей и рваным шрамом, вздергивающим правый уголок верхней губы вверх в дикой усмешке.

Он с трудом втиснулся в жесткое кресло и, поймав мой взгляд, принялся задавать те же самые вопросы. Только в этот раз, времени на раздумья мне не давали. Вопросы сыпались в совершенно нелогичной последовательности. Периодически, он сбивал меня с толку, интересуясь моим любимым цветом, или какое я предпочитаю время года. А затем я ощутил, как моей защиты коснулось холодное щупальце чужого вторжения.

В ход пошла тяжелая артиллерия. Канцелярия использовала мага специализирующегося на Сфере Разума.

Естественно я не подал виду, что что-то почувствовал, и продолжил отвечать в том же темпе, лишь на короткое мгновение, коснувшись своей ментальной защиты и убедившись в ее нерушимости. Я, конечно, сомневался, что мне начнут лезть в голову, не взирая ни на какие преграды, но чем черт не шутит.

Таким образом, меня промурыжили часа три. Во рту пересохло, но просьбу, дать попить, новый дознаватель благополучно проигнорировал. С каждым новым вопросом росло давление на мозг, направленное излучение скрытых артефактов, а вместе с этим и мое раздражение.

Вскоре вернулась знакомая головная боль. С этого момента допрос вообще превратился в какую-то пытку. Однако, ни мой несчастный вид, ни холодная испарина и явно болезненный вид, на дознавателя никак не повлияли. Он неторопливо долбил мой мозг вопросами, на которые, под конец этого мероприятия, я отвечал уже только краткими «да», «нет» и «не знаю».