Ткачи времени - Албин Дженнифер

— Это слишком опасно, — напомнила я. Меня охватило отчаяние. — Как вы справитесь без нее?

— У меня есть ты, — не двигаясь, ответил Кормак.

— А если вы потеряете и меня, что тогда? Рискнете всем Аррасом?

— У нас полно времени. К тому моменту, как истощатся последние запасы первоматерии, подрастет твоя сестренка, — сообщил он, смерив меня взглядом.

— Она не умеет прясть, — покачала головой я. — Она не принесет вам никакой пользы.

— Раз ты обладаешь даром, значит, у нее может быть рецессивный ген. Наши ученые верят в то, что смогут разбудить дремлющие в ней способности и активизировать их. — Он сделал паузу, чтобы до меня успел дойти смысл его слов. — Я кое-что проверил. Она подойдет нам по всем параметрам.

Фальшивая улыбка Кормака на глазах превратилась в звериный оскал — страшнее я еще ничего не видела.

Я почувствовала себя так, словно получила удар в живот. Даже если я согласилась бы на все его требования, Ами все равно осталась бы в опасности. Я перевела взгляд на Джоста, и наши глаза встретились. Даже сейчас, избитый и обездвиженный, он сохранял присутствие духа. Его невозможно было сломать, а значит, и меня тоже.

Мэйла неспешно подошла к станку и окинула Лорисель презрительным взглядом, а потом подмигнула мне. Она стояла так близко, что от запаха ее парфюма меня замутило.

— Доктор уже в пути, Приана пошла в клинику. Буду счастлива помочь в решении этой маленькой проблемы. — Мэйла кивнула на Джоста.

В следующую секунду мой кулак врезался в ее челюсть. От удара костяшки начало саднить, но боль эта была приятной.

— Вот поэтому я и сказала, что ты не готова к настоящей ответственности, девочка, — взвизгнула Мэйла, облизнув окровавленные губы.

Ее слова действовали, как медленный яд. Я почувствовала всю ненависть, что плескалась в них, и молча вскинула одну бровь, но Мэйла продолжила жечь меня своим взглядом. Эрик взял ее за руку.

— Отпусти, — резко вырвалась она. — Ты на ее стороне.

— Я пытаюсь удержать тебя от ошибки, — тихо предупредил он.

— Можешь вешать лапшу на уши кому-нибудь другому, Эрик. Думаешь, я не знаю, что ты ей помогал? Сначала я решила: «Пускай он затащит ее в постель. Это решит все проблемы». Я надеялась, ты уничтожишь ее собственными руками, — прошипела Мэйла в лицо Эрику, судорожно сжимая его воротник, однако под маской ярости скрывалась боль от его предательства, которую выдавали лишь глаза Пряхи.

Эрик аккуратно отцепил ее пальцы и отодвинул Мэйлу в сторону.

— Сейчас не время.

Обернувшись назад, она смерила меня угрожающим взглядом.

— Ты играешь в опасную игру. Думаешь, что сможешь спасти и его, и себя? Твоя жизнь кончена, Аделиса. А ведь еще недавно власть сама шла к тебе в руки. Чего же тебе не хватило, — рычала она, — смелости или мозгов?

А потом Мэйла захохотала, и это подействовало на меня подобно ментальному стимулянту. Перед глазами невероятно отчетливо проступили нити комнаты. Подавшись вперед, я схватила несколько штук левой рукой и резко потянула их на себя. Нити разорвались пополам. Комната словно сломалась на две части: посередине возникла глубокая трещина. Я услышала, как закричала Мэйла. Это и впрямь выглядело жутко: яркая молния ударила в центр комнаты, оставив после себя черный, как ночь, провал. Любой бы запаниковал в такой ситуации. Оставалось только бежать или испуганно жаться к стене, как и поступила Мэйла. Кормак, надо отдать ему должное, не сдвинулся с Места. Он молчал. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы он сделал шаг вперед, навстречу неизвестной судьбе. Однако Кормак был умен и не терял самообладания. И тем самым сохранял себе жизнь.

— Может, я, конечно, и ничего не знаю, — сказала я, сделав ударение на последних словах, чтобы привлечь внимание Джоста: я надеялась, что, внимательно проследив за мной, он разгадает мой следующий шаг. — Но попробуй-ка сделать такое.

Я бросила ей вызов.

Мэйла что-то тихонько пробормотала себе под нос, и я поняла, что она была на грани истерики. В какой-то момент мне даже показалось, что она окончательно сошла с ума, и тогда на сцену вышла Лорисель. Она стояла по другую сторону разлома. В суматохе ее охрана забыла о своей пленнице. В глазах Лорисель сверкала решимость. Не было больше ни теплоты, ни дружелюбия. Взгляд ее был холодным, оценивающим, болезненным.

— Аделиса, в твоих силах прекратить все это, — напомнила она.

— Я знаю, — спокойно ответила я. — Но не вижу для этого причин.

— Ты знаешь, что может произойти, — настаивала Лорисель, указывая в сторону Джоста. — Неужели ты позволишь ему умереть ради тебя? А как же твоя сестра? Как же я?

Я уже готова была рассмеяться ей в лицо, но в последнюю минуту поняла, что Лорисель говорила искренне.

— Дайте-ка подумать. Я могу сохранить жизнь человеку, которого осудят как изменника Гильдии. Зачем? Чтобы его вдоволь попытали напоследок? Они даже могут сохранить ему жизнь и держать его в непрекращающейся агонии, чтобы заставить меня плясать под их дудку. Вы знаете это, Лорисель! Вы знаете, на что они способны!

Воздух в комнате дрожал от моих криков. Мэйла сильнее прижалась к стене.

— Тс-с, тс-с, Мэйла! Кто же боится маленькой непослушной девчонки? — злорадствовала я, не в силах скрыть торжество в своем голосе.

Так или иначе наша война должна была окончиться сегодня. А при определенном везении я бы смогла еще хорошенько отомстить ей напоследок.

— Мне бы хотелось, чтобы ты убрал от него свои лапы, — приказала я охраннику, который держал Джоста, и угрожающе подняла перед собой руки, словно приготовившись крушить комнату дальше.

Офицер недоуменно моргнул, а затем медленно ослабил хватку. Похоже, я действительно победила. Я подошла ближе к Джосту и застыла в паре шагов от него.

На лице Лорисель отражалась внутренняя борьба. Я знала, о чем она думала. На самом деле она была способна залатать дыру не хуже меня. Ее бездействие свидетельствовало лишь об одном — Пряжница все еще не выбрала сторону.

— Что держит вас, Лорисель? — мягко спросила я. — Они собираются вас убить. Даже хуже — они хотят украсть и использовать ваш дар.

На лице Лорисель появилась невеселая усмешка, которая постепенно сменилась злобным оскалом.

— У них ничего на меня нет.

— Я знаю. А как насчет вас самой?

Взгляд Лорисель на миг вспыхнул.

— Ты ставишь всех нас в безвыходное положение.

— Не безвыходное, — безмятежно ответила я. — Просто необычное. Для Пряхи нет ничего невозможного.

— Кроме реальности, — заметила она.

— Кроме реальности, — эхом отозвалась я. Лорисель никогда ничего не говорила просто так.

А потом до меня дошло. Мы не могли контролировать реальность, потому что работали с тканью Арраса. Наш талант заключался в разглаживании и переплетении нитей, ничего другого мы не умели. Вне Арраса мы были никем. Все, что мы создавали, было лишь иллюзией, и лежавший перед нами черный провал тоже оставался частью этой иллюзии. Вот только под ним могло оказаться что-то совершенно другое — реальность, которую под силу было открыть только мне. Место, где Кормак не смог бы преследовать меня. Земля.